Краткое содержание. Здесь мы видим увещевание к восхвалению Бога, адресованное не только иудеям, но и всем народам. А отсюда вывод: этот псалом прямо относится к Царству Христову, поскольку, доколе Он не явился этому миру, имя Божие призывали только в пределах Иудеи, а все прочие народы были перед Богом немы и глухи. Между тем, несомненно, что во времена закона (покуда Христос, осветив весь мир Своей славой, не излил свет истинного учения и на язычников) Дух Святой неустанно побуждал верующих к восхвалению Бога.
(Хвалебная песнь Давида. На построение дома.) 1. Воспойте Господу песнь новую; воспойте Господу, вся земля; 2. пойте Господу, благословляйте имя Его, благовествуйте со дня на день спасение Его; 3. возвещайте в народах славу Его, во всех племенах чудеса Его...
[1. Воспойте Иегове песнь новую; воспойте Иегове, вся земля. 2. Пойте Иегове, благословляйте имя Его, проповедуйте со дня на день спасение Его. 3. Возвестите в народах славу Его, во всех племенах чудеса Его.]
1) Воспойте Иегове песнь новую. Начало псалма учит тому, о чем я уже говорил: пророк увещевает засвидетельствовать свое благочестие не только израильтян, но и весь мир. А такое свидетельство не могло состояться, покуда Бог не явил Себя повсеместно посредством Евангелия. В самом деле, не следует забывать о том, что говорил апостол Павел (Рим 10:14): как будут призывать Того, в Кого не уверовали? И поскольку тот же апостол в другом месте доказывает призвание язычников словами: восхвалите, язычники, с народом Его (Рим 15:10), — отсюда следует, что общение в вере заключается в воспевании хвалы Богу. Добавим к этому, что пророк требует здесь не какуюто обычную, а новую песнь. И из этого мы делаем вывод, что речь идет о необычной и новой благодати Божией. Также и Исаия (Ис 42:10), говоря о восстановлении Церкви (поскольку оно представляло собой невероятное чудо), возвещает: воспойте Иегове новую песнь. Итак, по словам пророка, настанет время, когда Бог воздвигнет Свое Царство совершенно неожиданным и необычным образом. И, веля повсеместно проповедовать спасение Божие, пророк снова, еще яснее, указывает на то, что причастниками благодати Божией станут тогда все народы. Спасение же это, по его утверждению, будет не преходящим и мимолетным, но вечным и неизменным. Ведь пророк хочет, чтобы его проповедовали изо дня в день.
3) Возвестите в народах славу Его. Пророк называет это спасение и другими словами, а именно: славой и чудесами. Он как бы говорит, что спасение будет славным и удивительным, отличая его подобными эпитетами от предыдущих примеров избавления, имевших место в истории народа. Ведь Бог ярче и яснее выказал Свою благость и силу именно тогда, когда явился всему миру в качестве Искупителя. И это спасение, как я уже говорил, невозможно было бы проповедовать народам, если бы оно к ним не относилось. Эти слова также учат нас тому, что мы по достоинству оцениваем искупление Христово лишь тогда, когда возносим свои помыслы к великому, сияющему в нем чуду.
4. Ибо велик Господь и достохвален, страшен Он паче всех богов. 5. Ибо все боги народов — идолы, а Господь небеса сотворил. 6. Слава и величие пред лицем Его, сила и великолепие во святилище Его.
[4. Ибо велик Иегова и достохвален, страшен Он паче всех богов. 5. Ибо все боги народов — суета, Иегова же небеса сотворил. 6. Сила и красота пред лицем Его, мощь и великолепие во святилище Его.]
4) Ибо велик Иегова... Пророк указывает на конкретного Бога, восхваления Которого желает, дабы язычники не блуждали, как обычно, в своих превратных домыслах. Поэтому, чтобы весь мир отрекся от суеверий и обратился в истинную религию, пророк показывает, что всяческого восхваления достоин только единый истинный Бог. И понять это весьма важно. Ведь если эта мысль не сдерживает людей подобно узде, то, чем больше усердствуют они в восхвалении Бога, тем больше лишают Его положенной Ему славы. Итак, чтобы не профанировать имя Божие, как делают неверующие, выдумывая себе ложных богов, следует неукоснительно придерживаться изложенного здесь порядка. Существительное же «Элохим», как мы уже говорили в толковании на Пс 95:3 [в Синодальном переводе Пс 94:3 — Прим. пер.] можно отнести как к ангелам, так и к идолам. Но я остаюсь при своем уже высказанном мною мнении: здесь имеется в виду любое подлинное или выдуманное божество. Ведь Бог освещает этот мир через ангелов, и в них блистают некие искорки Его природы. Поэтому люди, выдумывая идолов, как бы из ничего делают себе новых богов. Пророк же учит, что грубо заблуждаются те, кто приписывает слишком большую славу ангелам или присваивает хоть какую-то славу своим идолам, уводящим людей от единого истинного Бога.
Затем пророк четко и ясно обличает безумие язычников, поскольку все, что они называют богом, лишь суета и ничто. Ведь именно это и означает у евреев существительное אלילים, презрительно перенесенное здесь на идолов. Итог состоит в том, что истинной Божественностью обладает один лишь Творец этого мира, а религии, искажающие Его подлинное почитание, глупы и никчемны.
Но спрашивается: следует ли считать суетою или ничем ангелов? Ведь многие, заблуждаясь в их отношении, считают их настоящими богами. Отвечаю: ангелов оскорбляют, когда присваивают им величие Божие. Однако их природа не превращается из-за этого в ничто. Ничем является лишь то, что люди ложно о них воображают. Хотя здесь идет речь лишь о грубых заблуждениях язычников, по своей дерзости придумавших себе каких-то богов. И пророк, прежде чем опровергнуть их измышления, мудро называет Бога великим и достохвальным. То есть Бог превосходит все сущее настолько, что бесконечность Его славы легко растворит в себе все придуманное людьми об идолах. Отметим также упование пророка, когда он, презрев мнение всех смертных, мужественно отстаивает славу единого Бога. Ведь истинные почитатели Бога все время ведут трудный и великий бой со скопищем наполняющих мир суеверий.
Действительно, истинный Бог скрывался тогда в пределах Иудеи, словно в каком-то захолустье. А Юпитер был знаменит везде, и имя его воспевалось по всей Азии, Европе и Африке. У каждой страны были тогда свои боги, славившиеся даже за ее пределами. Один лишь истинный Бог нигде не почитался и не прославлялся. Однако, хотя весь мир сговорился тогда в своей лжи, пророк свысока презирает то, что думают или за что выступают все смертные. Ведь их суета ничем не вредит славе единого Бога. А отсюда вывод: плохо — судить о религии, исходя из мнения большинства, коль скоро слова пророка оказались бы ложными, если бы веру устанавливало людское голосование, а почитание Бога зависело бы от воли людей. Поэтому, какое бы множество людей ни соглашалось с заблуждением, мы должны, следуя Святому Духу, невозбранно возглашать о том, что эти люди не могут умалить славы Божией, поскольку как сами они, так и все исходящее от них, — одна лишь ложь и суета. Пророк же, говоря о величии Божием, одновременно доказывает его тем, что его образ мы созерцаем в громаде мироздания. И поскольку иметь бытие от себя и существовать, опираясь на собственную силу, — качества, присущие лишь Богу, отсюда следует, что все не сотворившие этот мир боги являются ложными и вымышленными. В слове же «небеса», по замыслу пророка, должна содержаться синекдоха. Ведь сила Божия заметна в них больше, чем в прочих частях мироздания по причине их красоты и великолепия.
6) Сила и красота... Поскольку слово הוד означает силу, переводчики, передавшие его как «слава», на мой взгляд, не обратили достаточного внимания на контекст. Ведь во второй части стиха присутствует повтор той же самой мысли. Там говорится: мощь и великолепие во святилище Его. Этими словами пророк хочет сказать, что правильно познавшие Бога люди непременно узрят сияние в Нем силы и величия. На первом месте пророк ставит силу и крепость, представляющие собой как бы основу [materiam] славы Божией. И поскольку Бог Сам по Себе невидим, пророк приглашает верующих к Его святилищу, которое, как мы уже видели, было символом Его присутствия. Ведь несмотря на то что наш немощный разум не может вознестись на небеса, пророк учит, что слава Божия — вполне ясна и очевидна для нас, поскольку знаки ее размещены, по воле Божией, в храме, в святилище и в ковчеге завета. Впрочем, всякий раз, как речь заходит о Боге, научимся всей душою воспевать славу, сияющую в Его пресветлом лике, коль скоро тот, кто отделяет свойства Бога от Него Самого, воображает Его Божественность скорее мертвой, нежели живой.
7. Воздайте Господу, племена народов, воздайте Господу славу и честь; 8. воздайте Господу славу имени Его, несите дары и идите во дворы Его; 9. поклонитесь Господу во благолепии святыни. Трепещи пред лицем Его, вся земля.
[7. Принесите Иегове, собрания народов, принесите Иегове славу и крепость. 8. Принесите Иегове славу имени Его, поднимите дары и войдите во дворы Его. 9. Поклонитесь Иегове в красоте святилища, трепещите пред лицем Его, вся земля.]
7) Принесите Иегове, собрания народов. Коль скоро в те времена слава Божия пребывала на Сионе, освященном для воспевания имени Божия — а священство Бог вручил лишь потомству Авраама, — не вызывает сомнений, что здесь пророк говорит о будущем обновлении Церкви во время пришествия Христова. Поэтому здесь присутствует антитезис между древним народом и собранием народов, которые в конце концов станут причастниками того же самого усыновления. Далее, фраза «принесите славу и крепость» означает то же, что и «воздайте славу и крепость». И чтобы показать, что люди ничего не приносят от себя, но лишь нечестиво похищают у Бога славу, если не воспевают Его имя, пророк добавляет: «славу имени Его», — давая понять, что Бог не заимствует эту славу извне, и вся слава, которую Он требует Себе воздать, была у Него с самого начала. Пророк также открыто приглашает язычников к участию в одинаковом с иудеями богопочитании. И не в том смысле, что Бога и теперь следует почитать с помощью внешних, предписанных в законе обрядов, но в том, что впредь будет лишь одно правило благочестия, которого станут придерживаться все народы. Но язычникам не подобало бы вместе с детьми Божиими входить во двор святилища, если бы не обрушилась разделявшая их преграда. Поэтому эти слова представляют собой ясное пророчество о будущем призвании язычников, которые не могли войти в священное собрание, доколе не были очищены от присущей им скверны.
В самом деле, богослужение, о котором здесь идет речь, то есть — минха [Minhah], было лишь разновидностью жертвы Богу; но пророк, упоминая о ней, имеет в виду все богопочитание в целом, поскольку эта жертва была тогда самой обычной и распространенной формой выражения благочестия. Из этого отрывка (как и из многих других) также явствует, что пророки, говоря о Царстве Христовом, под символами их эпохи имели в виду внутреннее почитание Бога. Ведь Бог не хочет, чтобы после пришествия Христова Ему преподносили какие-то хлеба. Пророк имеет в виду лишь то, что некогда закрытые ворота храма в будущем распахнутся перед язычниками.
Тому же, какими жертвами Бог велит почитать Его теперь, апостол коротко учит в Послании к евреям. Но тогда тем более нетерпимыми предстают паписты, искажающие эти свидетельства в пользу своей мессы и прочего вздора. Между тем, что действительно можно вывести из слов пророка, так это то, что истинные почитатели Бога не приступают к Нему с пустыми руками. Ведь нам предписано разумное служение Богу путем принесения в жертву как себя, так и всего нам принадлежащего (Рим 12:1).
9) Поклонитесь Иегове. Пророк продолжает развивать предыдущую мысль. Ведь то, что Бог некогда требовал от Своего народа приношения, было связано не с тем, что Он нуждался в служении людей, а с тем, что мы должны как-то исповедовать свою веру. Поэтому пророк говорит, для чего именно предназначалось упомянутое им приношение: для того чтобы верующие простерлись перед Богом, исповедуя, что и сами они, и все их имущество принадлежат Ему. Причем пророк снова говорит здесь о красоте храма, показывая, что язычникам в будущем будет оказана честь составить с избранным народом единое тело. Но в то, что эти язычники вместе со святым родом Авраама получат доступ в храм Божий, никак нельзя было поверить тогда, когда составлялся данный псалом. И от этого наше призвание, которое тогда рассматривалось как что-то чудовищное и нелепое, должно быть для нас тем более несомненным и надежным. Ведь совершенно ясно, что дверь спасения нам мог открыть только Бог. Используя же слово «красота», пророк хочет внушить нам уважение к храму, дабы мы приступали к Богу не поспешно и необдуманно, а со страхом и смирением.
Об этом же говорят и заключительные слова стиха: трепещите пред лицем Его, призывающие верующих осознать, что такое величие Божие, и почтительно перед Ним склониться. Конечно же, Бог не хочет испугать Своих почитателей или лишить их доступа к Себе (ведь для них нет ничего слаще и приятнее искания Бога), но нам, чтобы истинно и искренне поклоняться Богу, воистину, необходимо глубокое смирение. Красота же или великолепие святилища заключаются здесь не в серебре или золоте, не в дорогом материале или хорошо вытесанных камнях, не в каком-то земном блеске или богатстве, а в схожести с небесным первообразом, который некогда был явлен на горе Моисею (Исх 25:9).
10. Скажите народам: Господь царствует! потому тверда вселенная, не поколеблется. Он будет судить народы по правде. 11. Да веселятся небеса и да торжествует земля; да шумит море и что наполняет его; 12. да радуется поле и все, что на нем, и да ликуют все дерева дубравные 13. пред лицем Господа; ибо идет, ибо идет судить землю. Он будет судить вселенную по правде, и народы — по истине Своей.
[10. Скажите в народах: Иегова царствует, конечно, утвердится вселенная, не подвигнется; Он будет судить народы в правоте. 11. Да веселятся небеса и да ликует земля; да шумит море и полнота его. 12. Да ликует поле и все, что на нем, и да торжествуют все дерева лесные. 13. Пред Иеговой; ибо идет, ибо идет судить землю; Он будет судить вселенную по справедливости, и народы — по истине Своей.]
10) Скажите в народах... Пророк снова внушает мысль о том, что почитание Бога может быть лишь там, где Он председательствует и правит. В самом деле, доколе престол Божий располагался в пределах Иудеи, язычники не могли почитать Его, поскольку не повиновались Его власти. Значит, пророк распространяет Царство Божие в том смысле, что в будущем под водительством Божиим соберутся те, кто прежде жил в рассеянии и разобщенно. Глагол же «сказать» указывает на то, что Бог хочет распространить пределы Своего Царства именно посредством Слова и учения. Отметим также фразу пророка об утверждении вселенной. Ведь, хотя (как нам известно) Бог изначально установил для природы определенный порядок, на небесах всегда сияют одни и те же солнце, луна и звезды, неверующие потребляют одну пищу с верующими, и в них присутствует один и тот же дух жизни, — все же надо твердо верить в то, что все в мире перемешано и неустроенно, и что мир, как во времена потопа, погружен в ужасную ἀταξίαν, покуда в людских душах продолжает гнездиться нечестие. Действительно, разве может быть что-то прочное и незыблемое в этом мире, кроме Бога? Поэтому этот отрывок обоснованно учит, что мир утвердится лишь тогда, когда люди вернутся под власть десницы Божией. А отсюда также можно сделать вывод, что, хотя каждая тварь в отдельности и исполняет положенное ей служение, все же в мире не будет никакого порядка, доколе Бог не воссядет на царский престол и не воцарится над людьми.
В самом деле, разве можно представить себе большее запустение, чем там, где тварь не хочет признавать Своего Творца? И как бы ни были самодовольны неверующие, их положение будет шатким, а их жизнь — висеть на волоске, поскольку благополучие их основано не на Боге. Кроме того, не стоит забывать о том, о чем мы читали в Пс 46:6 [в Синодальном переводе Пс 45:6 — Прим. пер.]: Бог посреди святого града, поэтому он не поколеблется. Меня также вполне устраивает и то толкование, что, живя в эпоху закона, то есть — во время ожидания и томления, пророк косвенно сравнивает здесь с начатками закона состояние полного блаженства, которое наступит после Христова пришествия.
Затем пророк говорит, что в упомянутом им Царстве будет властвовать справедливость, как мы читали в Пс 45:7 [в Синодальном переводе Пс 44:7 — Прим. пер.]: жезл правоты, жезл Царства Твоего. Ведь глагол «судить», как известно, обозначает у евреев любую власть. Если же способ правления Божия состоит в том, что Он приведет человеческую жизнь в соответствие со справедливостью, то отсюда, прежде всего, можно сделать вывод о том, что, как бы ни были самодовольны люди, их дела не будут клеиться, доколе Христос не подчинит их Своей власти. И упомянутая справедливость относится здесь не только к видимым совершаемым в жизни поступкам, но и к внутреннему обновлению сердца, поскольку зависит от возрождения Святым Духом, восстанавливающим в нас образ Божий.
11) Да веселятся небеса. Чтобы подчеркнуть величие благодати Бога, соизволившего собрать под Своей властью всех людей, пророк приглашает к участию в веселье даже бессловесных тварей, таких как: деревья, море и небеса. Причем здесь он не говорит иносказательно и не имеет в виду ангелов или людей, но велит восклицать от радости даже немым морским рыбам. Поэтому выражение это, несомненно, гиперболично и указывает на то, что нет ничего блаженнее и желаннее, чем находиться под опекой Божией. Между тем пророк хочет сказать, что Царство Божие — не что-то тираническое или ужасное, что власть Божия сопряжена с полнотою наслаждения и радости. Ведь то, что нечестивые начинают трепетать, как только воздвигается престол Божий, представляет собой привходящий и несущественный признак этой власти. Впрочем, для этой конкретной гиперболы есть вполне определенное основание. Ведь, коль скоро сейчас (по свидетельству Павла, Рим 8:22) все стихии воздыхают и мучаются вместе с нами, поскольку из-за нас были покорены тлению, не удивительно, если их так возвеселит то восстановление мира, по которому они стонут. Из этого отрывка мы также делаем вывод, что людское веселье подобно шабашу безумцев, если люди веселятся без Бога.
В заключение же псалма пророк учит нас, что, покуда лик Божий от нас сокрыт, в нас не будет гореть даже малая искорка радости. Возликуют, — говорит пророк, — пред лицем Божиим, ибо Он идет. Но если даже море и земля печалятся и скорбят до пришествия Божия, что ожидает нас, на которых Его ужасное проклятие пало прямо и непосредственно? И, поскольку поверить в это весьма сложно, пророк дважды упоминает и одновременно дает определение той правоты, о которой недавно говорил. По его словам, эта правота в том, что Бог будет править миром по Своей справедливости и истине. А отсюда следует, что только свет справедливости и истины Божией очищает людей от их врожденной порочности и лицемерия.
