Краткое содержание. Пророк восхваляет особую милость Божию, состоящую в том, что Бог из всего мира даром усыновил один народ, и показывает, что Бог заключил завет с Авраамом и его потомством не только на словах, но, однажды избавив их, не прекращал осыпать бесчисленными благодеяниями, причем именно для того, чтобы избавленные им в свою очередь свято хранили Его завет и полностью посвятили Себя Его искреннему почитанию.
1. Славьте Господа; призывайте имя Его; возвещайте в народах дела Его; 2. воспойте Ему и пойте Ему; поведайте о всех чудесах Его. 3. Хвалитесь именем Его святым; да веселится сердце ищущих Господа. 4. Ищите Господа и силы Его, ищите лица Его всегда. 5. Вспоминайте чудеса Его, которые сотворил, знамения Его и суды уст Его...
[1. Воспевайте Иегову; призывайте имя Его; возвещайте в народах дела Его. 2. Воспойте Ему и пойте Ему; поведайте о всех чудесах Его. 3. Хвалитесь именем Его святым; да веселится сердце ищущих Иегову. 4. Ищите Иегову и силы Его, ищите лица Его всегда. 5. Вспоминайте чудеса Его, которые сотворил, знамения Его и суды уст Его.]
1) Воспевайте Иегову. Вступительные слова псалма призывают потомство Авраама поместить все свое блаженство в усыновлении Божием. И хотя то, что Бог сотворил их людьми, по-отечески опекал в этом мире и подавал Своею рукою пищу, также представляло для них великое благо, все же много выше была другая оказанная им честь — быть избранными к тому, чтобы стать особым народом Божиим. В самом деле, коль скоро в Адаме рождение всех смертных оказалось проклятым, израильский народ отличался от прочих народов тем, что мог хвалиться привилегией быть святыней Божией. Поэтому пророк и столь многословен в восхвалении этой милости. Ведь здесь он (в отличие от предыдущего псалма) говорит не о том, что Бог управляет всем мирозданием, а о том, что Он принял под Свою отеческую опеку израильский народ.
Пророк обобщенно говорит здесь о делах и чудесах Божиих, но и то, и другое относит к духовному завету, посредством которого Бог отделил для Себя Церковь, чтобы она воздыхала на земле по небесной жизни. Действительно, чудеса пророк видит здесь не в том, что солнце, луна и звезды встают над горизонтом и освещают мир, не в том, что земля дает в положенный срок урожай, не в том, что животные имеют обильную и разнообразную пищу, не в том, что человеческий род пользуется столькими удобствами, а в том, что из погибшего потомства Адама Бог избрал для Себя немногих людей, для которых решил стать Отцом. Поэтому пророк и велит веселиться в имени Божием и призывать это имя. Но ведь это — привилегия, принадлежащая одной лишь Церкви. А отсюда следует, что речь пророка обращена здесь только к верующим, которых Бог взял под Свою охрану и опеку, и которым повелел хвалиться Его именем.
4) Ищите Иегову. Хотя недавно пророк уже говорил, что верующие ищут Бога, он все же счел нужным (и вполне обоснованно) призвать их теперь к усердию в этом деле. Истинно, что верующие отличаются от мирских людей именно вышеупомянутым исканием, но им многого недостает для того, чтобы искать Бога с подобающим рвением. Поэтому им постоянно необходимы стрекала, подстегивающие их и ускоряющие их, пусть и добровольный, бег. Ведь пророк призывает здесь искать Бога не заблуждающихся, не ленивых, не привязанных к земному людей, а тех, кто уже стремится к Богу всей душою, и поступает так потому, что видит, сколь многие препятствия задерживают их продвижение вперед и мешают им ускорить свою поступь. Поэтому, с какой бы охотой мы ни предавались поискам Бога, нас все равно необходимо подстегивать и отучать от лени.
Говоря же о силе и лице Господа, пророк, без сомнения, имеет в виду конкретный способ, которым Бог являлся тогда верующим и, приспосабливаясь к грубым нравам того времени, привлекал их к Себе. Известно, что и во многих других местах Писания ковчег завета называется как силой, так и лицом Божиим. Ведь из подобных символов народ узнавал, что Бог к нему близок, и на собственном опыте ощущал Его могущество. Поэтому, чем более близким к нам являет Себя Бог, тем более пылко, по словам пророка, следует Его искать. И вспомоществования, которыми Бог укрепляет нашу немощь, должны побуждать нас к еще большему усердию. Кроме того, пророк советует нам быть скромными, дабы мы всегда помнили о присущей нам медлительности, придерживались предписанного Богом пути и не гнушались теми азами благочестия, с помощью которых Бог постепенно приближает нас к Себе. Причем пророк подчеркивает, что Бога надо искать «всегда», чтобы никто не изнемогал в середине пути, не надмевался глупой мыслью о собственном совершенстве и не пренебрегал внешними упражнениями в благочестии. Ведь многие, продвинувшись в познании Бога лишь на несколько пядей, уже спешат изъять себя из-под власти общего закона и ведут себя так, словно стали выше самих ангелов. Пророк также велит нам вспоминать о чудесах Божиих, сотворенных Им при избавлении Своего народа, поскольку в этих чудесах Бог явил Свою силу новым и необычным способом.
Под судами же уст Божиих некоторые понимают данный Богом закон. Но, поскольку все три фразы я читаю в одном контексте, то предпочел бы отнести сказанное к знамениям, которыми Бог смирил гордыню фараона. Но все равно не вполне ясно, почему пророк пользуется этим выражением. Некоторые думают, что суды уст Божиих называются так из-за проповеди Моисея. И это предположение весьма вероятно, хотя можно понимать и проще: в этих знамениях проявилось невероятное могущество Божие, из чего можно было заключить, что они исходят именно от Него. Я вовсе не исключаю здесь служение Моисея, которого Бог сделал пророком для египтян, и который, возвестив им будущие события, тем самым доказал, что они не были вызваны случаем. Но, на мой взгляд, пророк намекает здесь на величие сотворенных чудес и как бы говорит: хотя Бог и не говорил тогда никаких слов, Он все же достаточно ясно показал Себя мстителем за Свой народ.
6. Вы, семя Авраамово, рабы Его, сыны Иакова, избранные Его. 7. Он Господь Бог наш: по всей земле суды Его. 8. Вечно помнит завет Свой, слово, (которое) заповедал в тысячу родов, 9. которое завещал Аврааму, и клятву Свою Исааку, 10. и поставил то Иакову в закон и Израилю в завет вечный, 11. говоря: «тебе дам землю Ханаанскую в удел наследия вашего».
[6. Семя Авраамово, рабы Его, сыны Иакова, избранные Его. 7. Он Иегова Бог наш: по всей земле суды Его. 8. Вечно помнит завет Свой, слово, (которое) заповедал в тысячу родов. 9. Которое завещал Аврааму, и клятву Свою Исааку. 10. И поставил то Иакову в указ и Израилю в завет вечный. 11. Говоря: тебе дам землю Ханаанскую в удел наследия вашего.]
6) Семя Авраамово. Теперь пророк по имени обращается к тому народу, которого Бог удостоил особого усыновления. В самом деле, преимущество над всеми народами, полученное Израилем исключительно по благодеянию Божию, служило для него узами священного единства с Богом. Называя же израильтян семенем Авраама и сынами Иакова, пророк хочет сказать, что подобной чести они достигли не собственными стараниями, а потому что отцы их были святы. Хотя одновременно пророк утверждает, что святость отцов исходила только от избрания Божия, а не от их природы. Ведь он подчеркивает обе мысли сразу: и то, что дети Авраама еще до своего рождения уже были наследниками завета, поскольку происходили от святых отцов; и то, что сами отцы стали святыми не своими заслугами или своим достоинством, а в силу благодатного избрания. Поэтому пророк и называет здесь Иакова избранным Божиим. И хотя Авраам также назван рабом Божиим, Быт 26:24, поскольку почитал Его правильно, все же затем пророк говорит о том, что начало здесь было положено не людьми, а исключительно Богом, соизволившим причислить их к Своему стаду. Из заключенного завета пророк делает вывод, что, хотя власть Божия распространяется на весь мир, хотя Бог везде вершит Свои суды, все же в особом смысле Он — Бог лишь для одного народа, как сказано в песне Моисея (Втор 32:8): когда Всевышний разделял народы, когда Он расселял племена, то провел межу Свою в Иакове.
Пророк снова хочет сказать: израильтяне выделяются не потому, что лучше других, но по причине благоволения Божия. Ведь если суды Божии распространяются на весь мир, в отношении этих судов положение народов одинаково. А отсюда следует, что различие между ними заключается в том, любит их Бог или нет, и достоинство народа не происходит от его заслуг. Поэтому, хотя Бог по праву владеет всей землею, пророк утверждает, что Он отделил Себе один народ, в среде которого восхотел царствовать. И сегодня мы должны приложить это увещевание к себе. Ведь если мы хорошенько задумаемся над своим призванием, то обнаружим, что предпочесть Бога нас подвигло не что иное, как Его Собственная милость.
8) Вечно помнит. Теперь пророк воспевает реальные последствия завета Божия и, исходя из факта избавления народа, доказывает то, о чем говорил прежде: Бог, одинаково господствуя над всеми народами, все же выказал Свое благоволение только роду Авраама. В самом деле, почему еще Бог избавил народ и столькими чудесами явил силу Своей мышцы, если не потому, что сдержал слово, некогда данное Своим рабам? Итак, заключенный в древности завет несомненно является причиной избавления народа, поскольку Богу, верному в исполнении обещанного, прежде надо было выказать Свое милосердие. И коль скоро между самим обетованием и его исполнением протекли долгие годы, пророк пользуется здесь глаголом «помнить» и как бы говорит, что обетования Божии не утратили силу по прошествии длительного времени, что, хотя мир считает их бездейственными или забытыми, Бог помнит о них и своевременно их исполнит.
И эту мысль он еще лучше выражает в следующей части стиха, где восхваляет согласие и гармонию между сутью завета Божия и его результатом. По словам пророка, Бог заключил союз с Авраамом не на несколько дней и не ограничил срок действия завета жизнью одного человека, но обещал быть Богом его потомства в тысячу родов. Поэтому, хотя обещанное Богом исполнилось нескоро, Бог все же на деле показал, что данное Им слово не теряет со временем свою силу.
Далее, поскольку Авраам был призван первым, когда еще жил в среде язычников, пророк начинает отсчет времени завета именно с него. Но потом, по его словам, завет был также заключен с сыном и внуком Авраама. Поэтому дело обстояло так: Бог как бы вверил Аврааму Свой завет, торжественно пообещав быть Богом его семени, но ради еще большего удостоверения данного Им слова восхотел повторить его Исааку и Иакову. В самом деле, подобный повтор позволяет истине Божией глубже укорениться в людских сердцах, а Его многократно засвидетельствованной благодати обрести еще большую славу и известность. Поэтому мысль о незыблемости завета Божия выражается здесь как бы поэтапно. И то, что сказано об отдельных патриархах, относится в действительности к ним всем. Пророк говорит, что Бог поклялся Исааку. Но разве прежде Он не клялся Аврааму? Несомненно, так.
Далее, пророк говорит, что Слово Божие было поставлено Иакову в указ и вечный завет. Но разве до этого оно было временным и тленным, и только тогда, изменив свою природу, стало вечным и неизменным? Конечно же, пророк хотел сказать не это. Используя разные выражения, он лишь удостоверяет Слово Божие полностью и во всех отношениях. Ведь если бы призвание одного человека и не устраняло все сомнения, распространение этого призвания на потомство привело бы к большей ясности и упрочило бы доверие к завету Божию. Здесь снова следует вспомнить о том, что Бог, давая клятву и много раз повторяя то, что уже нам обещал, тем самым выказывает более чем снисходительное отношение к нашей немощи. Но тогда тем более гнусной окажется наша неблагодарность, если мы откажемся верить не только говорящему, но клянущемуся Богу.
11) Говоря: тебе дам. Поскольку упомянутый дар представлял собой лишь малую толику предложенной отцам благодати, кажется, что пророк слишком узко понимает здесь завет Божий, включавший в себя среди прочего и надежду на вечное наследие. Но пророк счел достаточным путем синекдохи показать исполнение того, что Бог некогда обещал отцам. Он хотел сказать, что иудеи владеют землей Ханаана лишь постольку, поскольку завет Божий сделал ее законным наследием Авраама. Действительно, если кто-то предъявит приложенный к договору залог, он тем самым нисколько не нарушит этот договор. Поэтому пророк, доказывая видимым символом, что Бог серьезно заключил завет со Своими рабами и не обманывал их надежд, вовсе не устраняет и не упраздняет другие благодатные обетования. Больше того, израильтяне, слыша, что занимают Ханаан по наследственному праву, должны были подняться еще выше и вспомнить обо всех привилегиях, которых их удостоил Бог.
Отсюда можно заключить, что, когда Бог исполняет даже небольшую часть Своих обещаний, мы окажемся злыми и неблагодарными, если, увидев это, не укрепимся в своей вере. Ведь Бог, выказывая Себя нашим Отцом, тем самым запечатлевает в наших сердцах силу и действенность Своего Слова с помощью конкретных дел. И если даже ханаанская земля должна была обратить помыслы израильтян к небесам, поскольку они знали, что овладели ею только в силу завета Божия, тем более важным должен быть для нас тот факт, что Бог явил нам Христа, в Котором все обетования оказались «да и аминь», 2Кор 1:20. И приводя слова: тебе дам землю в удел наследия вашего, пророк, изменив грамматическое число, показывает, что Бог заключил тогда завет со всем народом, хотя и обращал Свою речь лишь к немногим. Как и немного выше он называет завет вечным уставом или законом. В самом деле, хотя святые патриархи были первыми хранителями обетования Божия, они приняли предложенную им благодать не как частные лица, а с целью передать ее также своим потомкам.
12. Когда их было еще мало числом, очень мало, и они были пришельцами в ней 13. и переходили от народа к народу, из царства к иному племени, 14. никому не позволял обижать их и возбранял о них царям: 15. «Не прикасайтесь к помазанным Моим, и пророкам Моим не делайте зла».
[12. Когда их было еще мало числом, очень мало, и они были пришельцами в ней. 13. И переходили от народа к народу, из царства к иному племени. 14. Он не позволял людям вредить им и возбранял о них царям. 15. Не прикасайтесь к помазанным Моим, и пророкам Моим не делайте зла.]
12) Когда их было... Здесь пророк перечисляет благодеяния Божии, которые Бог изначально оказывал святым отцам, давая понять, что Его завет обрел силу еще задолго до окончательного избавления. Пророк хочет донести до нас следующую мысль: Бог, взяв Авраама под Свою опеку, с этого момента стал чудесным образом его хранить. Причем Он также выказал Свою отеческую любовь в заботе и о двух других патриархах. И утверждая, что израильтян было тогда весьма мало, пророк не только подчеркивает этим обстоятельством силу Божию, но и указывает на причину, по которой Бог благодетельствовал им столь щедро. Итак, чтобы иудеи не приписывали ничего себе, пророк прежде всего напоминает им, что их отцы ощутили благоволение Божие еще тогда, когда были немощными, презренными, нищими и в плотском смысле совершенно несчастными скитальцами. Таким же образом увещевает иудеев и Моисей (Втор 7:7): Бог избрал отцов твоих не потому, что они были многочисленнее прочих народов, и не потому, что в них было больше благородства, а потому, что возлюбил их.
В итоге: избрание этого народа не было связано ни с его многочисленностью, ни с какими-то другими выдающимися качествами. Ведь Авраам первоначально жил в одиночестве со своей женой и не имел потомства. А из двух сыновей Исаака один, по его повелению, отправился на чужбину, а другой и вовсе отпал от его семьи. И хотя у Иакова потомство было более многочисленным, его дети также не сумели подняться над уровнем простых обывателей. Кроме того, израильтяне, странствуя по чужой земле, были не только презренными и бесславными — голод и нищета часто заставляли их изменять место жительства, и с учетом этого говорить об их достоинстве не приходилось вовсе. Из этого видно, что все благодеяния, которые им оказывал Бог, проистекали только из Его к ним любви, и что причину этой любви не следует искать вне Самого Бога. И если пророк столь усердно восхваляет благодать Духа Божия, выраженную в земных благодеяниях, разве не следует ценить ее еще больше, когда речь заходит о небесном наследии?
Говоря же о том, что израильтяне переходили от народа к народу, пророк показывает, что Бог защищал и опекал их воистину чудесным образом. Даже если бы они нашли себе пристанище в каком-либо месте, это служило бы свидетельством великой милости Божией. Но Его покровительство еще яснее проявилось тогда, когда иудеи вели жизнь изгнанников, когда их с ненавистью изгоняли отовсюду, подобно тому как ветер сдувает с земли пыль. И коль скоро их жизнь всегда висела на волоске, а смена места жительства подвергала их все новым угрозам, одна лишь сила Божия могла обеспечить их невредимость и безопасность.
14) Он не позволял людям. Известно, что с Авраамом и его потомством враждовали не отдельные люди, а целые народы. И коль скоро на израильтян восставали одни за другими многие, пророк в целом утверждает, что Бог не позволил этим людям им вредить, и использует существительное אדם. Кроме того, любовь Божию к Его рабам еще больше подчеркивает то обстоятельство, что Бог ради них вступил в единоборство даже с могущественными царями. Ведь из того, что Он не пощадил самих владык Египта и Герара, явствует, сколь драгоценной была для Него безопасность Авраама и его рода. Выше мы говорили, что святые отцы не пользовались в мире никаким уважением или почетом. Но тогда Бог, предпочтя их самим царям, тем самым еще больше превознес Свою благость. Теперь мы понимаем, что в лице отцов урок смирения получили все иудеи, и что этот урок не дает им права основывать милость Божию на каком-либо своем достоинстве.
15) Не прикасайтесь к помазанным Моим. Теперь пророк идет еще дальше и говорит, что, поскольку Бог стал воевать с царями ради Своих рабов, Он не только защитил их подобно тому, как обычно помогает несчастным и несправедливо притесняемым, но и взял их под Свое особое покровительство. В самом деле, Бог покровительствовал иудеям не на каком-то общем основании, а именно потому, что обещал быть мстителем за них в силу Своего благодатного усыновления. В этом причина, по которой автор псалма наделяет святых патриархов двумя почетными титулами, называя их пророками и помазанниками Божиими. О других людях Бог сказал: не трогайте невинных, не вредите несчастным, не заслужившим от вас такого отношения. Но Авраама и его потомство Он защищает на совершенно ином основании: Бог называет Своими помазанниками тех, кого освятил Себе в особый народ.
И в том же самом смысле Он называет их пророками (причем этим титулом величается и сам Авраам, Быт 20:7), то есть не только потому, что Бог явил им Себя яснее, чем прочим народам, но и потому, что они добросовестно проповедовали небесное учение, память о котором осталась даже после их смерти. Ведь тогда еще не вошел в употребление установленный в законе обряд помазания, но, по словам пророка, то, что Бог впоследствии показал через обряды закона, тогда исполнилось на Аврааме воистину и буквально. И эту печать освящения Бог поставил на всех Своих избранных. Поэтому, если внутреннее помазание Божие столь многое значило даже тогда, когда еще не было закона, насколько более рачительно Бог будет заботиться о Своих людях сейчас, послав им полноту помазания в Своем Единородном Сыне!
16. И призвал голод на землю; всякий стебель хлебный истребил. 17. Послал пред ними человека: в рабы предан был Иосиф. 18. Стеснили оковами ноги его; в железо вошла душа его, 19. доколе исполнилось слово Его; слово Господне испытало его.
[16. И призвал голод на землю; всякий посох хлебный сломил. 17. Послал пред ними мужа: в рабы предан был Иосиф. 18. Стеснили оковами ноги его; железо нашло на душу его. 19. Доколе не пришло слово Его; слово Иеговы испытало его.]
16) И призвал голод. Здесь пророк воспевает известнейший пример провидения Божия в отношении избранного народа, преподанный в то время, когда завет с ним мог показаться утратившим силу. В самом деле, наследование ханаанской земли было добавлено к завету в качестве его залога или подтверждения. Поэтому, если этот завет не могло расторгнуть даже переселение Иакова в Египет, лишившее его дома на обетованной земле, верность Божия данному Им Слову становится еще очевиднее. Значит, Бог, послав подобное испытание, тем самым еще яснее выказал Себя предусмотрительным отцом, опекающим род Авраама. Но здесь полезно рассмотреть каждую фразу отдельно. Сначала пророк учит, что голод, изгнавший Иакова в Египет, не был случаен. И хотя речь идет лишь об одном подобном событии, из сказанного следует общее утверждение: причина нехватки чего-либо заключается в том, что Бог отнимает от нас Свою руку и тем самым лишает нас пропитания. И проклятие Божие становится еще очевиднее, когда пророк говорит о призывании голода. Голод как бы изображается слугою гнева Божия, готовым повиноваться любому Его приказу. Эти слова учат нас, что и голод, и язва, и любой другой бич судьбы поражают нас не случайно, не в силу слепого рока, а потому что десница Божия направляет их, куда Ему угодно, и они повинуются Его воле.
Затем пророк указывает на то, каким способом Бог призвал голод: Он сломил всякий хлебный посох. Причем метафора посоха звучит здесь вполне уместно, поскольку Бог дал хлебу способность и свойство подкреплять людей, сделав его сокровенной основой нашей жизни. То есть хлеб служит для нас как бы посохом, покуда Господь хочет подкреплять им наши силы. И этот посох Бог может сломать двумя способами: или когда не дает собрать достаточный для нашего прокормления запас хлеба (именно в этом смысле понимается это выражение у Иез 4:16: сломаю посох хлебный в Иерусалиме, будут есть в недостатке и тревоге, будут пить воду со страхом, как бы не исчахнуть), или когда лишает силы утолять голод сам хлеб, в результате чего люди, поедая его, не могут насытиться. Причем этот второй способ (когда Бог лишает хлеб свойств посоха) приводит почти к тому же, к чему и первый. Ведь и способность животворить нас хлеб имеет не от себя (как сказано во Втор 8:3), но заимствует ее из уст Божиих.
17) Послал перед ними мужа. Сказанное здесь пророком основано на том, что десница и совет Божий управляют всем происходящим с Его народом. Слова звучали бы проще, если бы пророк сказал, что после того, как братья продали Иосифа в Египет, на землю пришел голод. Но он подчеркивает мысль о том, что именно по замыслу Божию Иосиф был послан в Египет перед семьей своего отца, дабы суметь впоследствии ее прокормить. И когда на землю был призван голод, провидение Божие паче всякого чаяния послало народу помощь. Причем, хотя сказанное остается истинным в отношении всех человеческих дел, пророк все же имеет здесь в виду ту особую заботу, с которой Бог окормляет Свою Церковь. Во второй же части стиха он упоминает о том, что предшествовало названному событию. Поэтому глагол «посылать» будет лучше выражать смысл сказанного, если перевести его в плюсквамперфекте, а именно: Бог, еще раньше, чем поразил ханаанскую землю голодом, приготовил для раба Своего Иакова и его семьи подходящее вспомоществование. Ибо Он предпослал Иосифа как бы в качестве эконома, который должен был позаботиться о пропитании всех.
Здесь пророк делает два, на первый взгляд, противоположных утверждения, из которых только очевиднее становится провидение Божие. Действительно, каким образом Бог послал Иосифа в Египет? Ответ: когда братья сговорились его убить, случайно вышло так, что они предпочли продать его, а не оставить в могиле. Поэтому эта продажа, если рассматривать ее саму по себе, играет как бы роль облака, заслоняющего от нас провидение Божие. Ведь, когда против Иосифа возник заговор, разве оставалась надежда на то, что он будет кормильцем отцовской семьи? И потом, после того как его решили убить менее жестоким способом и бросили в колодец, разве он мог в этой ситуации как-то помогать другим? Самое большее, на что можно было надеяться, так это на то, что его в конце концов вытащат из колодца и продадут. Но опять же, даже учитывая это обстоятельство, еще немного — и он продолжил бы гнить в колодце всю свою жизнь. Кто, зная эту историю, подумал бы, что провидение Божие управляет столь извилистыми зигзагами судьбы? Поэтому пророк упреждает эту опасность и говорит, что, согласно людскому мнению, Иосиф был продан, а согласно замыслу Божию — послан.
И это место надо отметить особо, поскольку пророк прекрасно отстаивает здесь провидение Божие вопреки бесчувственности нашей плоти. Ведь мы, хватаясь за то, что попадает нам под руку, и приписывая все происходящее замыслам людей или слепому случаю, не можем подняться в своих мыслях до Бога. Но продажа Иосифа предстает теперь перед нами не завесой, скрывающей провидение Божие, а, скорее, его замечательным подтверждением. Она показывает, что, когда люди замышляют что-либо сделать, исход их дела находится в руках Божиих. Больше того, Бог таинственным воздействием склоняет людские сердца в ту или иную сторону, дабы исполнить через них (даже незнающих и нехотящих) Свою Собственную волю. Так говорил своим братьям и сам Иосиф (Быт 45:5): не вы продали меня, но Бог послал меня перед вами, как отца. Впрочем, Бог таким образом управляет поступками людей Своей таинственной уздою и таким образом использует их дурные замыслы для Своих благих целей, что при этом Его суды остаются непричастными людской порочности. Братья Иосифа злодейски сговариваются его убить, а потом несправедливо продают его в рабство. Поэтому вся вина лежит в этом случае на них. А Бог, используя их поступки, заботится о благе как самого Иосифа, так и его отца, и всей Церкви. Значит, Его святой замысел отнюдь не осквернила злоба этих братьев, которые стремились к совершенно иной цели. Да и сам Иосиф впоследствии скажет то же самое (Быт 50:20): вы замышляли обо мне злое, а Бог обратил это во благо.
18) Стеснили. Пророк не напрасно подчеркивает то обстоятельство, которое могло затуманить людские умы и не дать им узреть в происходящем провидение Божие. В самом деле, разве не глупо думать, будто Бог добивается Своей цели, идя столь окольными путями? Но провидение Божие, преодолев все препятствия, стало в итоге еще очевиднее, чем если бы соделало все быстро и легко. Если бы Иосиф по прибытии в Египет был тут же отведен к царю и поставлен над этой страною, все остальные события последовали бы беспрепятственно и непринужденно. Но когда его бросили в темницу — и он вел совершенно несвойственную людям жизнь, представляя из себя как бы полумертвого — а потом, спустя длительное время, паче чаяния представили царю, внезапная перемена засвидетельствовала подлинное чудо Божие.
Поэтому упомянутое пророком обстоятельство вполне относится к сути дела: Иосиф словно успел умереть десять раз еще до того, как братья его продали. Поэтому Бог столько же раз выказал Себя Отцом, избавляя того, кто стал отцом и покровителем Его Церкви. И поскольку после того, как Иосифа угнали в Египет, его продолжали передавать из рук в руки, пока в конце концов не бросили в еще одну могилу, — разве не ясно, что Бог, даже когда кажется нам спящим, на самом деле бодрствует и печется о нас? Что по всем этим извилистым путям Бог продвигается надежнее, чем если бы шел или даже бежал по прямому пути!
Далее пророк говорит, что ноги Иосифа были стеснены оковами. И хотя Моисей прямо этого не утверждает, здесь, несомненно, идет речь о чем-то весьма известном. Ведь иудеи узнали от отцов много такого, о чем нет упоминания в Писании. Также вполне вероятно, что условия тюремного заключения Иосифа не были изначально такими же сносными, какими стали потом, и сперва с ним обращались довольно жестоко. Но прочесть ли «душа его пришла в железо» или «железо нашло на его душу», смысл останется тем же: святого мужа сковали цепями столь тесно, словно обложили его душу железом. А отсюда следует, что на Иосифа можно было надеяться тогда не больше, чем на воскресение какого-нибудь трупа.
19) Доколе не пришло слово Его. Здесь пророк учит, что, хотя наше плотское чувство считает Бога слишком медлительным, Он все же исполнит постановленное Им и сделает это с наивысшим искусством. Слово же означает в этом месте не учение, а небесный указ. И хотя относительное местоимение «его» можно отнести как к Богу, так и к Иосифу, второй смысл нравится мне больше. То есть фраза «доколе не пришло слово Его» означает: «доколе Иосиф не нашел выхода, который до этого был сокрыт в тайном замысле Божием». Также не следует забывать, что пророк отвращает здесь людей от безбожного мнения о судьбе, слепо вершащей человеческие дела. И коль скоро, покуда Иосиф считался пропащим, спасение Церкви представлялось весьма проблематичным, пророк обращает наши помыслы к небесам и велит размыслить о таинственном Слове Божием, для возвещения которого тогда еще не настало время.
В том же самом смысле я толкую и следующую фразу «слово Иеговы испытало его». Относить сказанное к пророчеству, как поступают многие, кажется мне чрезмерной утонченностью. Но до того момента, как дело закончилось благополучным исходом, который Бог долго держал в тайне, терпение Иосифа подвергалось воистину серьезному испытанию. И то, что мирские люди, не признающие, что Бог управляет всем, называют судьбою, пророк наделяет более подходящим именем Слова Божия. Меня также не смущает то обстоятельство, что французы обозначают это понятие словом destinée. В самом деле, стоики, рассуждая (или, скорее, болтая) о судьбе, пытаются подчинить ее крутым поворотам не только себя и происходящие события, но и само истинное первоначало, поскольку, воображая себе переплетение причин, одновременно отнимают у Бога бразды правления миром. Но измышление о сплетении причин, которыми связан Сам Бог, воистину нечестиво. Поэтому нашей вере и надлежит возвыситься до мысли о таинственном совете Божием, посредством которого Бог направляет все к установленной Им цели. Этот отрывок также учит нас, что время окончания страданий благочестивых установлено Богом, и они будут скорбеть до тех пор, пока не закончится их испытание.
20. Послал царь, и разрешил его владетель народов и освободил его; 21. поставил его господином над домом своим и правителем над всем владением своим, 22. чтобы он наставлял вельмож его по своей душе и старейшин его учил мудрости. 23. Тогда пришел Израиль в Египет, и переселился Иаков в землю Хамову. 24. И весьма размножил Бог народ Свой и сделал его сильнее врагов его.
[20. Послал царь, и разрешил его; правитель народов и освободил его. 21. Поставил его господином над домом своим и правителем над всем владением своим. 22. Чтобы он вязал вельмож его по своей душе и старейшин его учил мудрости. 23. И пришел Израиль в Египет, и переселился Иаков в землю Хамову. 24. И весьма размножил народ Свой, и умножил его паче притеснителей его.]
20) Послал царь. Пророк велеречиво воспевает избавление Иосифа, поскольку в столь невероятном деле сила Божия воссияла особенно ярко. Разве можно себе представить, что могущественный царь призовет узника-чужеземца, поставит его над всем своим царством и сделает его в этом царстве вторым после себя человеком? Фразу же о том, что Иосиф будет вязать вельмож, обычно толкуют так, что ему была дана верховная власть, и он мог по своей воле заключать в узы даже знатных придворных. Другие, понимая грубость подобного толкования, производят глагол לאסור от глагола יסר то есть «наставлять», меняя в этом слове букву א на י. Но удивительно, что и те, и другие толкователи не заметили метафоры в глаголе «вязать», то есть в том, что Иосиф по своей воле держал вельмож Египта в узах и покорности. Ведь здесь идет речь не о телесных узах, а об узах подчинения, коль скоро и вельможи, и все остальные зависели тогда от его воли. И добавляя немного ниже: «и старейшин его учил мудрости», пророк тем самым показывает, что Иосиф правил не как тиран (несмотря на всю трудность обуздания своей похоти при обладании верховной властью) и даже для знатных вельмож служил примером наилучшего правителя.
23) И пришел Израиль. Пророк не приводит здесь всю историю переселения Иакова, поскольку в этом и не было необходимости. Он лишь указывает нам на провидение Божие, о котором задумывается едва ли каждый сотый читатель книги Моисея. Пророк говорит, что вслед за Иосифом, который должен был устроить радушный прием отцу и всей семье, в Египет пришел сам Иаков. Причем по чудесному провидению Божию у этого высокомерного народа он смог найти богатые запасы хлеба именно тогда, когда все прочие чахли от голода. А отсюда явствует, что воображаемая нами медлительность Божия нацелена лишь на то, чтобы завершить и обустроить все дела самым наилучшим образом.
24) И весьма размножил. Теперь пророк упоминает еще одно обстоятельство, свидетельствовавшее об особом благоволении Божием к Церкви, то есть о том, что за короткое время израильский народ необыкновенно возрос в числе. И чем ярче сияет здесь чудесное благословение Божие, тем более гнусным кажется лай некоторых псов, смеющихся над упомянутым Моисеем умножением народа, поскольку его темпы шли вразрез с природным порядком. Однако, если бы народ размножался с обычной скоростью, эти люди сказали бы, что в этом деле не наблюдается десницы Божией. Таким образом, своими уловками они стремятся лишь к тому, чтобы упразднить благословение Божие. Мы же, зная, что не подобает мерить силу Божию мерками нашего разума или законами природы, будем почтительно восхищаться ее столь необычным проявлением.
Затем идет фраза, которая кажется несколько туманной, особенно если понимать ее в смысле усиления израильского народа. В самом деле, кажется, что пророк говорит здесь не о времени покоя и благополучия евреев, а о том времени, когда их мучили и считали рабами. Но эту фразу κατὰ πρό ληψιν можно отнести и к будущим событиям. Ведь в следующем стихе пророк скажет о том, как египтяне изменили свое отношение к народу Божию и стали его жестоко притеснять. Поэтому, хотя египтяне еще не свирепствовали открыто против умножавшегося и усиливавшегося народа, пророк уже называет их притеснителями евреев. Однако, даже когда народ Божий подвергся гонениям и притеснениям, он все равно продолжал внушать своим врагам страх. И Моисей, Исх 1:12, ясно утверждает, что благословение Божие было зримо в Его народе даже во времена тирании египтян.
25. Возбудил в сердце их ненависть против народа Его и ухищрение против рабов Его. 26. Послал Моисея, раба Своего, Аарона, которого избрал. 27. Они показали между ними слова знамений Его и чудеса (Его) в земле Хамовой. 28. Послал тьму и сделал мрак, и не воспротивились слову Его. 29. Преложил воду их в кровь, и уморил рыбу их. 30. Земля их произвела множество жаб даже в спальне царей их.
[5. Обратил сердце их, чтобы ненавидели народ Его и коварно обращались с рабами Его. 26. Послал Моисея, раба Своего, Аарона, которого избрал. 27. Они показали между ними слова знамений Его и чудеса в земле Хамовой. 28. Послал тьму и делал мрак, и не воспротивились слову Его. 29. Преложил воду их в кровь, и уморил рыбу их. 30. Произвела земля их жаб в спальне царей их.]
25) Обратил сердце их. То, что египтяне из добрых и гостеприимных хозяев превратились в свирепых врагов, пророк также приписывает замыслу Божию. Несомненно, что к преследованию евреев египтян подтолкнули их злобный нрав, гордыня и алчность, но все это не произошло без вмешательства провидения Божия, поскольку Бог непостижимым образом вершит Свою волю через отверженных и производит из мрака свет. Некоторым слова пророка кажутся слишком жесткими, и они переводят глагол в пассивном залоге: «обратились сердца их» и т. д. Но такой перевод поверхностен и не соответствует контексту. Мы видим, что пророк хочет полностью приписать Богу управление Церковью и сказать, что ничто не происходит без Его воли. И если чей-то нежный слух отвращается от сказанного как слишком грубого по смыслу, то Святой Дух, напротив, и здесь, и в других местах спокойно говорит о том, что Своим таинственным внушением склоняет сердца людей куда угодно, Притч 21:1, и они желают и делают лишь то, что Он хочет.
Но какое безумие проявим мы, если будем принимать лишь то, что нравится человеческом разуму? Каким будет для нас авторитет Слова Божия, если мы станем слушать его лишь постольку, поскольку оно нам угодно? Поэтому те, кто отвергает подобное учение как не приятное для человеческого слуха, исполнены превратной гордыни и высокомерия. Другие поступают еще хуже и клевещут на нас не по незнанию или заблуждению, а только для того, чтобы настроить против нас толпу и внушить ненависть к нам невеждам и простакам. Есть и такие, кто чрезмерно пуглив и хочет предать забвению изложенное учение ради мира в Церкви. Какие неправедные миротворцы! Ведь известно, что именно по этой причине церковные писатели решили некогда отойти от подлинного Евангелия и предаться мирской философии.
Действительно, откуда еще возникло учение о свободной воле, о праведности дел, если не оттого, что добрые отцы испугались и подумали, будто, проповедуя сказанное в Писании, дадут злодеям и наглецам повод для вседозволенности? И если бы Бог как бы силою не принудил Августина признать истину, то и он продолжал бы думать, как все. Бог же, словно полируя его разум ударами Своего молота, устранил в нем глупую человеческую мудрость, поднимавшую голову против Святого Духа. А теперь посмотрим, что именно утверждает Святой Дух: египтяне были злыми, но при этом именно Бог возбудил в их сердцах ненависть к Своему народу. Приверженцы так называемой золотой середины прибегают здесь к следующей уловке: Бог склонил сердца египтян в том смысле, что позволил этим сердцам склониться самим. Иными словами, когда египтяне склонили свои сердца к ненависти, Бог как бы привходящим образом воспользовался их злобой. Как будто Дух Святой косноязычен и вместо одного может говорить другое! И если сказанное Им, на первый взгляд, кажется нелепым, не будем забывать о том, что суды Божии не напрасно называются неисследимыми, Рим 11:33, и великой бездной, Пс 35:7. Но если бы наш разум мог постичь их возвышенность, они не были бы для него непроходимым лабиринтом.
Между тем следует твердо верить, что корень зла был в самих египтянах, что их вину нельзя приписывать Богу. Я имею в виду, что египтяне были злыми внутренне и добровольно, что их не толкало к злобе какое-то внешнее воздействие. Что же касается Бога, то, даже если причина Его действий останется для нас непонятной, нам должно быть достаточно одной Его воли. Но в данном случае причина также вполне ясна и защищает Его наивысшую справедливость от всякой возводимой людьми клеветы. Впрочем, если бы мы усвоили хотя бы самые азы благочестия, то есть необходимость почтительно полагаться на Слово Божие, эта тайна, оскорбляющая ныне гордецов и трусов, была бы принята нами без всяких споров.
Затем пророк указывает на то, каким образом египтяне вредили народу Божию. Они не восстали на него открыто, а попытались задавить его обманом и хитростью. Причем пророк цитирует здесь самого Моисея и приводит эту фразу именно для того, чтобы мы не думали, будто нечестивые могут губить нас совершенно свободно. Нам должно быть вполне достаточно и той мысли, что Бог может расстроить любые козни дьявола и нечестивых. Но наша вера укрепляется еще больше, когда мы слышим о том, что у них связаны не только руки, но также сердце и разум, и понимаем, что они не могут ничего задумать против воли Божией.
26) Послал Моисея. Здесь пророк кратко упоминает о достопамятных событиях, связанных с избавлением народа Божия. Если бы египтяне позволили народу уйти, дела Моисея и чудеса Божии оказались бы ненужными. Поэтому Бог устроил это избавление так, чтобы всем стало ясно: происшедшее — дело именно Его рук. В этом смысле пророк и называет Моисея рабом Господним. Он хочет сказать, что Моисей не избирал себя сам и не предпринимал что-либо по собственному усмотрению, но в качестве служителя Божия исполнял порученное ему дело. То же самое пророк еще яснее утверждает об Аароне, называя его избранным. И то, что приписывается здесь каждому отдельно, присуще обоим одновременно. Поэтому слова пророка следует понимать так: Бог послал Моисея и Аарона, Своих служителей, не потому, что они были пригодны сами по себе, и не потому, что они добровольно предложили свои услуги, а потому, что Сам их избрал. И это место учит нас тому, что все служители, приносящие пользу Церкви, становятся такими не собственными усилиями, но приготовляются к этому Богом. Моисей был человеком воистину геройской добродетели, но сам по себе ничего из себя не представлял. Поэтому пророк и велит нам приписывать Богу все достопамятные дела как Моисея, так и Аарона, из чего явствует, что любой вклад людей в спасение Церкви Божией — незаслуженный дар Самого Бога.
27) Они показали между ними. Пророк коротко излагает суть того, о чем подробнее говорил Моисей, и не рассказывает все события подряд, поскольку счел достаточным показать, что избавление народа — истинное дело Божие. Пророк снова различает между силой Божией и служением Моисея и Аарона. Он говорит, что эти люди показали знамения, — но знамения, исходящие от Бога, — и поэтому через них ясно проявилось Его небесное могущество. Затем пророк упоминает о конкретном чуде, которое не было первым по порядку, но из которого легко сделать вывод о том, что именно Бог был Творцом народного избавления. Чудо же это состояло в полном изменении присущей вещам природы. Ведь нет ничего более удивительного, чем обращение света во тьму. Во второй же части стиха пророк хвалит веру Моисея и Аарона, поскольку они мужественно исполняли все, что заповедовал Бог. Пророк как бы говорит, что между повелениями Бога и повиновением обоих служителей было тогда совершеннейшее согласие.
29) Преложил воду. Сколь тяжкой была эта насланная на египтян язва, можно понять из того, что вода — одна из двух порождающих жизнь стихий. И сила Божия еще ярче проявилась в том, что эта засуха обрушилась на египтян, несмотря на прекрасное орошение их земли и полное изобилие воды. Затем пророк говорит, что земля произвела жаб, пробравшихся даже в царскую спальню, посредством чего Бог ясно показал, что именно Он сотворил данное чудо. В самом деле, хотя жабами кишел тогда весь Египет, эта напасть никак не должна была затронуть царские покои. Впрочем, царями пророк называет здесь или правивших в царстве начальников, или царских сыновей, воспитывавшихся с надеждою стать царями. Ведь известно, что тогда Египтом правил только один царь.
Отсюда мы узнаём, с какой легкостью Бог ставит на место надмевающихся плотью людей, как бы издеваясь и потешаясь над ними. Он не собрал войско, чтобы воевать с египтянами, не вооружил ангелов и не возгремел с небес, но просто произвел жаб, растоптавших гордыню этого презиравшего весь мир народа. Египтянам было бы почетно потерпеть поражение от сильного противника, но какой позор — уступить мерзким жабам! Однако именно так Бог захотел доказать, что не нуждается в больших средствах для истребления нечестивых, поскольку может делать это играючи и когда Ему угодно.
31. Он сказал, и пришли разные насекомые, скнипы во все пределы их. 32. Вместо дождя послал на них град, палящий огонь на землю их, 33. и побил виноград их и смоковницы их, и сокрушил дерева в пределах их. 34. Сказал, и пришла саранча и гусеницы без числа; 35. и съели всю траву на земле их, и съели плоды на полях их. 36. И поразил всякого первенца в земле их, начатки всей силы их. 37. И вывел израильтян с серебром и золотом, и не было в коленах их болящего. 38. Обрадовался Египет исшествию их; ибо страх от них напал на него.
[31. Он сказал, и пришло испытание от мух, вши во всяком пределе их. 32. Дождем для них сделал град, палящий огонь на землю их. 33. И побил виноград их и смоковницы их, и сокрушил дерева в пределах их. 34. Сказал, и пришла саранча и личинки ее без числа. 35. И съела всю траву на земле их, и истребила плоды на полях их. 36. И поразил всякого первенца в земле их, начало всей силы их. 37. И вывел их с серебром и золотом, и не было в семьях его болящего. 38. Обрадовался Египет исшествию их; ибо страх от них напал на них.]
31) Он сказал, и пришло. Глагол «сказал» указывает на то, что мухи и вши заполонили Египет не случайно. Известно, что приговор Египту изрек тогда Моисей. Ведь Бог мог и лично повелеть произойти всему сказанному, но предпочел избрать Моисея Своим глашатаем. Впрочем, приказав Своему Слову выйти из уст человека, Бог дал ему не меньше действенности, чем если бы Сам изрек его с неба. В самом деле, коль скоро служитель говорит лишь постольку, поскольку является орудием Божиим, он просто исполняет свой долг, когда с его звучащим извне голосом соединяется внутренняя сила Духа. Снова отметим, что Бог подчинил египтян мухам и вшам для того, чтобы посмеяться над их превозношением.
Говоря же, что дождь для египтян обратился в град, пророк имел в виду такой шквал града, который нельзя приписать природе. Также вероятно, что Египет был подвержен этой напасти меньше, чем другие страны. Ведь и обычный дождь случался в нем довольно редко. Всю необходимую воду Египту давал Нил. Но тогда для египтян было тем более неожиданно увидеть, как их землю побивает град. И чтобы внушить им еще больший страх, Бог присовокупил к граду огонь. Поэтому град сопровождался бурей и вихрем для того, чтобы египтяне, ожесточение которых не снимали прочие чудеса, наконец-то пробудились и почувствовали, что имеют дело с Богом.
34) Пришла саранча. Случившуюся с полями беду нельзя было приписать судьбе, поскольку саранча возникла совершенно внезапно. Кроме того, ее было столь много, что она тут же заполонила весь Египет. И все же чудесный характер произошедшего еще легче установить из Слова Божия, поскольку предсказание устраняет всякие сомнения по этому поводу. Итак, пророк ясно утверждает, что саранча напала на Египет по велению Божию, что она была подобна воинам, ринувшимся в бой по данному Им сигналу. В самом деле, эти насекомые всегда являются бичом Божиим, когда досаждают нам и пожирают наш урожай, но пророк имел здесь в виду совершенно особый случай.
Наконец, он упоминает о последнем чуде, о том, что за ночь перед исшествием израильского народа ангел Господен умертвил всех египетских первенцев. Эту историю, как и все прочие упомянутые здесь, я затрагиваю лишь вкратце, поскольку подробнее излагал их в другом месте, а сейчас нам достаточно просто понять, что именно имел в виду пророк. Он подчеркивает великую силу Божию, еще раз говоря о египетских первенцах, но теперь называя их началом силы. Некоторые неправильно переводят эти слова как «начало скорби». Но поскольку мужская сила выказывает себя в деторождении, евреи называют началом силы именно перворожденных, как мы уже видели в Быт 49:3.
37) И вывел их. Сравнивая положение евреев с положением египтян, пророк как бы от противного восхваляет благодать Божию, сохранившую избранный народ невредимым от всех этих язв. Ведь если бы евреи испытали те же самые напасти, что и египтяне, участие десницы Божией было бы не столь очевидным. Но поскольку во время всех этих бед израильтяне не почувствовали никакого неудобства, участь их, отличная от участи египтян, как бы на картине рисует перед нами отеческую заботу Божию об этом народе. По этой причине пророк говорит, что среди евреев не было болящего или претыкающегося, коль скоро глагол כשל означает и то, и другое. Но я понимаю сказанное проще: в то время как египтяне на всех парах неслись к своей погибели, народ Божий не затронули никакие болезни. Говоря же, что их вывел Бог, а потом добавив фразу «в семьях его», пророк прибегает к изменению грамматического числа — вполне обычному для евреев литературному приему. Некоторые относят здесь местоимение «его» к Богу, но, боюсь, как бы такое толкование не было слишком натянуто.
38) Обрадовался Египет. Здесь приведено еще одно обстоятельство, свидетельствующее о великой силе Божией: египтяне были вынуждены отпустить народ Божий несмотря на то, что меньше всего этого желали. Ведь они сотню раз хотели погубить евреев, а самих себя считали воистину всесильными [дословно: «поднимающими на ушах волка» — Прим. Пер.]. Таким образом страх перед возможной карой только усиливал их ожесточение и подвигал к тому, чтобы изгладить даже память о еврейском народе. А отсюда следует, что их душевный настрой могло изменить только провидение Божие. Сюда же относится и сказанное в следующем стихе о том, что Бог вывел евреев с серебром и золотом. В самом деле, египтяне вовсе не хотели лишать себя имущества ради обогащения тех, кого страстно желали погубить. Поэтому здесь может идти речь лишь о щедрости Бога, в руке Которого находятся все богатства мира. И хотя Бог мог силою отнять у египтян данное Им ранее богатство, Он все же склонил их сердца к тому, чтобы они отдали его добровольно.
Фраза же «ибо страх от них напал на них» понимается в пассивном смысле, поскольку израильтяне вовсе не боялись египтян, но сами внушали им ужас. Причем пророк говорит здесь не о каком-то обычном страхе, коль скоро ранее этот же страх подвиг египтян на жестокость и тиранию. И несмотря на то что египтяне постоянно и упорно пытались избавиться от этого страха, Бог все равно внезапно поверг их наземь. Поэтому наряду с прочими примерами могущества Божия пророк уместно приводит и тот факт, что Бог сокрушил ярость и насилие египтян, заставив их отпустить на свободу тех, кого ранее они постановили сгноить в рабстве. Таким образом Бог как бы внушил тогда волкам страх перед овцами.
39. Простер облако в покров (им) и огонь, чтобы светить (им) ночью. 40. Просили, и Он послал перепелов, и хлебом небесным насыщал их. 41. Разверз камень, и потекли воды, потекли рекою по местам сухим, 42. ибо вспомнил Он святое слово Свое к Аврааму, рабу Своему, 43. и вывел народ Свой в радости, избранных Своих в веселии.
[39. Простер облако в покров и огонь, чтобы светили ночью. 40. Просил, и Он послал перепелов, и хлебом небесным насытил их. 41. Разверз камень, и потекли воды, потекли рекою по местам сухим. 42. Ибо вспомнил Он слово святости Своей к Аврааму, рабу Своему. 43. И вывел народ Свой в радости, избранных Своих в веселии.]
39) Простер облако. Пророк перечисляет отдельные чудеса, посредством которых Бог выказал милость Своему странствующему по пустыне народу. И на эту цепочку чудес стоит обратить особое внимание, поскольку то, что Бог на протяжении всего пути продолжал быть вождем народа, было чудесным подтверждением его ранее состоявшегося избавления. Итак, после перехода через море Бог простирал днем облако, защищавшее народ от палящего солнца, а ночью светил ему огненным столпом, дабы и во мраке народ мог видеть ясное доказательство Его присутствия. И подобное постоянство Бога свидетельствовало о Его неизменной любви. Бог как бы показывал, что усыновил детей Авраама для того, чтобы надежно уберечь их под Своей защитой.
Следующую же фразу о перепелах пророк приводит с иной целью, нежели делал это ранее. В самом деле, великое множество перепелов, посланное народу для насыщения плоти, он до этого приписывал скорее гневу Божию, нежели Его благодетельности. Мы уже видели, как выше пророк попрекал народ этим фактом. Но теперь, умолчав о неблагодарности народа, он воспевает постоянное снисхождение к нему Бога. Хотя возможно, что глагол «просил» надо понимать в негативном смысле. То есть народ не смиренно умолял Бога о пище, а стал нетерпеливо роптать на Него и даже нагло с Ним пререкаться. В таком случае эта фраза предназначена для усиления смысла: Бог не использовал Свое право на мщение и стерпел порочное желание евреев. Но, поскольку о преступлении народа здесь умалчивается вовсе, примем более простое толкование: Бог осыпал народ кучей благодеяний, которыми узаконил однажды данное Им избавление.
Затем следуют слова о насыщении небесным хлебом. Так пророк, как мы видели в другом месте, κατ’ ἐξοχὴν называет манну. Ведь, хотя по природе пищу, которой мы питаемся, произращает нам земля, Бог тогда еще шире открыл иудеям Свою длань и насытил их тем, что нисходило с неба. И, поскольку было недостаточно подкрепить голодных только пищей, не дав им одновременно пития, пророк упоминает о рассечении Богом камня и о том, что оттуда потекли воды, оросившие сухую пустыню.
42) Ибо вспомнил Он. Пророк снова указывает на причину, по которой Бог столь милостиво обращался со Своим народом и столь человечно его терпел: Он хотел сдержать ранее данное слово, в котором пообещал Аврааму быть Богом его семени. Так что пророки обоснованно столь тщательно заботились о том, чтобы передать потомкам следующее: благодатный завет Божий — это источник, из которого проистекает избавление и непрерывная сохранность народа. Ведь благодать Божия становилась еще очевиднее из того факта, что с народом ничего не происходило случайно, что Бог только выполнял обещанное Им за четыреста лет до этого. Таким образом Бог просветил евреев Своим Словом именно для того, чтобы Его милость и истина стали ясными и несомненными.
Поэтому пророк снова настойчиво внушает мысль о том, что к избавлению народа Бога не подвигла какая-то новая причина, что Он просто подтвердил Свою верность уже заключенному завету и уподобился человеку, вырывшему из земли ранее спрятанное там сокровище. Также нет сомнения в том, что пророк ведет здесь слушателей еще дальше и хочет убедить евреев в следующей мысли: поскольку Бог подтвердил тогда на все века надежность и истинность Своего Слова, Он и в будущем останется таким же, каким был для их отцов. И пророк наделяет Слово Божие особым эпитетом, коль скоро даже после смерти Авраама оно сохранило свою силу. Значит, несмотря на то что Бог говорил только с Авраамом, Его завет не умер вместе с этим человеком и распространился на всех его потомков.
43) И вывел народ. Пророк упоминает о радости и веселии, дабы еще больше превознести благодать Божию. В самом деле, хотя на египтян обрушились тяжкие беды, их страна плакала и рыдала, а семьи пребывали в трауре, народ Божий, еще недавно пребывавший в скорби и отчаянии, вышел из Египта с радостью и веселием. И это говорило о совершенно необычном благодеянии Божием. Называя же народ избранными Божиими, пророк хочет сказать, что Бог помиловал евреев не за их заслуги или благородное происхождение, а просто потому, что их усыновил. Тем самым он отнимает у них всякий повод для самовосхваления и приучает хвалиться в одном лишь Боге.
44. И дал им земли народов, и они наследовали труд иноплеменных, 45. чтобы соблюдали уставы Его и хранили законы Его. Аллилуия!
[44. И дал им земли народов, и они наследовали труд иноплеменных. 45. Чтобы соблюдали уставы Его и хранили закон Его. Аллилуия.]
44) И дал им. Пророк приводит целевую причину, по которой Бог столько раз выказывал Свою чудесную силу в избавлении народа, по которой Он продолжал опекать и хранить его в пустыне, и по которой (как и обещал) отдал ему во владение землю: Бог хотел, чтобы евреи полностью и без остатка посвятили себя Его почитанию. В самом деле, цель нашего избрания заключается именно в том, чтобы Бог имел на земле призывающий Его и поклоняющийся Ему народ. И чтобы внушить иудеям еще большую благодарность Богу, пророк превозносит величие благодати Божией, говоря, что иудеи заняли земли народов и как бы по наследственному праву получили все, что эти народы добыли с великим трудом. Множественное же число, в котором стоят существительные «земля» и «народы» еще больше подчеркивает щедрость этого благодеяния Божия.
В конце псалма пророк кратко говорит о том, каким именно способом иудеи должны прославлять Бога, а именно: соблюдая данный Им закон. Ведь недостаточно воспевать благодать Божию устами, если не добавлять к этому восхвалению истинные дела благочестия. И поскольку Бог отвергает всякое притворное поклонение, единственный способ правильно почитать Его — это соблюдать Его заповеди.
