Краткое содержание. В этом псалме прославляется как вечное Царство Христово, так и Его священство. Сначала Давид утверждает, что Христу дана от Бога верховная власть вместе с непобедимой силой, которой Он низлагает и подчиняет всех врагов, откуда бы они ни восставали. Затем пророк добавляет, что Бог распространит вширь и вдаль пределы этого Царства, и наконец, говорит о том, что Христос наделен не только царским, но и священническим достоинством, причем посредством торжественной клятвы. Последнее же обстоятельство указывает на то, что новое священство, придя и положив конец священству левитов, само, в свою очередь, пребудет вечным и неизменным.
Псалом Давида. 1. Сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих. 2. Жезл силы Твоей пошлет Господь с Сиона: господствуй среди врагов Твоих. 3. В день силы Твоей народ Твой готов во благолепии святыни; из чрева прежде денницы подобно росе рождение Твое.
[Псалом Давида. 1. Сказал Иегова Господу моему: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих. 2. Жезл силы Твоей пошлет Иегова с Сиона: господствуй среди врагов Твоих. 3. В день воинства Твоего народ Твой с добровольными приношениями, в благолепии святыни, из чрева от утренней зари; Тебе роса отрочества Твоего.]
Поскольку Христос говорит, что этот псалом был написан именно о Нем, уверенность в этом мы должны черпать не откуда-либо, а из Его уст. Однако, даже если забыть об авторитете Христовом и об апостольском свидетельстве, сам псалом вопиет о том, что допускает только такое толкование. В самом деле, вступив в сражение с упорными иудеями, мы неопровержимыми доводами заставим их признать, что сказанное в псалме не подходит ни Давиду, ни кому-либо еще, кроме Единственного Посредника. Соглашусь с тем, что в лице Давида нам был показан образ Царства Христова. Но ни себя, ни кого-либо из своих преемников пророк не мог назвать одновременно и всевластным царем, и священником, причем не законническим, а вечным и по чину Мелхиседека. Ведь новое и необычное священство могло быть воздвигнуто лишь после того, как этой чести лишились левиты. Кроме того, смертному человеку не подходила бы и упомянутая здесь вечность священства, коль скоро все священники, кроме Того, о Котором говорится здесь, быстро оканчивают свою жизнь и лишаются служения. Впрочем, поскольку эти вопросы мы вскоре обсудим подробнее, теперь вполне достаточно затронуть их лишь вкратце.
1) Сказал Иегова. Сказанное здесь определенным образом относится и к Давиду. Ведь он взошел на престол не по своей дерзости, обрел его не злыми ухищрениями, не был избран каким-то глупым голосованием, а правил по заповеди Божией. Больше того, то же самое можно сказать и обо всех живущих в мире царях: то есть на престол их посадил Сам Бог, поскольку сословия мира сего установлены небесным указом, и нет власти, которая не от Бога, Рим 13:1. Однако Давид захотел отделить упомянутое им Царство от всех прочих как совершенно особое и необычное. В самом деле, Бог наделяет царей властью, но не освящает их подобно Давиду, и священное помазание не делает их наместниками Христовыми.
Мы знаем, что кое-где в Писании цари названы богами (Пс 81:1,6), поскольку занимают свой пост по благоволению Божию и неким образом говорят от Его лица, коль скоро в Его руках находится всякое господство. Однако всем этим царям недостает священного величия, которым отличался Давид, будучи образом Единородного Сына Божия. Добавим к этому, что пророк справедливо говорит о том, что Царство было дано Ему иначе, нежели прочим земным владыкам, которые, провозглашая себя царствующими по милости Божией, не считают, что их поддерживает Его десница. Скорее, они думают, что властвуют или по собственному усердию, или по наследственному праву, или по благодеянию судьбы. Поэтому их призвание, как правило, является незаконным. И поскольку они не приписывают Богу того, что должны, заповедь Божия о властях в прямом смысле на них не распространяется. Давид же, четко осознавая, что его избрал Бог, тем не менее скромно довольствовался положением частного лица, доколе Тот же Бог не повелел ему воцариться. Поэтому пророк обоснованно изымает себя из числа прочих царей и как бы называет Бога творцом своих царских полномочий.
Впрочем, то, что даже к Давиду сказанное не может подходить во всех смыслах, явствует из ответа Христова, о котором написано в Мф 22:44. Действительно, когда фарисеи сказали, что Христос будет сыном Давида, Спаситель возразил: и как же тогда сам Давид называет Его Господом? Иудеи негодуют и говорят на это, что Христос прибег к уловке. По их мнению, Давид сказал эти слова не от своего имени, а от имени народа. Однако их возражение легко опровергнуть, хотя следует признать, что этот псалом в самом деле был написан для пользы всей Церкви. Ведь Давид, будучи и сам одним из благочестивых, членом единого тела под властью общего для всех Главы, не мог изъять себя из числа верующих. Больше того, он не мог продиктовать эту песню другим так, чтобы не петь ее собственными устами. Также полезно отметить еще одно обстоятельство: в Своем ответе Христос исходил из общеизвестного положения о том, что Давид говорил пророческим духом и, таким образом, пророчествовал о будущем Его Царстве. Приняв это, мы придем к несомненному выводу: сказанное относится к Тому Христу, Который должен был явиться позднее, поскольку Он — верховный и единственный Глава Церкви. А отсюда следует, что во Христе есть нечто более возвышенное, чем человеческая природа, и вследствие этого Он и называется Господом Своего отца Давида.
Вторая же часть стиха только подтверждает наш вывод. В самом деле, хотя земные цари в некотором смысле сидят одесную Бога, от имени Которого правят, все же здесь говорится о чем-то более возвышенном, об избрании одного Царя, занимающего второе после Бога место по мощи и власти. Значит, в Давиде тлела лишь малая искорка того царского достоинства, которое в полную силу воссияло в Иисусе Христе. И коль скоро десница Божия находится выше самих ангелов, Тот, Кто помещается одесную ее, должен возвышаться над всеми тварями. Кроме того, мы не скажем, что ангелов можно как-то принудить повиноваться Давиду. И тогда нам остается лишь признать, что Давид пророческим духом превозносит здесь выше небесных начальств престол Христов. Причем приведенная пророком метафора заимствована из обычаев людей. И подобно тому как человек, занимающий второе после царя место, сидит по правую его руку, так и Сын Божий, десницей Которого Отец управляет всем миром, иносказательно называется сидящим одесную Бога и через это наделяется верховной властью.
Доколе положу. Здесь пророк утверждает, что, хотя враги отовсюду нападают на Христово Царство, оно устоит и одолеет все препятствия. Между тем Давид намекает и на то, что Царство Христово не обретет спокойствия до того времени, как покорит своих многочисленных и разнообразных врагов. Поэтому, хотя мир прибегает к любым козням, чтобы обрушить престол Христов, он, по словам Давида, пребудет непоколебимым, а все на него восстающие будут, наоборот, ниспровергнуты. Итак, твердо усвоим следующее: против Сына Божия составляют заговоры бесчисленные противники, пытаясь разрушить Его Царство. Но они ни в чем не преуспеют, поскольку не превозмогут неизменного постановления Божия, но, напротив, всемогущей силой Божией будут простерты у ног Христовых. И поскольку это пророчество не исполнится до последнего дня, до самого конца света Царство Христово будет подвергаться нападениям врагов, как и сказано немного ниже: господствуй среди врагов Твоих.
Что же касается предлога «доколе», то он не указывает на то, что случится в будущем после окончательного поражения врагов Христовых. По словам апостола Павла, 1Кор 15:24: Христос передаст тогда Богу и Отцу то Царство, которое принял из Его же рук. Но это не означает, что Христос совлечет с Себя верховную власть и станет обычным человеком. Павел лишь указывает здесь на изменение способа правления, на то, что Божие величие Христово станет тогда явным и очевидным. Впрочем, в обсуждаемой фразе Давида речь идет только об отверженных, которые падут под ноги Христа к своей собственной погибели. И в то время, как по природе с Христом воюет весь человеческий род, одних Он укрощает и склоняет к добровольному послушанию, чтобы потом вознести к участию в Своей славе, а других — простирает ниц, заставляя валяться в вечном позоре.
2) Жезл силы. Пророк не просто повторяет другими словами то, о чем говорил прежде, но и добавляет новую мысль: Христос воцарится повсюду именно потому, что Бог далеко прострет жезл Его силы. И хотя сам Давид сделал своими данниками многие окрестные народы, все же по сравнению с другими монархиями его царство всегда было заключено в тесные границы. Здесь присутствует определенный антитезис. Пророк как бы говорит, что Христос будет Царем не только на Сионе, поскольку Бог распространит Его владычество до самых краев земли. По этой причине здесь и идет речь о жезле силы. Ведь распространение Царства Христова, несмотря на противление всего мира, должно было стать истинным чудом.
В итоге, Давид укрепляет здесь души благочестивых, дабы они не унывали из-за безумной дерзости тех, кто восстает на Христово Царство и пытается посеять в нем смуту. Не унывали потому, что для защиты этого священного престола Бог выкажет Свою непобедимую и всемогущую силу. Поэтому всякий раз, как настает смута и сумятица, мы должны видеть в этой силе надежную опору и не сомневаться в том, что, как бы ни безумствовал мир, у него не настолько длинные руки, чтобы стащить Христа с престола, находящегося одесную Отца. В самом деле, поскольку Христос царствует не для Себя, а ради нашего спасения, мы всегда пребудем невредимыми под охраной нашего непобедимого Царя и Владыки. Конечно же, нам приходится весьма нелегко, но коль скоро Богу угодно упражнять нас непрестанными битвами и сражениями, Царство Христово будет всегда окружено врагами, и мы должны воспитывать в себе терпение и кротость. Уповая же на защиту Божию, мы будем бесстрашно смеяться над яростью и беснованием мира.
Из сказанного также выводится будущее призвание язычников, поскольку, если бы Бог не возвестил того, что мы читаем здесь об обширности Христова Царства, мы не были бы сегодня в числе Его людей. Но, коль скоро после разрушения преграды закона Евангелие было возвещено всему миру, все мы собрались в единое тело Церкви, и сила Христова распространилась всюду, чтобы защищать и хранить нас.
3) Народ Твой. Здесь Давид прославляет Царство Христово как за добровольное послушание его подданных, так и за их многочисленность. Существительное נדבות часто означает добровольные приношения, но смысл этого отрывка таков: избранный народ — то есть те, кто истинно числится в стаде Христовом, — будет иметь добрую волю и охотно выкажет повиновение. Фраза же «в день воинства» означает следующее: всякий раз, как будут проводиться торжественные собрания, или когда Царь захочет освятить народ, что на французском можно выразить словами: au iour des monstres. Другие переводят: в день силы Твоей, — но первое толкование подходит больше. То есть, когда Христос захочет собрать Своих людей, они тут же покорятся Ему, хотя их никто не будет принуждать. Кроме того, чтобы снова подтвердить особую святость для Бога этого Царства, пророк добавляет слова о красоте и благолепии святыни и как бы говорит, что люди, которые в будущем покорятся Христу, придут к Нему не так, как приступают к мирским царям, но как подобает приступать к Самому Богу, и будут преследовать цель воздать тем самым славу Всевышнему.
Из чрева от утренней зари. Не стоит по отдельности рассматривать все толкования этого отрывка, поскольку, когда я приведу подлинное и правильное, не надо будет тратить время на опровержение всех прочих. Лично я не сомневаюсь, что здесь Давид воспевает благословение Божие, выразившееся в умножении народа Христова. Поэтому он и сравнивает отрочество — или потомство, которое родится, — с росою, коль скоро потомство это будет умножаться с совершенно необычной скоростью. И подобно тому как невидимая для людских глаз роса орошает ко всеобщему удивлению землю, так и пророк Давид говорит, что у Христа родится невероятно многочисленное потомство, которое заполонит весь мир. Итак, росою отрочества здесь зовутся сами потомки, умножающиеся с такой скоростью, что их нельзя будет сосчитать. И это так, поскольку ילדות представляет собой собирательное существительное. Если же кто-то захочет более четкого смысла, пусть перефразирует сказанное следующим образом: из чрева выйдут на свет бесчисленные дети подобно тому, как с освещенного зарею неба капает роса.
И опыт показывает, что все это было предсказано правильно, хотя и кажется невероятным, что власти Христовой за короткое время покорилось такое количество людей, причем только из-за проповеди Евангелия и вопреки яростному сопротивлению мира. То же, что рожденными из чрева отроками здесь называются даже обратившиеся ко Христу старики, вовсе не удивительно. Ведь, по словам Петра (1Пет 2:2) духовное возрождение уподобляет всех благочестивых младенцам. А согласно Исаии (Ис 53:10) Христу предстоит узреть долговечное потомство, и Его царствование обещает Церкви несказанную плодовитость. Такова причина, по которой пророк употребил именно это слово. Воистину, было бы чудом выловить из заводи мира сего, в которой плавают только дети гнева, даже небольшое число верующих. Но тогда еще большее чудо заключается в том, что Дух Христов и Евангелие сумели возродить столь великое множество людей.
И все же не будем забывать, что Бог удостаивает Своих избранных подобной чести с тем условием, чтобы они усердно исполняли Его повеления и руководствовались только Его волей. Ведь Христос признаёт Своими лишь тех, кто охотно возлагает на себя Его ярмо и готов предстать перед Ним по первому зову. И чтобы никто не думал, будто достаточно одного лишь внешнего служения, надо добавить следующее: желаемое Христом почитание связано не с помпой и мишурой, а с истинной святостью души; и, согласно Его учению, Бог обращает внимание только на эту святость.
4. Клялся Господь и не раскается: Ты священник вовек по чину Мелхиседека.
[4. Клялся Иегова и не раскается: Ты священник вовек по чину Мелхиседека.]
4) Этот стих ясно показывает, что речь идет о Христе, а не о ком-то другом. Иудеи, чтобы затемнить смысл пророчества, переводят כוהן как «князь». Но этот перевод расплывчат и глуп. Соглашусь с тем, что כהנים называются вельможи или родственники царя, но разве Давид воздал бы Христу положенную честь, если бы назвал Его просто князем, чье достоинство ниже царского? Кроме того, что означала бы фраза о вечном князе по чину Мелхиседека? Поэтому нет сомнения в том, что Святой Дух указывает здесь на какое-то особое качество этого царя, отличающего его от всех прочих. Также хорошо известно, каким славословием возвеличивает Мелхиседека Моисей, Быт 14:15.
Соглашусь с тем, что в давние времена цари исполняли служение священников даже у языческих народов. Но Мелхиседек зовется священником Бога Всевышнего именно потому, что почитал только Его. Бог же не захотел, чтобы в Его народе эти два служения были смешаны. Поэтому, когда царь Озия, законный преемник Давида, попытался кадить пред алтарем Божиим, Бог поразил его проказой, 2Пар 26:21. Значит, положение потомства Давида было иным, нежели положение Мелхиседека. Отсюда легко заключить: отличие нового царя от предыдущих заключается в том, что в его лице царский венец и престол будут соединены со священством. Ведь в малоизвестном Мелхиседеке, конечно же, не было такого царского величия, чтобы приводить его в качестве примера только потому, что он — царь.
В самом деле, Салим, его единственное владение, был тогда захолустным городишкой, в котором Мелхиседек правил по милости других царей. Так что в этом человеке достопамятным было лишь соединение царских полномочий со священством. Других мирских царей присвоить себе титул священников подтолкнуло тщеславие и желание новых почестей. Мелхиседек же был и царем, и священником по заповеди Божией. Конечно, чтобы не сомневаться в смысле слов Давида, нам должно быть достаточно одного лишь апостольского авторитета. Но, как бы ни упорствовали иудеи в этом вопросе, убедительные доводы говорят за то, что здесь описана именно та красота святыни, о которой упоминалось выше, и указан признак, наделяющий Христа титулом священника, превозносящий Его над всеми прочими царями и одновременно отличающий Его священство от священства левитов.
Сюда же относится и клятва Бога, Которому, конечно же, непривычно использовать Свое святое имя для удостоверения чего-то малозначащего. Больше того, чтобы научить нас клясться по Его примеру, почтительно и осторожно, Бог клянется лишь по очень важным поводам. Но если бы Он поклялся, что будущий Мессия будет таким же вождем и правителем Своего народа, каким некогда был Мелхиседек, это выглядело бы как профанация имени Божия. Поэтому теперь, когда ясно, что здесь говорится о чем-то выдающемся и великом, можно понять, сколь достославным должно быть священство Христово, если Бог удостоверил его Своей клятвой. Воистину, в этом положении сосредоточена вся наша вера. Ведь мы не имели бы доступа к Богу, если бы не уповали на Посредника Христа. И поскольку для нас нет ничего важнее молитвенного упования, Бог не только приглашает нас к Себе, но и посредством клятвы назначает нам Покровителя, Который должен снискать для нас Его милость. Поэтому те, кто закрывает перед собою дверь ко Христу, тем самым обвиняют Бога во лжи и даже клятвопреступлении. Апостол же вполне обоснованно выводит отсюда, что левитское священство отменено, поскольку Бог не стал бы клясться, если бы не предстояла какая-то перемена. Значит, если Бог все же обещает назначить Нового Священника, нет сомнения, что Этот Священник будет выше всех прочих и упразднит древние обычаи.
Фразу же דברתי некоторые переводят «по слову Моему». Я не буду отвергать подобного смысла, поскольку он вполне разумен. Давид как бы говорит, что священство Мелхиседека основано на призвании Божием и Его заповеди. Однако, коль скоро буква י часто бывает лишней, я предпочел бы более простой перевод, к которому склоняется и большинство других толкователей. Впрочем, поскольку сравнение Христа с Мелхиседеком ввело в заблуждение многих древних церковных писателей, следует сказать, в чем же видит апостол схожесть Спасителя с этим царем, и ясно показать всю несуразность их рассуждений. В самом деле, можно ли поступить хуже — не обратить внимания на те тайны, о которых Святой Дух поведал нам устами апостола, и ухватиться как раз за то, о чем он умолчал? Ведь эти авторы стали рассуждать лишь о хлебе и вине, принесение которых в жертву, согласно их мнению, было общим для Христа и Мелхиседека. Но Мелхиседек не принес хлеб и вино в жертву Богу. Он принес их Аврааму, дабы они служили ему пропитанием в пути. Кроме того, во время святой вечери происходит не приношение хлеба и вина, как ложно думали эти авторы, а причащение верующих.
Что же касается обсуждаемого отрывка, то схожесть между Христом и Мелхиседеком следует усматривать прежде всего в вечности их священства, о чем также свидетельствует фраза לעולם. И как Моисей изображает Мелхиседека человеком с неба, так и Давид, сравнивая с ним Христа, имеет в виду, что священство Последнего никогда не закончится. А отсюда следует (и именно об этом говорит апостол), что смерть не помешает Христу исполнять священническое служение, и что у Него не будет никаких преемников. Тем самым изобличается отвратительное богохульство папской мессы. Ведь, чтобы папские священники могли примирить людей с Богом, им необходимо вначале похитить у Христа данную Ему Отцом честь.
5. Господь одесную Тебя. Он в день гнева Своего поразит царей; 6. совершит суд над народами, наполнит землю трупами, сокрушит голову в земле обширной. 7. Из потока на пути будет пить, и потому вознесет главу.
[5. Господь одесную Тебя сокрушит в день гнева Своего царей. 6. Будет судить народы, наполнит развалинами, сокрушает голову над землею обширной. 7. Из потока на пути будет пить, потому вознесет главу.]
5) Господь одесную. Здесь Давид воспевает устрашающую мощь Христову, предназначенную для истребления Его врагов. Таким образом он подтверждает следующую мысль: хотя Христа и окружает толпа заклятых недругов, их злобные поползновения не помешают Богу защитить поставленного Им Царя. И все же надо отметить фразу «в день гнева», научающую нас терпеливо нести свой крест, даже если Бог порою кажется не замечающим ярости и разнузданности наших врагов. Ведь Он, конечно же, знает, в какое время им лучше всего и справедливее всего отомстить. Затем Давид ставит Христа над всеми необрезанными народами и как бы говорит, что новоизбранный Царь будет не только управлять иудеями, но и властвовать над самыми дальними племенами земли, как об этом сказано в Пс 2:8. Далее, поскольку и в самой Иудее, и во всех других странах будет множество непокорных Христу бунтовщиков, пророк возвещает их полное истребление и как бы говорит, что все противящиеся Христу будут сокрушены вместе со своей ожесточенностью.
7) Из потока. Многие толкователи (на мой взгляд) изъясняют этот стих слишком грубо: убитых будет столь много, что их кровь потечет потоком, и Христос, черпая из него влагу, полностью утолит Свою жажду. Ничуть не лучше поступают другие, иносказательно относя сказанное к тяготам и скорбям. Согласно их мнению, смысл пророческих слов таков: Христос во время тленной земной жизни будет испытывать множество притеснений. Но данная метафора, скорее, сравнивает Христа со смелыми и решительными военачальниками, которые, преследуя противника, не предаются усладам, но довольствуются водою из находящихся на их пути ручьев. Причем они пьют из них мимоходом, только для того, чтобы как-то утолить свою жажду. Именно таким способом и распознал готовых к сражению воинов Гедеон. Тех же, кто становился на колени, чтобы испить воду, он счел неподготовленными и отпустил домой, Суд 7:5. Поэтому я уверен, что Давид иносказательно приписывает здесь Христу именно такую воинскую доблесть, утверждая, что Он не остановится даже для того, чтобы утолить жажду, и будет черпать воду урывками из попадающихся в дороге водоемов. Этими словами пророк хочет внушить страх врагам Христовым, давая понять, что подобная быстрота и поспешность Спасителя приведут к их полному истреблению.
И если кто-то спросит, как же в таком случае быть с духом кротости и милосердия, который Писание приписывает Христу в другом месте (Ис 61:6) отвечаю: Христос — кроткий пастырь для Своих овец, для волков же и воров Он — грозный и ужасный мститель. Таким образом Он ласково и мягко обращается с теми, кто вверяет себя Его попечению, но тем, кто с упорством и озлобленностью сбрасывает Его ярмо, непременно даст почувствовать Свою ужасающую мощь. И как в Пс 2:9 мы читали, что в руке Христовой железный посох, которым Он сокрушит все мирское превозношение, так и здесь говорится, что Христос — кровавый мститель для Своих недругов. Но тогда тем большую осторожность следует проявлять нам, дабы не вызвать Его гнев упорством и непокорностью в то время, когда Он дружески приглашает нас к Себе.
