1) И сказал Иегова Ною. Несомненно, что Ноя, как и было необходимо, многократно утвердили в решении построить ковчег многочисленные повторяющиеся откровения от Бога. В течение целых ста лет он испытывал нападки своих современников, и — как несгибаемый подвижник — успел одержать множество побед. Но самое грозное испытание Ноя состояло в том, чтобы попрощаться с миром, отречься от обычной жизни и запереться в тесном судне. Тогда поверхность земли еще была целой и невредимой. А время года, на которое указывает Моисей, — это время, в которое зеленеют травы и расцветают деревья. Прошла зима, суровость которой омрачала радостный лик неба и земли. Но Господь избрал для погибели мира не ее, а солнечную и теплую весну. Ведь, по словам Моисея, потоп начался во втором месяце года. Хотя мне известно о разных мнениях по поводу этих слов. Некоторые думают, что год начинался тогда с осеннего равноденствия. Но более распространенный обычай — отсчитывать год с первого дня марта. Как бы то ни было, перспектива добровольно оставить жизнь, с которой он свыкся к своему шестисотлетнему возрасту, и начать жить по-новому в бездне погибели и смерти представляла собой для Ноя тяжкое искушение. Бог велит ему уйти из мира и поселиться в могиле, которую он с большим трудом рыл себе в течение более ста лет.
И в чем же причина такого повеления? В том, что весьма скоро землю покроет наводнение. Но ничего подобного долгое время не происходило. Люди пировали, справляли свадьбы, строили роскошные дома. Всюду царили роскошь и разврат. По словам Иисуса Христа, век, в который жил Ной, буквально опьяняли бесконечные услады. Поэтому Господь не без причины укрепляет Своего раба новым обетованием, дабы тот не изнемог в середине трудного пути. Он как бы говорит Ною: до сих пор ты мужественно трудился, живя среди стольких соблазнов. Но теперь ты должен еще больше собраться с силами, дабы обрести плод своих трудов. Не жди, когда источники земли отворятся и всюду забурлят воды, не жди, когда небесные хляби отверзнутся и горние воды схлестнутся с водами нижними. Напротив, войди в ковчег, пока все еще спокойно, и оставайся там семь дней, по истечении которых внезапно разразится потоп. И хотя сегодня мы не слышим прямых откровений с неба, усвоим же, что и нам далеко не излишне размышлять об адресованном нам Слове Божием. И как на нашем пути все время возникают новые трудности, так и Бог поддерживает нашу веру все новыми и новыми обетованиями, дабы, собравшись с силами, она устояла до конца. Наше же дело — жадно слушать все, что говорит Бог, а не пренебрегать как лишними и скучными теми упражнениями, которыми Он лелеет, пробуждает или укрепляет нашу веру, зная, сколь она еще слаба, шатка и беспомощна.
Ибо тебя увидел Я праведным. Когда Господь в качестве причины спасения Ноя указывает на то, что увидел его праведным, Он, кажется, приписывает наше спасение заслугам добрых дел. Ведь если Ной был спасен потому, что был праведным, значит и мы заслуживаем жизнь своими добрыми делами. Но подумаем о том, что хотел сказать Бог. Он противопоставляет одного человека всему миру, дабы, сохранив его, осудить за беззакония всех прочих. Бог снова говорит о том, что кара, которую Он наложит на мир, праведна. Ведь в этом мире остался лишь один человек, державшийся благочестия, ради которого Бог помиловал всю его семью. Если же кто-то возразит и скажет, что согласно этому отрывку Бог, спасая тех или иных людей, все же учитывает их дела, ответ очень прост: сказанное здесь не противоречит незаслуженности благоволения Божия к человеческим делам. Ведь Богу угодны именно те дары, которые Он Сам ниспосылает Своим рабам. Отметим прежде всего, что Бог даром любит тех или иных людей, поскольку видит в них лишь нечто достойное ненависти. Ибо все рождаются чадами гнева и наследниками вечного проклятия. Однако Бог усыновляет во Христе и оправдывает некоторых смертных лишь по Собственному милосердию. Примирив же их с Собой указанным образом, Бог возрождает этих людей Своим Духом к новой жизни и праведности. Отсюда и проистекают добрые дела, которые обязательно будут угодны Богу. Одним словом, Бог любит не только верующих, но и творимые ими дела.
Но следует отметить, что в наших делах всегда присутствует порок, и что их можно одобрить только при великом снисхождении к тем, кто их делает. Поэтому именно благодать Христова придает нашим делам какую-то ценность, а не их собственное достоинство или собственная заслуга. И все же мы не отрицаем, что Бог принимает во внимание дела верующих, подобно тому, как Он учел и одобрил праведность Ноя, проистекшую из Его же благодати. Именно так, по словам Августина, Бог увенчивает в нас Собственные дары. Но обратим внимание на слова: тебя увидел Я праведным предо Мною. Здесь Бог не только развенчивает всякую притворную праведность, за которой не стоит искренности сердца, но и отстаивает за Собой принадлежащие Ему права. Бог как бы говорит, что только Он может быть компетентным судьей в оценке праведности человека. Фраза же «в поколении сем» добавлена ради усиления смысла. Ведь порочность современников Ноя был столь чудовищной, что его непричастность к их скверне казалась истинным чудом.
2) От всякого животного чистого. Бог повторяет то, что уже говорил о животных, которым полагалось войти в ковчег. И делает это не напрасно. Трудно было собрать с лесов, гор и лугов такое множество зверей. К тому же многие их виды были, возможно, неизвестны Ною. Причем эти звери тогда были так же свирепы, как и сегодня. Поэтому Бог и воодушевляет этого святого мужа, дабы тот не убоялся трудностей и не бросил начатое дело, отчаявшись в его благополучном исходе. На первый взгляд, в словах Божиих кроется противоречие. Сначала Он велел ввести в ковчег по паре животных каждого вида. Теперь же Он велит взять «по семь и семь». Но разрешить эту трудность довольно легко: прежде Моисей не называл точного числа животных. Он лишь говорил, что к самцам в качестве спутниц Ною следовало добавить самок. По его словам, Ною было велено брать на ковчег животных не в каком угодно соотношении, а парами, — один самец и одна самка — дабы те могли продолжить свой род. Теперь же Бог указывает на конкретное число животных каждого вида. Причем фразу «по семь и семь» надо понимать не так, что Ной взял семь пар от каждого животного, а так, что от каждого животного были всего три пары, к которым добавлялась одна предназначенная для жертвы особь. Но почему Господь восхотел, чтобы чистых животных после потопа было втрое больше? Потому что человеку были полезны именно эти чистые животные. В этом повелении Божием можно еще раз усмотреть отеческое благоволение, побуждающее Бога во всех Своих делах учитывать нашу пользу и наши интересы.
3) Чтобы сохранить семя. То есть, чтобы из семени родилось потомство. Хотя эти слова относились и к самому Ною. Конечно же, животворить может только Бог. Но Он говорит, памятуя о служении, которое Сам вверил Своему рабу. Ради исполнения этого служения Бог и велит Ною собрать животных так, чтобы сохранить их семя. Что совершенно неудивительно. Ведь и служители Евангелия называются подателями духовной жизни. В следующей же фразе «для всей земли» может заключаться двоякое утешение. Первое: воды покроют землю лишь на время, а потом отступят и вновь явится суша. И второе: после потопа выживет не один Ной. По благословению Божию взятые на ковчег животные размножатся настолько, что разбредутся по всей земле. Таким образом, на пороге гибели мира Бог обещает Ною будущее восстановление этого мира. Моисей снова и снова показывает нам, что Бог всеми возможными способами удерживал Ноя в послушании Своему Слову, и что Ной действительно на это Слово положился.
Ну что ж, учение это полезно для нас всегда. Особенно тогда, когда Бог обещает нам что-то невероятное, или когда Он угрожает нам чем-то неправдоподобным. Ведь люди обычно верят лишь в то, с правдоподобностью чего готовы согласиться. Но мысль о том, что мир может разрушить Его Творец, кажется нашей плоти в высшей степени несуразной. Ведь это, по сути, означает, что Бог опрокидывает тот природный порядок, который Сам же и установил. Так что, если бы Бог не уведомил Ноя о Своем грозном суде над миром, Ной никогда не посмел бы в него поверить, дабы не вообразить Бога противоречащим Самому Себе. Слово же היקום, которое использует здесь Моисей, хотя и происходит от глагола «стоять», в собственном смысле означает все живущее в мире.
5) И сделал Ной все. Сказанное здесь — просто повторение предыдущего предложения. Моисей хвалит постоянное послушание Ноя, которое тот выказывал в исполнении заповедей Божиих. Пророк как бы говорит: в чем бы Бог ни захотел испытать послушание Ноя, он всегда это послушание демонстрировал. Ведь нельзя ограничиваться исполнением одной или двух заповедей, чтобы потом опустить руки и ничего не делать. Напротив, всегда надо помнить изречение Иакова, сказавшего, что запретивший убивать запретил также красть и прелюбодействовать.
6) Ной же был шестисот лет. Пророк не без причины напоминает нам о возрасте Ноя. Один из пороков старости состоит в том, что люди становятся вялыми и медлительными. Но тогда тем большую славу заслуживает вера Ноя, не ослабевшая даже по достижении им шестисот лет. И как строительство ковчега в течение ста лет было свидетельством великой добродетели Ноя, так и готовность, с которой он вошел в ковчег после повеления Божия, заслуживает великой похвалы. Следующие же слова о том, что Ной вошел в ковчег из-за потопа, надо понимать не в том смысле, что лишь наводнение вынудило Ноя укрыться в ковчеге, а в том, что, устрашившись Слова Божия, Ной уже тогда видел потоп очами веры, несмотря на то, что все прочие смеялись над возможностью этого события. Так что вера Ноя восхваляется здесь в том отношении, что Ной все же сумел воспарить умом над окружающим его миром.
8) От животного чистого. Теперь Моисей говорит о том, что могло бы вызвать наибольшие сомнения: о том, как Ною удалось собрать в ковчег всех предписанных животных. По словам пророка, эти животные вошли в построенный ковчег добровольно и по собственному почину. И если кому-то это покажется странным, пусть он вспомнит, как к Адаму пришли все животные земли, дабы он дал каждому из них имя. Мы боимся диких зверей именно потому, что, сбросив с себя иго Божие, одновременно потеряли над ними власть, которую Бог некогда дал Адаму. Но когда Бог привел к Ною животных, которых пожелал спасти через его служение, произошло частичное восстановление прежнего природного порядка. Ведь Ною было так же легко содержать в ковчеге диких зверей, как легко кормить во дворе гусей и кур.
Также не излишне было бы добавить то, что животные пришли к Ною именно в силу данной ему Богом заповеди. Пророк хочет сказать, что Бог благословил послушание Ноя, дабы его труд не был напрасен. С точки зрения человека, собрать всех указанных животных разом было просто невозможно. Но поскольку Ной, вверив Богу исход дела, исполнял лишь то, что было ему велено, Бог, в Свою очередь, вместе с самой заповедью дал и силу исполнить эту заповедь, дабы та не оказалась тщетной и бесполезной. Больше того, именно в этом и состояло всегда присовокупляемое к заповедям обетование Божие. Итак, усвоим, что для собирания животных вера Ноя оказалась действеннее любых сетей и капканов. В одну и ту же дверь ковчега вошли как львы, волки и тигры, так и волы с агнцами. Так что единственный способ преодолеть все препятствия — это воодушевление, почерпнутое из надежды и основанное на уверенности в том, что невозможное для нас для Бога не представляет никакой трудности.
О том, почему в ковчег вошло по паре каждого вида животных, было сказано выше. По поводу месяца, в который это произошло, мы также привели разнящиеся мнения толкователей. Поскольку евреи в отношении священнодействий отсчитывают год с марта, а в отношении земных дел — с сентября, или — что есть то же самое — два равноденствия играют для них роль двух точек отсчета, одни толкователи думают, что речь здесь идет о священном годе, а другие — что о годе мирском. Впрочем, коль скоро первый способ отсчета установлен Богом и больше соответствует природному порядку, более вероятно, что потоп начался все же не осенью, а весной.
11) Разверзлись все источники. Моисей напоминает нам о том, как был сотворен мир. Вначале землю, как и требует ее природа, покрывали воды. А потом, по особому благодеянию Божию, воды отступили и освободили место для животных. Да и философы вынуждены признать сверхъестественность того, что какая-то часть земли возвышается сейчас над пребывающей внизу водной массой. А Писание причисляет к чудесам Божиим то, что Бог сдерживает напор моря, не позволяя ему покрыть часть земли, предназначенную для обитания людей. В первой главе своей книги Моисей говорил о том, что на небе Бог разместил другую часть сотворенных Им вод. По словам Давида, Бог как бы заключил в мехи эти находящиеся на небе воды. Кроме того, обитаемую часть земли Бог сделал как бы горою, с вершины которой человек бы мог лицезреть Его силу, не позволяющую ни подземным водам подняться на поверхность и затопить землю, ни небесным водам соединиться с ними в одну губительную массу. Но когда Бог восхотел погубить мир посредством потопа, установленная Им для вод граница исчезла.
И здесь нам также стоит задуматься над чудесным замыслом Божиим. Бог мог бы заключить в русла наземных или подземных рек столько воды, что ее вполне хватило бы для нужд человеческой жизни. Но Он предпочел поместить нас между водами как между двумя могилами, дабы мы не пренебрегали Его милостью и поняли, что от нее воистину зависит наша жизнь. Ибо водная стихия, которую философы считают одним из начал жизни, грозит нам смертью и сверху, и снизу. И от исполнения этой угрозы воды сдерживает только десница Божия. Слова же о раскрытии источников и небесных окон следует понимать иносказательно. Пророк имеет в виду, что земные воды текли тогда не как обычно, и что с неба тогда лился отнюдь не обычный дождь. Когда исчезло установленное Богом различие между земными и небесными водами, одновременно исчезли засовы, которые сдерживали их яростный натиск.
12) И лился на землю дождь. Хотя Господь и убрал все сдерживавшие воды засовы, Он все же не хотел, чтобы они покрыли землю мгновенно. Дождь продолжался целых сорок дней отчасти для того, чтобы Ной после длительного размышления лучше запомнил то, чему его научило Слово Божие, а отчасти для того, чтобы нечестивые, хотя бы перед смертью, поняли: угрозы Божии, над которыми они смеялись, не были напрасны. Ведь те, кто столь долго издевался над долготерпением Божиим, вполне заслуживали осознания того, что они гибнут по Его праведному суду, который в течение ста лет считали басней. Именно так Господь довольно часто умеряет строгость Своих судов, давая людям время задуматься над тем, что привело бы их в недоумение, если бы свершилось в один миг. Здесь еще раз выказывает себя наша удивительная испорченность. Если гнев Божий изливается на нас внезапно, мы впадаем в оторопь и бесчувствие. Если же этот гнев усиливается постепенно, мы привыкаем к нему и считаем его чем-то малозначащим. То есть без чудес мы не согласны признавать десницу Божию, а от лицезрения чудес впадаем в еще большее ожесточение.
13) В сей самый день вошел в ковчег Ной, и Сим. Затем идет многословное, но совершенно не лишнее повторение до этого весьма короткой истории потопа. Замысел Святого Духа состоял в том, чтобы мы еще больше задумались над ужасным мщением Божиим, для описания которого просто не было подходящих слов. К тому же во все, о чем здесь говорится, весьма трудно поверить. Поэтому Моисей многократно внушает нам одно и то же, дабы мы уверовали в сказанное, сколь бы ни противоречило оно нашему здравому смыслу. Сюда же относится и рассказ о том, как вера святого Ноя вывела из лесов и пещер животных, и как она собрала их в одно место с помощью всемогущей десницы Божией. Таким образом, пророк не напрасно столь долго останавливается на этой теме. Ведь мы должны усвоить, что все виды животных были спасены не случайно и не в результате человеческого усердия, но что Сам Господь — как бы из рук в руки — передал Ною всех тварей, которых восхотел сохранить.
16) И затворил Иегова за ним. И эта фраза добавлена не зря. Ведь дверь, которую не мог выломать даже слон, должна была быть воистину огромной. Кроме того, эту дверь невозможно было осмолить столь тщательно, чтобы нахлынувшая вода — учитывая ее страшный напор и яростное бурление — не просочилась сквозь щели. Поэтому Моисей, дабы устранить повод для суетных умствований, к которым нас подталкивает наше любопытство, в нескольких словах объявляет нам, что не человеческое искусство, а совершенное Богом чудо не позволило потопу погубить ковчег. Нет сомнения в том, что Бог одарил тогда Ноя разумом и прозорливостью, дабы для постройки ковчега имелись все необходимые средства. Но чтобы эта благодать не оказалась тщетной, необходимо было добавить кое-что еще. Поэтому, чтобы мы не мерили прочность ковчега мерками нашего разума, Моисей утверждает, что не смола и не щебень, но таинственная сила Божия и Его всемогущая десница сдержали напор нахлынувшей тогда на ковчег воды.
17) И продолжалось на земле наводнение. Моисей снова и снова старается внушить нам мысль о том, что вода покрыла тогда всю землю. Он также хочет, чтобы мы не приписывали погубивший землю потоп слепому случаю. Ведь люди обычно наводят тень на дела Божии, дабы затемнить сияющую в этих делах благость или справедливость. Но когда пророк ясно говорит о том, что все живущее на земле тогда погибло, мы понимаем, что речь идет о воистину грозном Божественном суде. Особенно учитывая, что выжил тогда только Ной, верою принявший спасительное Слово Божие. Пророк также напоминает о сказанном нами прежде: о том, сколь безнадежным было тогда человеческое нечестие, и о том, сколь тяжки были преступления, подвигшие Бога истребить весь мир. Ведь Бог — по Своему великому милосердию — конечно же пощадил бы мироздание, если бы видел, что ему поможет менее горькое лекарство.
Моисей делает здесь два противоположных по смыслу утверждения: о том, что тогда погиб весь человеческий род, и о том, что Ной со своей семьей избежал этой погибели. Отсюда можно заключить, какую великую пользу принесло Ною то, что он слушался Бога и не обращал внимания на мир. Причем Моисей говорит об этом прежде всего не для того, чтобы восхвалить Ноя, а для того, чтобы призвать нас к подражанию этому святому. Кроме того, дабы окружающие нас многочисленные грешники не отдалили нас от Бога, следует терпеливо переносить их насмешки до тех пор, пока Господь самим исходом дела не покажет, что одобряет наше повиновение. Именно в этом смысле Петр и называет спасение Ноя от вселенского потопа образом крещения (1Пет 3:21). Он как бы говорит, что способ спасения, которое мы обретаем через крещение, соответствует способу, которым был спасен Ной. Ведь сегодня — как и тогда — мир полон неверующих. Поэтому нас надлежит отделить от их толпы, дабы избавить от ожидающей их погибели. По той же самой причине ковчег уместно сравнивать здесь с Церковью Божией.
Так задумаемся же о существующем между ними сходстве. Это сходство основано лишь на Слове Божием. И подобно тому как Ной, приняв обетование Божие, взял свою жену и детей и укрылся с ними в напоминавшем могилу ковчеге, чтобы спастись от смерти, так и нам надлежит отречься от мира и умереть для него, дабы Господь оживотворил нас Своим Словом, вне которого ничто не сможет обеспечить нам спасение. Значит воистину смешны паписты, пытающиеся построить спасительный ковчег без опоры на Господне Слово.
