II. Послания семи церквам
(главы 2−3)
Послания семи церквам адресованы реальным общинам первого века, находившимся в указанных городах. Поэтому содержание посланий связано с историей и культурой этих городов. Чтобы лучше понять послания, нужно что-то знать о городах, в которых находились эти церкви. Мы добавляем к первому герменевтическому ключу (ветхозаветные аллюзии) второй: связь с историческим контекстом.
Отметим, что чтение этих посланий может таить в себе некоторые опасные моменты. Подобно тому как, изучая медицинскую литератуту, мы часто невольно находим симптомы разных болезней у себя, так и достоинства и недостатки церквей, описанные в этих главах, мы инстинктивно будем искать в своей церкви. Но необходимо помнить главное: мы не можем быть больны всеми болезнями одновременно.
1. Эфес: потеря «первой любви» (2:1−7)
В начале каждого послания упоминается какой-то элемент из видения Христа, которое описано в главе 1. Обращаясь к эфесской церкви, Христос держит в руках «семь звезд» и ходит «посреди семи золотых светильников» (2:1). Другими словами, Он обладает властью над всей церковью — как земной, так и небесной — и ходит среди церквей (см. комментарии на 1:12−13, 16). Церковь представлена здесь как светильники и звезды. Оба образа связаны с ситуацией в эфесской церкви и с содержанием послания к ней.
В каждом из семи посланий Христос за что-то хвалит церковь (кроме лаодикийской) и за что-то порицает (кроме смирнской). Эфесскую церковь Христос хвалит за «дела твои, и труд твой, и терпение твое» (2:2−3). Слова «дела, труд и терпение», скорее всего, не случайны, а связаны с особенностями города Эфеса.
Современный Эфес находится примерно в 10 километрах от моря, но в первом веке море подходило вплотную к городу, возле города была бухта. Наличие морской бухты делало Эфес торговым центром: товары шли из восточных стран в Европу и из Европы — на восток. Бухта имела важное значение для процветания города.
Но была проблема: за века существования Эфеса его жители вырубили леса, которые покрывали горы, стоявшие вдоль побережья. Вырубка привела к эрозии гор, к сползанию почвы в море. Бухта постоянно наполнялась песком и грязью. Жителям Эфеса приходилось регулярно очищать бухту от ила. Это был постоянный и тяжелый труд. Город с трудом справлялся с этой проблемой. Бухта мельчала. Корабли не могли уже подходить вплотную к городу, а бросали якорь в нескольких километрах от берега и отправляли легкие весельные лодки в город. (Не по этой ли причине Павел не захотел останавливаться в самом Эфесе [Деян 20:16]?)
Слова «дела, труд и терпение» в Эфесе ассоциировались с трудом по очистке бухты. Эфесяне очень хорошо знали, что такое постоянный, упорный, терпеливый труд. Как видно из слов Христа, труд эфесской церкви был связан с чистотой учения: «Ты не можешь сносить развратных, и испытал тех, которые называют себя апостолами, а они не таковы, и нашел, что они лжецы» (2:2).
Эти верующие приложили большие усилия для того, чтобы защитить общину от лжеучения. С самого начала эта церковь знала, что столкнется с проблемой лжеучителей. Откуда? Об этом предупредил апостол Павел во время прощальной встречи с руководителями церкви (Деян 20:29−31). Со своей задачей церковь справилась хорошо. Она отстояла чистоту учения. Христос хвалит ее за это. Он считает чистоту учения достоинством, сильной стороной эфесской церкви: «Впрочем, то в тебе хорошо, что ты ненавидишь дела николаитов, которые и Я ненавижу» (2:6; анализ названия «николаиты» см. в комментарии на послание Пергаму, 2:12−17).
Правда, Христос говорит «впрочем» — церковь обладает этим достоинством вопреки некому недостатку. Какому? Церковь утратила «первую любовь» (2:4). Смысл этого утверждения не совсем ясен. Многие считают, что идет речь о любви к Богу или о любви между членами церкви. В таком случае упрек Христа понятен: без любви чистота учения стоит не много (ср. 1Кор 13:1−3).
Но есть и другое прочтение этого стиха. Можно рассматривать выражение «первая любовь» целиком, как метафору. Речь идет не о любви, а о «первой любви», то есть о страстной, огненной вере новообращенного христианина. Когда человек только уверовал, у него внутри горит желание поделиться своей верой с другими людьми. Ему не надо два раза повторять, он сам рвется засвидетельствовать о Христе. Но со временем этот внутренний огонь угасает. Эфесская церковь была основана Павлом в середине 50−х годов (Деян 19), Иоанн пишет Откровение в середине 90−х годов. Прошло примерно 40 лет. Первоначальный пыл угас. Церковь прекратила свидетельствовать.
Такое толкование кажется верным по трем причинам:
Во-первых, оно соответствует общей цели Откровения: призвать церковь не прекращать свидетельство несмотря на гонения.
Во-вторых, оно соответствует тому, как Христос описывается в начале послания: Он ходит среди семи светильников (2:1). Почему здесь церковь названа именно светильником, ведь есть много других образов церкви? Потому что светильник — это образ свидетельства. В Ветхом Завете Израиль, народ Божий, назван светильником (Зах 4:2, 6) и светом для народов (Ис 42:6−7; Ис 49:6). Петр пишет, что эту функцию теперь выполняет церковь (1Пет 2:9). В самом Откровении светильники понимаются как свидетельство о Христе (11:3−4). В синоптических евангелиях светильник и свет — метафора свидетельства (Мф 5:14−16; Мк 4:21; Лк 8:16).
В-третьих, такое прочтение соответствует тому суду, которым Христос угрожает церкви: «Сдвину светильник твой» (2:5). Тем самым Христос угрожает прекратить существование церкви, если она не восстановит свидетельство. Здесь говорится не о том, что отдельные верующие потеряют спасение, а о том, что община в целом прекратит свое существование. Ведь церковь, которая не свидетельствует, — не выполняет своего предназначения. В такой церкви мало смысла. Такая церковь — как город, потерявший связь с морем. Он больше не может торговать, он приходит в упадок. И тогда возникает новый город, в более выгодном месте.
Мы знаем из истории, что церковь в Эфесе вернулась к ревностному свидетельству, ее светильник сохранился. Игнатий Антиохийский при императоре Траяне был арестован и отправлен в Рим для казни. Он был казнен в 107 году. По дороге из Антиохии в Рим он написал семь посланий, одно из них в Эфес. Спустя 10−15 лет после написания Откровения церковь в Эфесе существовала и, судя по посланию Игнатия, у нее все было хорошо.
Нам, конечно, не сказано, как верующие в Эфесе смогли вернуться к ревностному свидетельству. Но намеки на то, что произошло в этой церкви, Иоанн нам дает.
Во-первых, прекращение свидетельства было настолько серьезным недостатком, что светильник церкви мог быть сдвинут. В существовании такой церкви Христос не видел смысла. Спасение никто не потеряет, но у церкви нет будущего. Видимо, путь назад, к «первой любви», начался с осознания этого факта.
Во-вторых, Христос сказал: «Покайся» (2:5). От церкви требовалось изменение мышления, ведущее к активным действиям. Кроме того, «покайся» указывает на греховность этого церковного недостатка. Путь назад, к «первой любви», лежал через болезненный акт покаяния.
В-третьих, эфесская церковь сохранила то, что в ней было хорошо (2:6). Игнатий пишет: «Впрочем, сам Онисим чрезвычайно хвалит ваше благочинное о Боге поведение, что все вы живете сообразно с истиною, что среди вас нет никакой ереси, но что вы и не слушаете никого, кроме Иисуса Христа, проповедующего истину» (Посл. Еф, 6). Церковь не бросилась из одной крайности в другую, не утратила чистоту учения ради «евангелизации».
В-четвертых, награда была хорошим стимулом для возвращения к «первой любви»: «Побеждающему дам вкушать от дерева жизни, которое посреди рая Божия» (2:7). Адам и Ева имели доступ к этому дереву в Эдеме, пока Бог ходил рядом с ними (Быт 3). Христос ходит сейчас среди семи светильников (2:1). Если церковь вернется к «первой любви», то Он продолжит ходить (2:7). Именно это означает вкушение плода от дерева, которое посреди райского сада. Ради того чтобы Христос продолжал ходить среди наших светильников, можно пойти на болезненное покаяние и вернуться к «первой любви».
2. Смирна: будь верен до смерти (2:8−11)
Послание Христа смирнской церкви ставит перед нами два вопроса: что делать, когда церковь притесняют, и что делать, когда церковь притесняет?
Смысл первого вопроса понятен. Чтобы понять смысл второго, представьте, что в следующем году в результате катаклизма протестантская церковь получит политическую власть в стране. Сможем ли мы этой властью правильно распорядиться или она станет для нас искушением, с которым мы не справимся?
Что делать, когда церковь притесняют?
Церковь в Смирне необычна: Христос не находит в ней никаких недостатков. Тем не менее церковь находится в очень сложном положении. Ей грозят серьезные гонения, которые закончатся смертью для многих верующих. Послание в Смирну — самое короткое: когда грозит смерть, лишние слова ни к чему. Давайте попробуем понять, почему начались гонения на христиан.
До 60−х годов римские власти не преследовали христиан, так как считали их иудейской сектой. Например, в Деян 19:28−40 власти воспринимают первых христиан как иудеев. Иудаизм же имел статус разрешенной, законной религии в Римской империи.
Но со временем евреи стали недовольны тем, что их соплеменники обращаются в христианство, и начали обращать внимание римских властей на то, что христианство — это не иудаизм. Иудеи доносили римлянам на христиан. Они обвиняли христиан в неуважении к римской власти и непочитании римского императора.
Именно поэтому Христос говорит о «злословии»: «Знаю… злословие от тех, которые говорят о себе, что они иудеи, а они не таковы» (2:9). Более того, Христос называет иудеев «синагога сатаны» (2:9, перевод Кассиана): ведь сатана — это клеветник, тот, кто ложно обвиняет (ср. Ин 8:44).
Сразу после упоминания злословия иудеев говорится о гонениях со стороны римской власти: «Вот, дьявол будет ввергать из среды вас в темницу» (2:10). Видна причинно-следственная связь между действиями иудеев и страданиями христиан (ср. Деян 13:44−45, 50; Деян 14:1−7, 19; Деян 17:5−9). Из сочинения Иустина «Диалог с Трифоном» (середина второго века) мы знаем, что конфликт между иудеями и христианами продолжился.
Ныне вы презираете и, сколько можно вам, бесславите тех, которые уповают на Христа… и проклинаете в своих синагогах верующих во Христа. Вы в настоящее время не имеете власти сами убивать нас, — этому препятствуют владычествующие ныне; а когда могли, вы и это делали.
(Диалог, глава 16)
Ибо вы в своих синагогах проклинаете тех, которые сделались чрез Него христианами; также и прочие народы приводят в действие самое проклятие, убивая тех, которые только объявят себя христианами.
(Диалог, глава 96)
Очень важно отметить, что история отношений между христианами и евреями нисколько не оправдывает антисемитизм, который является одним из страшнейших явлений в человеческой истории. Дальнейшие размышления над ситуацией в смирнской церкви выявят причины, по которым антисемитизм, как и любая другая дискриминация по религиозному или этническому признаку, недопустим.
В чем же заключались гонения? «Знаю твою… нищету», — говорит Христос (2:9). Христиане страдали материально. Экономические санкции — один из сильнейших способов давления на несогласных. «Впрочем, ты богат», — сразу же добавляет Господь (2:9). Принадлежа Христу, верующие имеют больше всех сокровищ мира. Тюремное заключение — это еще один способ преследования: «Дьявол будет ввергать вас в темницу» (2:10). Правда, надо уточнить: римляне не использовали тюрьмы в качестве наказания — слишком дорого. Они наказывали либо штрафом, либо ссылкой. В тюрьму сажали временно до окончания суда, тюрьма часто означала смертную казнь. Поэтому Христос и призывает: «Будь верен до смерти» (2:10).
За что именно предавали смерти христиан? За отказ поклоняться императору. В более позднем источнике есть описание того, к чему принуждали римские власти христиан. «Мученичество Поликарпа епископа Смирнского» (ок. 155 г.):
По дороге повстречались ему иринарх Ирод и отец его Никита. Они пересадили его в свою коляску и, сидя с ним, увещали его и говорили: «Что худого сказать: Владыка Кесарь! и принести жертву и остальное, и остаться в живых?» Он сначала не отвечал им, а потом, поскольку они настаивали, сказал: «Я не намерен делать то, что вы мне советуете».
(Мученичество Поликарпа 8:2)
Как скоро привели его, то проконсул спросил: «Ты ли Поликарп?» — и, получив утвердительный ответ, стал убеждать его отречься, говоря: «Уважь свою старость», — и прочее, что им привычно говорить: «Клянись Фортуной Кесаря, одумайся, скажи: Смерть безбожникам!» Но Поликарп, помрачнев лицом и посмотрев на толпу находившихся на поприще беззаконных язычников, погрозил им рукою и, со вздохом воззрев на небо, сказал: «Смерть безбожникам!»
А проконсул настаивал и говорил: «Поклянись, и я отпущу тебя; хули Христа». Но Поликарп отвечал: «Уже восемьдесят шесть лет я служу Ему, и Он ничем не обидел меня: как же могу хулить Царя моего, Спасшего меня?»
(Мученичество Поликарпа 9:2−3)
Отказ христиан поклоняться императору римляне рассматривали как угрозу своей государственности, как потенциальный бунт против Рима.
Так что же делать, когда церковь притесняют? Что можно сказать верующим в такой ситуации? К чему призвать? Что обещать? Сложно что-то сказать людям, которым грозит смерть. Но вот что говорит Христос
«Я первый и последний, который был мертв и вот, жив» (2:8; описание из 1:17), то есть «Я контролирую историю, ее события, и Своим воскресением Я победил смерть».
«Знаю твои дела, и скорбь, и нищету» (2:9): когда спасения от смерти нет, важно хотя бы знать, что кто-то знает о тебе. А Христос знает все и о нас, и о том, что такое казнь.
Звучит призыв: «Будь верен до смерти» (2:10). Смирна была образцовым городом в смысле верности Риму: однажды жители города отдали всю свою верхнюю одежду проходящей неподалеку римской армии, которая нуждалась в теплых вещах. Если подданные Рима так верны своему императору, то христиане тем более должны быть верны своему Царю.
Также звучит и обещание: «Дам тебе венец жизни» (2:10). Смирна (современный Измир) находилась примерно в 80 километрах севернее Эфеса. За городом возвышалась гора Пагос, на которой были расположены крепость и греческие храмы. Они выглядели как венец. Смирну называли «венец Ионии», а гору Пагос — «венец Смирны». Но подлинный венец дает Христос «Побеждающий» (2:11) — это, конечно, не тот, кто чудесным образом избавился от гонений, а тот, кто погиб, но, подобно Христу, своей смертью парадоксально одержал победу.
Перед лицом смерти действия христианина просты: быть верным, ждать венца и помнить, что Христос знает о нас, все контролирует и победил смерть.
Что делать, когда церковь притесняет?
Иудеи использовали римскую власть для расправы над христианами. Такая жесткая религиозная конкуренция всегда приводит к страданиям для гонимых: нищете, тюрьме, смерти. И это главное, что мы должны помнить: если мы используем государство для борьбы с другими религиями, мы тем самым притесняем их и причиняем им страдания.
Сама христианская церковь довольно быстро стала использовать государственную власть, чтобы контролировать другие религии и даже разные течения внутри себя. Можно вспомнить ортодоксов и ариан в ранние века. В период Реформации внутривидовая борьба была также весьма ожесточенной: католики и гугеноты во Франции; магистратские реформаторы и анабаптисты; реформаты и ремонстранты в Голландии; лютеране и реформаты в Германии. Новейшая история постсоветского пространства также дает примеры использования государственного насилия для сдерживания религиозных конкурентов.
После затяжных религиозных войн европейцы решили: государство должно быть светским и оно должно позволять разные религии. Нельзя никакой религии отдавать предпочтение, все религии должны иметь равные права, никакую религию нельзя притеснять.
Казалось бы, это гениальное решение религиозных конфликтов. Но есть и цена, возможно, слишком высокая: религия потеряла право влиять на общественную и политическую жизнь. Религия — личное дело человека или общины и не должна выходить за пределы личных предпочтений. А главенствующей идеологией в обществе стал атеизм, атеистический секуляризм. Да, за веру теперь никто не умрет, но и влиять на общество в целом вера не может.
Мы, христиане, оказываемся на одном из двух полюсов: религиозное гетто или слияние с государством. Мы либо лишены возможности влиять на общественно-политическую жизнь, либо используем государственные рычаги управления для притеснения других религий и других вариантов христианской веры. Хотелось бы находиться посередине: иметь влияние на общество и не быть гонителями. Но мы знаем, как поступать в обеих ситуациях: быть верными Христу до смерти, когда нас гонят, а когда у нас есть возможность влиять на государство, помнить о том, что гонения причиняют страдания.
3. Пергам и Фиатира: Валаам и Иезавель (2:12−29)
Послания церквам в Пергаме и Фиатире похожи. В них много лексических совпадений. Перед обеими церквами Христос символически описан как судья (Пергам, 2:12; Фиатира, 2:18). Христос хвалит и упрекает эти церкви за одно и то же. Обе церкви верны в свидетельстве о Христе, и этим они похожи на церковь в Смирне (Пергам, 2:13; Фиатира, 2:19). Обе церкви допустили лжеучителей в свою общину, и этим они отличаются от церкви в Эфесе, которая строго следила за учением, но утратила «первую любовь», то есть рвение в свидетельстве о Христе (Пергам, 2:14 — Валаам; Фиатира, 2:20 — Иезавель)11. Однако суть лжеучения одна: есть идоложертвенное и любодействовать (Пергам, 2:14; Фиатира, 2:19), что означает участие в поклонении языческим божествам «Любодействовать» надо понимать не буквально, как сексуальный грех, а символически: проявлять неверность Христу (см. комментарий на 14:4, где «девственники» — те, кто сохранили верность Христу, а не те, кто не имел отношений с женщинами).
| ПЕРГАМ | ФИАТИРА | |||
|---|---|---|---|---|
| Описание Христа как судьи | Имеющий острый с обеих сторон меч (2:12) | Сын Божий, у которого очи — как пламень огненный, и ноги подобны халколивану (2:18) | ||
| Похвала за верность в свидетельстве | Содержишь имя Мое, и не отрекся от веры Моей даже в те дни, в которые у вас, где живет сатана, умерщвлен верный свидетель Мой Антипа (2:13) | Знаю твои дела, и любовь, и служение, и веру, и терпение твое, и то, что последние дела твои больше первых (2:19) | ||
| Лжеучителя внутри церкви | Но имею немного против тебя, потому что есть у тебя там держащиеся учения Валаама, который научил Валака ввести в соблазн сынов Израилевых… Так и у тебя есть держащиеся учения николаитов, которое Я ненавижу (2:14−15) | Но имею немного против тебя, потому что ты попускаешь жене Иезавели, называющей себя проро чицею, учить и вводить в заблуждение рабов Моих (2:20) | ||
| Суть лжеучения | …чтобы они ели идоложертвенное и любодействовали (2:14) | …любодействовать и есть идоложертвенное (2:20) | ||
| Угроза наказать лжеучителей | Покайся; а если не так, скоро приду к тебе и сражусь с ними мечом уст Моих (2:16) | Я дал ей время покаяться в любодеянии ее, но она не покаялась. Вот, Я повергаю ее на одр и любодействующих с нею в великую скорбь, если не покаются в делах своих, и детей ее поражу смертью; и ураз умеют все церкви, что Я есмь испытующий сердца и внутренности; и воздам каждому из вас по делам вашим (2:21−23) | ||
| Отсылка к истории Валаама | Есть у тебя там держащиеся учения Валаама (2:14) | И дам ему звезду утреннюю (2:28; ср. Чис 24:17) | ||
| Обещание побеждающему | Дам вкушать сокровенную манну, и дам ему белый камень и на камне написанное новое имя (2:17) | Дам власть над язычниками… и дам ему звезду утреннюю (2:26, 28) |
Послания похожи, видимо, потому, что эти города были связаны между собой как города-спутники. Пергам являлся основным городом, он находился на холме и был хорошо укреплен. Фиатира располагалась на равнине и не имела никакой возможности вести оборону. Она была сигнальным городом для Пергама, на который нельзя было напасть незаметно; Фиатира давала Пергаму время для подготовки к бою или осаде.
Похвала Христа и проблемы церквей были очень похожими, но между церквами все же была и разница.
Пергам был сильным и независимым государством до той поры, пока в 133 году до н. э. пергамский царь не решил сделать его частью Римской империи. Город стал столицей римской провинции Асия. В нем был построен самый первый храм, посвященный императору Августу как Богу. В Пергаме находился римский суд, и власти города имели право выносить смертные приговоры и приводить их в исполнение.
«Престол сатаны» (2:13) — это трон римского правителя города. Пергам был очень опасным местом для христиан. Но христиане в этом городе оставались верны свидетельству о Христе вплоть до смерти: «Содержишь имя Мое, и не отрекся от веры Моей даже в те дни, в которые у вас, где живет сатана, умерщвлен верный свидетель Мой Антипа» (2:13).
«Но имею немного против тебя, потому что есть у тебя там держащиеся учения Валаама» (2:14). В чем же заключалось учение Валаама? Мы знаем из книги Числа, что Валак был моавитским царем, который нанял пророка Валаама, чтобы тот проклял израильский народ. Вместо проклятия Господь заставил Валаама три раза произнести благословение. Но на этом происки Валаама не прекратились. Он подговорил израильтян взять себе в жены мадианитянок (Чис 25; 31:16), что привело к наказанию от Господа и гибели многих евреев. Ведь браки с женщинами-язычницами приводили к идолопоклонству.
Таким образом, лжеучителя в Пергаме, видимо, всячески внушали, что можно пойти на компромисс с римской властью и, скрестив пальцы, принять участие в культе императора. Нужно было всего-то подойти к жертвеннику кесаря и бросить щепотку благовония на горящие угли. Не такое страшное отступление! Особенно если ты не веришь в то, что кесарь — Бог.
Христос называет этих лжеучителей николаитами: «У тебя есть держащиеся учения николаитов, которое Я ненавижу» (2:15). Николаиты (от греч. никао — ‘побеждать’ и лаос — ‘народ’) — лжеучителя, которые наставляли тому же, что последователи Валаама и Иезавели (2:14−15; 2:20). Иоанн называет их таким именем, чтобы, не без сарказма, показать суть их заблуждения с определенной стороны. Они кажутся победителями, потому что, благодаря компромиссу с Римом и языческой культурой, обустроили свою жизнь и избежали гонений. Лаодикия, как мы увидим, особенно преуспела в этом. Но их победа — это поражение; их учение о победоносной христианской жизни — заблуждение.
В Откровении красной нитью проходит тема мессианской войны. Иисус Христос — Мессия-победитель (1:16), у Него есть мессианская армия, которая разделяет с Ним Его победу (7:4−8; 12:11; 13:7; 14:1−5; 15:2; 17:14; 11:7). Важно понимать, что, когда Иисус призывает семь церквей к победе, Он не требует от них одержать их собственную победу, а ожидает, что они разделят с Ним Его победу. Победа христиан — это участие в победе Агнца. И если присмотреться к описанию мессианской армии и ее успехов, то ее победа оказывается парадоксальной. Агнец одержал победу Своей смертью на кресте, поэтому Его армия одерживает победу мученичеством: «И когда кончат они свидетельство свое, зверь, выходящий из бездны, сразится с ними, и победит их, и убьет их» (11:7); «И дано было ему вести войну со святыми и победить их» (13:7). Вот почему Иоанн называет лжеучителей, призывавших идти на компромисс с Римом, николаитами: они хотят своей победы, отличной от победы Агнца.
Возможно, название «николаиты» мы также должны связать с римскими императорами и конкретно с императором Домицианом, при котором и было написано Откровение. Римские императоры были завоевателями и придавали большое значение одержанным победам Домициан, как никто другой, кичился своими военными походами и даже взял себе имя Германик после победы над германскими племенами (хотя некоторые древние историки считают, что победа была сомнительной и Домициан явно преувеличивал свои успехи). Иоанн, возможно, насмехается над лжеучителями и их последователями, называя их николаитами: поклоняясь императору, они стали такими, как он.
Ситуация в Фиатире была похожей, но все же отличалась. В этом городе не было храма императора, город не обладал таким политическим значением, как Пергам Зато в Фиатире развивалось много разных ремесел, представители которых объединялись в гильдии. Участие в гильдии давало возможность успешно заниматься бизнесом. Но у каждого ремесла и каждой гильдии был свой бог-покровитель, которому следовало поклоняться. Поклонение такому богу становилось неотъемлемой частью жизни членов гильдии. Отказаться от участия в почитании бога — рискнуть свои членством в гильдии, а значит, создать серьезные проблемы для своего бизнеса и остаться без средств к существованию.
Похоже, «Иезавель» в Фиатире учила, что нет ничего страшного в том, чтобы участвовать в таких поклонениях богу-покровителю. Сказано, что Иезавель и Валаам учили есть идоложертвенное. Идет речь не просто о том, что верующие покупали на рынке мясо, которое до этого было посвящено идолу. Дело было в том, что они ходили в капища и ели на общих трапезах это мясо в качестве поклонения идолу.
Итак, в Пергаме христианам грозила смерть за неучастие в императорском культе, а в Фиатире они рисковали потерять бизнес за отказ поклоняться богу-покровителю гильдии ремесленников.
Что же говорит Христос этим церквам?
Пергам слышит от Христа предостережение и обещание.
Во-первых, Христос предстает с «острым с обеих сторон мечом» (2:12; см. комментарии на 1:14, 16). Тем самым Он говорит, что, хотя Рим наделил этот город большой судебной и исполнительной властью, самым великим судьей всех судей является Он, Христос Поэтому если церковь не примет меры против Валаама, то эти меры примет сам Господь.
Во-вторых, Христос даст остальной части церкви «сокровенную манну» и «белый камень» (2:17). Манна — это символ великого пира, который Христос устроит для Своего народа, когда вернется на землю. В еврейский писаниях манна связывалась с эсхатологическим пиром. Например: «И будет в то время: снова сойдут с высоты запасы манны, и ее будут есть в эти годы, ибо они — те, кто достиг до конца времени» (Апокалипсис Баруха 29:8)12. Тот, кто не будет есть идоложертвенное, будет есть манну Христа. Манна отсылает нас также к блужданиям Израиля по пустыне, когда Валаам и сделал зло Божьему народу.
Белый камень — это камень оправдания. В древности белый камень был символом оправдательного приговора, а черный — символом обвинительного вердикта. У белого камня была и другая функция: он служил пропуском на пир. Следовательно, оба образа составляют единое целое: Христос приглашает на эсхатологический пир и дает белый камень оправдания, служащий пропуском на этот пир.
Фиатира, подобно Пергаму, также слышит предостережение и обещание Христа. Во-первых, Христос предстает с горящими глазами и ногами, подобными халколивану, то есть медными ногами (2:18), символизирующими его роль судьи (см. комментарий на 1:14−15). Вспомним, что это описание взято из Дан 10:6: «Очи его — как горящие светильники, руки его и ноги его по виду — как блестящая медь». Но если у Даниила идет речь про Сына Человеческого (Дан 7:13), то здесь Христос назван Сыном Божьим: «Так говорит Сын Божий» (2:18). Это изменение связано с тем, что в конце послания (2:26−27) Иоанн будет цитировать Пс 2:7−9, где о Мессии говорится именно как о Сыне Божьем:
Господь сказал Мне: Ты Сын Мой;
Я ныне родил Тебя;
проси у Меня, и дам народы в наследие Тебе
и пределы земли во владение Тебе;
Ты поразишь их жезлом железным;
сокрушишь их, как сосуд горшечника.
(Пс 2:7−9)
Тому дам власть над язычниками,
и будет пасти их жезлом железным;
как сосуды глиняные, они сокрушатся.
(Откр 2:26−27)
Соответственно, продолжая аллюзию на второй псалом (Пс 2:7), Христос говорит: «…как и Я получил власть от Отца Моего» (Откр 2:27). Послание в Фиатиру начинается и заканчивается упоминанием Христа как Сына Божьего.
Христос, как судья, угрожает осудить и наказать смертью Иезавель и ее детей, то есть последователей (2:21−23).
«Халколиван» (2:18) — очень редкое греческое слово. В Фиатире было производство сплава меди, который назывался именно халколиван. Возможно, Христос хочет сказать, что истинный покровитель жизни и любого дела — Он, а не какой-то идол, покровительствующий ремесленной гильдии.
Во-вторых, Христос обещает «власть над язычниками» (2:26) и «звезду утреннюю» (2:28). Первое обещание — это прямая цитата из Пс 2:7−9 (см. выше). Его смысл в том, что Христос разделит Свою мессианскую власть с верующими из Фиатиры. В Современном русском переводе, благодаря перестановке предложений, эта мысль видна более четко: «Я дам власть над народами, как Я сам получил ее от Моего Отца». Это обещание перекликается с приветствием в начале Откровения, где Иоанн воздает славу Христу, «соделавшему нас царями и священниками Богу и Отцу Своему» (1:6). Христос уже сейчас разделил с нами царскую власть и еще разделит ее с нами в будущем в полной мере.
«Звезда утренняя» (2:28) — это сам Христос, потому что позже Он сам называет себя так: «Я есмь… звезда светлая и утренняя» (22:16). Кроме того, упомянув в предыдущем послании Пергаму Валаама, Иоанн вновь отсылает нас к его истории. Именно Валаам, против своей воли благословляя Израиль, говорит о восходящей звезде, побеждающей соседние народы:
Вижу Его, но ныне еще нет;
зрю Его, но не близко.
Восходит звезда от Иакова,
и восстает жезл от Израиля,
и разит князей Моава
и сокрушает всех сынов Сифовых.
(Чис 24:17)
История Валаама — еще одна деталь, связывающая послания Пергаму и Фиатире.
Наконец, утренняя звезда — это Венера. Венера имела большое значение для римской власти: считалось, что императоры произошли от Венеры; римские военачальники (Юлий Цезарь, Сулла, Помпей) строили храмы Венере; Венера была на боевых знаменах римских войск. Одним словом, Венера символизировала власть и завоевания Рима. Христос противопоставляет себя римской власти и напоминает, что подлинной властью обладает именно Он. И Он разделит эту власть со Своим народом.
«…И на камне написанное новое имя» (2:17) — заветное присутствие Бога (см. комментарии на 3:1; 21:1−3).
Мы сталкиваемся со странным противоречием в жизни церквей в Пергаме и Фиатире. Церкви до смерти были верны свидетельству о Христе. Но часть церкви шла на компромисс с Римом и поклонялась императору и римским божествам, чтобы избежать преследований. И эту часть церкви, которая подрывала свидетельство, терпели и не применяли к ней дисциплинарных мер. Мы можем только гадать о причинах такой ситуации!
Подводя итог этим двум посланиям, можно сказать, что свидетельство о Христе — по-прежнему центральный вопрос в посланиях семи церквам Мы также видим, что активное и жертвенное свидетельство не освобождает от ответственности за чистоту учения. Проблема Пергама и Фиатиры противоположна проблеме Эфеса, который стоял на страже учения, но охладел в свидетельстве. Впрочем, мы должны быть точнее. Здесь идет речь не о богословском учении, а о практическом учении, об отношении к жизни в языческом обществе. Но логика та же: если мы верны в свидетельстве Христу, это не значит, что мы можем вести любой образ жизни. Достоинство не покрывает проступок и не превращает черное в белое. Христианская жизнь должна быть сбалансирована, нужно следить за всеми сферами своего духовного существования: и за свидетельством, и за богословием, и за практикой, вытекающей из богословия.
Сноски
[11] Правда, Эфес оставил «первую любовь», а в Фиатире, напротив, «последние дела твои больше первых» (2:19).
[12] Апокалипсис Баруха (или Вторая книга Баруха) был написан в период 50−90 гг. в качестве полемики против христианства и защиты иудаизма.
