Плач о Вавилоне (18:1−24)
В главе 17 начался пятый цикл судов (см. 6:1 — 8:1; 8:6 — 11:19; 14:6−20; 15:5 — 16:21). Его главной целью стал Вавилон, женщина на багряном звере. Мы уже определили, что зверь — это политическая система империи, насилие, кнут, а Вавилон — экономическая система любой нечестивой империи, гонящей христиан, искушение материальными благами, пряник. Мы сочли блудницу символом экономического искушения из-за ее богатой одежды (17:4). Теперь, переходя к главе 18, мы можем убедиться в полной мере, что мы не ошиблись при идентификации Вавилона: здесь он несомненно выступает в роли экономической системы Рима, соблазнявшей народы материальным благосостоянием.
Давайте в качестве подготовительного отступления зададимся вопросом: что больше всего мешает людям сегодня верить в Христа и Евангелие? Пожалуй, деньги. Возможность заработать. Дело не всегда в жадности, но всегда — в желании безопасности, в стремлении защититься от окружающего мира природы и мира людей. Экономическое благосостояние — тот самый бог, который, кажется, может защитить человека. Современным людям Бог и Христос не нужен, потому что их экономический уровень жизни слишком высок, они обрели своего бога.
Но вернемся к вопросу о том, что символизирует Вавилон. Как же убедиться в том, что Вавилон — экономическая система государства, обещающая материальные блага? Как всегда, главный ключ — это Ветхий Завет. Плач о Вавилоне, которому посвящена глава 18, построен на плаче о Тире в Иез 26−28.
Вот какие три наблюдения можно сделать по указанным главам Иезекииля.
Во-первых, Тир, вне всяких сомнений, выступает как источник материальных благ для всех, кто сотрудничает с ним. Тир своим богатством привлекал народы к себе. Например:
И в сетовании своем поднимут плачевную песнь о тебе, и так зарыдают о тебе:
«Кто как Тир, так разрушенный
посреди моря!
Когда приходили с морей товары твои, ты насыщал многие народы;
множеством богатства твоего и торговлею твоею
обогащал царей земли.
(Иез 27:32−33)
Во-вторых, у Иезекииля упоминаются три категории людей, которые оплакивают Тир: «корабельщики твои и кормчие твои» (Иез 27:27); «цари содрогнулись» (Иез 27:35) и «князья моря… поднимут плач» (Иез 26:16−17); «торговцы… свистнули о тебе» (Иез 27:36).
В-третьих, дается подробное, монотонное описание товаров, которыми торговал Тир.
А что мы видим в Откр 18?
Во-первых, «купцы земные разбогатели от великой роскоши ее» (18:3), «торговавшие всем сим, обогатившиеся от нее, станут вдали от страха мучений ее, плача и рыдая» (18:15), «горе, горе тебе, город великий, драгоценностями которого обогатились все, имеющие корабли на море» (18:19). Вавилон приносил экономическую выгоду тем, кто принял его условия игры.
Во-вторых, те же самые три категории людей оплакивают падение Вавилона, который приносил им прибыль: «цари» (18:9), «купцы» (18:11), «все кормчие… и все корабельщики» (18:17) — эта третья категория особенно четко связывает главу 18 с Иезекиилем и Тиром, поскольку сочетание «корабельщики и кормчие» довольно редкое для библейской литературы.
Наконец, в-третьих, в 18:11−13 мы встречаем подробное, монотонное перечисление товаров, и если присмотреться, то многие из них — такие же, как при описании товаров Тира16.
Итак, Вавилон в Откровении — это аналог Тира в Ветхом Завете. Тир был источником экономического благосостояния, значит, Вавилон — экономическая система Рима или любой другой нечестивой империи.
Связь с Тиром помогает нам понять, как построена длинная глава 18. Мы уже можем выделить ее середину (18:9−19) как описание плача царей, купцов и корабельщиков о Вавилоне. Что же происходит до и после этого плача? Еще одна ключевая аллюзия для понимания главы 18 — это Иер 51, где описывается падение исторического Вавилона. Иоанн использует Иер 51 для описания падения глобального Вавилона.
Отсылая нас к Иеремии, апостол Иоанн обращается к читателям с двумя призывами. Сначала он требует выйти из Вавилона:
И услышал я иной голос с неба, говорящий: выйди от нее, народ Мой, чтобы не участвовать вам в грехах ее и не подвергнуться язвам ее.
(Откр 18:4)
И посещу Вила в Вавилоне, и исторгну из уст его проглоченное им, и народы не будут более стекаться к нему, даже и стены вавилонские падут.
Выходи из среды его, народ Мой, и спасайте каждый душу свою от пламенного гнева Господа.
(Иер 51:44−45)
Данный призыв не требует отказа от участия в экономической системе страны. Но призыв не поклоняться идолам означает риск, даже большую вероятность быть вытолкнутым из экономической системы. Мы уже встречались с этим явлением в главах 2 и 3. Церковь в Смирне страдала от бедности, нищеты. Христиане в Пергаме и Фиатире должны были поклоняться богам ремесленных гильдий, чтобы иметь право заниматься своим ремеслом, иначе они оставались без средств существования. Значит, смысл первого призыва Иоанна такой: не продавать веру за деньги. Не идти на религиозный компромисс ради экономического благосостояния.
Затем звучит второй призыв Иоанна, опять же отсылающий нас к Иеремии:
Веселись о ней, небо, и святые, и апостолы, и пророки;
потому что судил Бог взыскать за вас с нее.
(Откр 18:20, перевод Кассиана)
И восторжествуют над Вавилоном небо и земля и все, что на них; ибо от севера придут к нему опустошители, говорит Господь.
(Иер 51:48)
Здесь мы видим восстановление справедливости и принцип «преступление и наказание». Когда Римская империя не давала христианам права заниматься ремеслом и делала их нищими, она лишала их веселья, вынуждала плакать, делала их жизнь горькой. Но теперь Бог наказывает Вавилон и переворачивает ситуацию с ног на голову. Вавилон пал — все его цари, купцы, кормчие и корабельщики плачут, а народ Божий — веселится. Бог восстановил справедливость.
И голоса играющих на гуслях, и поющих, и играющих на свирелях, и трубящих трубами в тебе уже не слышно будет; не будет уже в тебе никакого художника, никакого художества, и шума от жерновов не слышно уже будет в тебе; и свет светильника уже не появится в тебе; и голоса жениха и невесты не будет уже слышно в тебе: ибо купцы твои были вельможи земли и волшебством твоим введены в заблуждение все народы.
(Откр 18:22−23)
Вавилон постигло то наказание, которым он наказывал народ Божий.
Не будет радости, так как «ни ремесленников, ни ремесел больше не будет» (18:22, Современный русский перевод, а не как в Синодальном «никакого художника, никакого художества»). Не будут зажигать праздничные светильники и не будут веселиться на свадьбах, потому что Бог обрушит экономическую систему нечестивой империи.
Таким образом, два призыва Иоанна связаны: надо выйти из Вавилона, чтобы не плакать о нем и вместе с ним; выйти, чтобы веселиться, когда Вавилон падет; выйти, чтобы смеяться последним.
Кстати, поскольку оба призыва выйти и веселиться взяты из Иер 51, где идет речь об Израиле, то мы опять можем сделать хорошо знакомый нам вывод: Иоанн считает, что ветхозаветные обещания Израилю исполнились в Христе и церкви. Сравнивая Иер 51:48 и Откр 18:20, процитированные выше, можно заметить, что Иоанн меняет слово «земля» на выражение «святые, апостолы и пророки» — именно для того, чтобы дать понять, что эти слова Иеремии исполнились в церкви нового завета.
Добавим важный штрих к падению Вавилона. Рефреном в главе 18 повторяется мысль о быстроте экономической катастрофы: «в один день придут на нее казни» (18:8); «в один час пришел суд твой» (18:10); «в один час погибло такое богатство… опустел в один час!» (18:17, 19). Экономика рухнет в один день, в один час, стремительно. Наконец, падение Вавилона сравнивается с падением большого камня в море — он за считанные секунды скрывается под водой (аллюзия на Иер 51):
И один сильный ангел взял камень, подобный большому жернову, и поверг в море, говоря: с таким стремлением повержен будет Вавилон, великий город, и уже не будет его.
(Откр 18:21)
Вот, Я — на тебя, гора губительная, говорит Господь, разоряющая всю землю, и простру на тебя руку Мою, и низрину тебя со скал.
(Иер 51:25; см. Иер 51:63−64)
Как бы ни было больно это осознавать, но ни одна экономическая система не вечна, как не вечна ни одна империя. Внутренние противоречия и внешние враги рано или поздно приведут к падению даже самую процветающую страну. Это возвращает нас к Тиру и подводит к заключительной мысли.
Экономика — не Бог.
Дело в том, что Тир играл в бога:
Сын человеческий! Скажи начальствующему в Тире: так говорит Господь Бог: за то, что вознеслось сердце твое и ты говоришь: «Я бог, восседаю на седалище божьем, в сердце морей», и, будучи человеком, а не Богом, ставишь ум твой наравне с умом Божьим…
(Иез 28:2)
Материальные блага — они есть бог, и не столько потому, что человек поклоняется деньгам, сколько потому, что экономическая стабильность защищает, дает покой, избавляет от страха. Каждый человек от рождения находится в ужасе от окружающей реальности — она слишком огромна и враждебна. Мир людей и мир природы таят в себе угрозу. Как избавиться от страха перед окружающим миром? Кто может защитить от него? Бог. А еще деньги, которые играют роль бога. В этом смысле экономика — бог. Она избавляет человека от ужаса по поводу того, что есть и пить, что одевать, где жить. И Бог уже не нужен, потому что бог уже спас от ужаса бытия в этом мире.
Но Иезекииль сарказмом вскрывает ложную божественность этого бога:
Скажешь ли тогда перед твоим убийцею: «Я бог», тогда как в руке поражающего тебя ты будешь человек, а не бог?
(Иез 28:9)
Нет ни малейшего смысла говорить: «Я бог!» — слова не спасут от руки убийцы, который вонзает в тебя свой острый меч.
Экономика — не Бог. Не спасет, не защитит, не сохранит. Бог осудит Вавилон и тех, кто принял его в свое сердце как Бога. Поэтому — выйти из Вавилона, чтобы потом веселиться о его гибели.
Сноски
[16] Всего перечислено 28 товаров. Имеет ли значение данное число? В Откровении число 4 — это число земли или мира. Например, у мира четыре угла (7:1; 20:7); мир может быть разделен на четыре сферы: небо, земля, под землей, на море (5:13); или: небо, земля, море, источник вод (14:7). Первые четыре трубы и чаши — это суды над четырьмя частями мира: над землей, морем, реками и источниками вод, солнцем, луной и звездами (8:7−12; 16:2−9). Число товаров — это произведение 4 × 7 = 28. Поскольку число 7 — число полноты, то число товаров 28 указывает на тотальный суд Бога над всеми товарами мира.
