Библия тека

Собрание переводов Библии, толкований, комментариев, словарей.

Деян 28 MGC

Деяния апостолов | глава 28

Толкование Мэтью Генри


Нам потому так сильно хочется принимать к сведению и употреблять себе во благо все записанное здесь о благословенном Павле, что после рассказа, изложенного в этой главе, мы уже ничего не услышим об апостоле язычников в этой священной истории, хотя нам еще и предстоит многое узнать о Павле из его посланий. На протяжении нескольких глав мы сопровождали апостола, переходя из одного зала судебных заседаний в другой, и в конце концов могли бы с величайшим удовольствием распрощаться с ним, если бы его выпустили на свободу; однако в этой главе нам предстоит соболезновать апостолу и одновременно поздравлять его.

I. Мы соболезнуем Павлу как бедному путнику, потерпевшему кораблекрушение и лишившемуся всего; в то же время мы поздравляем его как человека:

1. На которого в бедствии удивительным образом призрел Сам Бог, не допустивший вреда от змеи, повисшей на руке апостола (ст. 1-6), и которого Он сделал на острове, куда забросило бедных путешественников, орудием Своих благодеяний, исцеляя множество больных, в том числе и отца Публия, начальника острова, см. 7-9.

2. Весьма почитаемого островитянами, ст. 10.

II. Мы соболезнуем Павлу как бедному узнику, препровождаемому в Рим в качестве заключенного на основании habeas corpus (cт. 11-16);

в то же время мы поздравляем его, видя:

1. То почтение, с которым отнеслись к нему римские христиане, выйдя навстречу Павлу и проделав большой путь, ст. 15.

2. И милость начальника стражи, который не посадил Павла в общую тюрьму, а разрешил ему жить на своем иждивении, ст. 16.

3. А также его свободное общение с римскими иудеями как по поводу собственного дела (ст. 17-22), так и по поводу христианского вероисповедания, ст. 23. В результате этого Бог прославлялся, многие получали назидание (тогда как прочие оставались без извинения) и апостольское благовествование языческим народам оправдывалось, ст. 24-29.

4. И, наконец, те покой и свободу, которые были дарованы ему для дальнейшего благовествования всем своим гостям в его доме на протяжении полных двух лет, см. 30, 31.

Стихи 1-10. В каких только местах и обстоятельствах мы ни находим Павла! Он был планетой, а ни какой-нибудь неподвижной звездой. Здесь мы находим Павла на острове, куда бы он, по всей вероятности, никогда не попал, если бы не буря, однако Бог находит ему дело и здесь. Даже штормовой ветер исполняет Божье определение, ибо плох тот ветер, который никому не приносит добра. Поистине, плохой ветер пошел острову на пользу, так как он даровал островитянам возможность на протяжении трех месяцев общаться с Павлом, который оказывался благословением для всякого места, куда ни приходил. Остров, носивший название Мелит, находится между Сицилией и Африкой и имеет протяженность порядка двадцати миль в длину и двенадцати в ширину. Остров отстоит от континента дальше любого из островов бассейна Средиземного моря; расстояние от Сицилии до Мелита составляет около шестидесяти миль. Когда на рубежах христианского мира показались турки, остров прославился Мальтийским орденом, оказавшим захватчикам достойное сопротивление и в определенной мере сдерживавшим дальнейшее продвижение их армий. Из этого отрывка мы узнаем:

I. О том теплом приеме, который оказали островитяне путникам, потерпевшим кораблекрушение у их берегов, ст. 2. Иноплеменники оказали нам не малое человеколюбие... Бог обещал, что ни одна душа из плывших на корабле не погибнет. Бог! - непорочен путь Его... Если бы они, избежав гибели в море, сошли на берег и погибли от холода и голода, то это была бы та же самая гибель, поэтому Провидение непрестанно заботилось о них. По этой причине всякое благо, полученное от человека, следует считать за благо, полученное от Бога, ибо всякая тварь остается такой же, как и мы, тварью, причем не большей, чем позволяет ей Бог. И как Он силен, когда Ему это угодно, побудить врагов умилостивиться, так Он силен и побудить чужеземцев сделаться друзьями, друзьями в нужде, поскольку истинными друзьями оказываются друзья во время несчастья, как и брат, являющийся в такое время. Заметьте:

1. Здесь делается общее замечание относительно того благорасположения, которое островитяне выказали по отношению к Павлу и его спутникам. Жители острова названы здесь иноплеменниками (в англ. Библии: варварами. - Прим. переводчика.), поскольку наречием и нравами они не походили ни на греков, ни на римлян; стороннему наблюдателю они действительно казались варварами, хотя и достаточно цивилизованными, в определенном смысле даже более цивилизованными, чем греки и римляне. Оказалось, что люди, названные здесь варварами, были преисполнены доброты. Они оказали путешественникам немалое человеколюбие. И они были настолько далеки от мысли поживиться за счет потерпевших кораблекрушение (как, несомненно, поступили бы многие так называемые христиане), что воспользовались этим инцидентом как поводом проявить свое милосердие. Для бедного, израненного человека самарянин лучше священника или левита. Воистину, и среди греков, римлян и христиан не нашли мы такого человеколюбия, какое обнаружили среди этого племени варваров. Об этом написано здесь ради нашего назидания, чтобы мы научились соболезновать людям, терпящим бедствие и изнывающим от нищеты, довольствовать их и приходить им на помощь, проявляя в этом все старание как знающие, что и сами мы находимся в теле. Нам следует не забывать страннолюбия и быть похожими на Авраама, который сидел у входа в свой шатер, чтобы приглашать прохожих (Евр 13:2), в особенности же тех из них, которые терпят бедствие, кем бы эти люди ни были. Если Провидение так предопределяет пределы нашему обитанию, что дает нам возможность постоянно помогать бедствующим, то это никак не следует причислять к беспокойствам нашего жизненного жребия. Напротив, возможность благотворить мы должны считать нашим преимуществом, так как блаженнее давать, нежели принимать. И кто знает, не такой ли точно жребий выпал живущим на этом острове варварам в это время!

2. Здесь отмечается конкретный случай проявления этими людьми своей доброты. Они разложили огонь в том или другом просторном зале и приняли всех нас, то есть устроили место вокруг костра и всех без каких-либо расспросов относительно происхождения и вероисповедания пригласили к огню. Поскольку путешественники достигли берега вплавь или на чем-нибудь от корабля, то все они, по всей видимости, промокли до нитки; более того, хляби небесные и земные перемешались, и полило как из ведра, причем это был холодный ливень и путешественники промокли до костей, так что им сейчас не хотелось ничего, как только оказаться подле огня (вспомним, что перед этим они плотно поели на борту корабля), чтобы согреться и высушить одежду. Временами снабдить бедных людей топливом значит то же самое, что и подать им на пищу или одежду. Приглашение грейтесь необходимо не меньше приглашения питайтесь. Когда в непогоду мы бываем защищены от ненастья, когда у нас есть стол и ночлег, камин и одежда, тогда нужно, поразмыслив о том, сколь многие терпят сейчас лишения, по причине дождя и холода сжалиться над ними, помолиться за них и помочь им, если это в наших силах.

II. О новой опасности, в которой оказался Павел, когда на его руке повисла змея, и о превратном истолковании данного обстоятельства жителями острова. Павел оказывается среди иноплеменников и кажется им самым гнусным и презренным из всех потерпевших кораблекрушение, поэтому Бог особым образом выделяет его, для того чтобы вскоре привлечь к нему всеобщее внимание.

1. Чтобы облагодетельствовать такое количество людей, нужно было развести костер, притом большой костер, а для этого наравне с другими хворост собирал и Павел, ст. 3. Павел был свободен от всего и значил здесь больше всех вместе взятых, однако сделался слугою всех. Будучи работящим, деятельным человеком, он действовал всегда, когда нужно было что-то делать, и никогда не искал для себя покоя. Как человек смиренный и самоотверженный, он снисходил до выполнения всякого труда, чтобы послужить своим ближним, в том числе и до собирания хвороста для костра. Не следует считать ниже своего достоинства ничего, кроме греха, и нужно снисходить до совершения и самого низкого служения, когда появляется возможность благотворить своим братьям. Жители острова желали помочь путешественникам, однако промокший и продрогший Павел не перекладывает всего труда на их плечи и не церемонится. Желающие погреться у костра должны помогать запасать топливо.

2. Поскольку топливом для костра служил старый, высохший валежник, случилось так, что в нем оказалась змея, не подававшая никаких признаков жизни до тех пор, пока не ощутила жара, и тогда, выйдя из состояния спячки, она метнулась в сторону нечаянно бросившего ее в костер Павла и повисла на руке его, ст.3. Змеи и другие ядовитые создания обыкновенно встречаются в старом хворосте. Понятно поэтому, почему в одном месте написано, что некто оперся рукою о стену- и змея ужалила его, Ам 5:19. Опасаясь змей, люди обычно боялись ломать ограды: ...и кто разрушает ограду, того ужалит змей, Еккл 10:8. Змей можно встретить как под свежей травой, так нередко и под лежалой листвой. Посмотрите, сколько опасностей угрожает жизни человека и, в частности, насколько опасны бывают низменные твари, многие из которых являются смертельными врагами людей с тех самых пор, как они сделались врагами Богу; а также какая милость заключается для нас в том, что Он хранит нас от этих тварей. Мы часто находим вред там, где рассчитываем найти пользу; люди часто находят вред вместо пользы в благородных занятиях и при исполнении служебного долга.

3. Варвары пришли к выводу, что узник Павел, несомненно, был убийцей, обратившимся в императорский суд для того, чтобы избежать правосудия на родине, и что эта змея была послана ему Небом в качестве возмездия за пролитую им кровь. Или же, не поняв того, что он узник, жители острова могли предположить, что Павел бежит от правосудия, так что, когда увидели висящую на его руке змею, которую апостол, вероятно, не смог или не захотел сбросить немедленно, они заключили: «Верно, этот человек - убийца, проливший невинную кровь, когда его, спасшегося от моря, суд Божий находит даже и теперь (когда он утешается мыслью, что избежал его) и не оставляет жить». Отсюда можно видеть:

(1) Некоторые открытия, доступные разуму в силу его природных способностей. Жители острова, будучи варварами, наверное, не имели ни книг, ни грамотных людей, однако своим умом дошли до того:

[1] Что есть Бог, Который управляет миром, и есть Провидение, которому все подвластно, что в мире ничто не происходит по воле случая и что все направляется Божественной волей.

[2] Что грешников преследует злой рок. Есть дела благочестивые, за которые Бог вознаграждает, и дела греховные, за которые Он наказывает; есть Божье vimq - возмездие, которое рано или поздно сводит счеты с грешниками за совершенные ими чудовищные преступления. Они верили не только в существование Бога, но и в то, что Бог сказал: «Мне отмщение, Я воздам»; другими словами, Бог может воздать даже до смерти.

[3] Что убийство является тяжким преступлением, которое не может быть оставлено без наказания; что если кто прольет кровь человеческую, то пусть кровь преступника прольется от руки человека (судьи, надо полагать), иначе ее прольет праведный Судия неба и земли, Который есть Мститель за обижаемых. Пусть думающие остаться безнаказанными за то или другое зло будут осуждены устами варваров, которые и без знания Библии могли сказать: «...а беззаконнику горе: ибо будет ему возмездие за дела рук его». Тот же, кто, избежав многих наказаний, мнит себя в полной безопасности, говоря: «Я буду счастлив, не смотря на то, что буду ходить по произволу сердца моего», и не страшится делать зло, потому что не скоро совершается суд над худыми делами, пусть научится у этих простых людей тому, что злодеи могут спастись от моря, но им не удастся избежать Божественного правосудия, и что суд Божий не оставляет жить. В то же самое время вы могли бы в эпоху Иова спросить у путешественников, спросить у первого встречного, и те ответили бы, что в день погибели пощажен бывает злодей.

(2) Некоторые заблуждения, порождаемые природными способностями разума и нуждающиеся в исправлении откровением свыше. Познания жителей острова имели два недостатка:

[1] Они ошибались в том, что все нечестивцы понесут заслуженную кару уже в этой, земной, жизни; что таких отъявленных и злостных преступников, какими являются человекоубийцы, Божественное возмездие не оставит в живых; что, если кто выйдет из ямы, - попадет в петлю (Иер 48:43,44), если кто убежит от льва, - попадется ему навстречу медведь (Ам 5:19), и если кто не утонет в море, на того набросится змея, хотя в действительности это не совсем так. Иногда беззаконные, и даже злодеи и убийцы, живут, достигают старости, да и силами крепки, ибо день возмездия, великий день гнева, грядет в загробном мире; и хотя некоторые наказываются уже в этой жизни, чтобы доказать окружающим бытие Бога и действие Провидения, большинство злых людей все же остаются безнаказанными во свидетельство того, что есть будущий суд.

[2] Островитяне ошибались в том, что все испытывающие в этой жизни необычайные скорби являются нечестивцами; что человек, на руке которого повисла змея, непременно должен быть убийца; что люди, на которых упала башня Силоамская, были величайшими из всех иерусалимских злодеев. Подобное же заблуждение допускали в своих рассуждениях и друзья Иова, однако Божественное откровение представляет это положение в истинном свете: обыкновенно всем и всему достается одно и то же, и благочестивые часто злостраждут в этой жизни для испытания их веры и терпения.

4. Павел стряхнул с руки змею, при этом жители острова ожидали, что Божественное возмездие утвердит приговор, который они ему вынесли, и что у него будет воспаление и нарыв от змеиного яда или он внезапно упадет мертвым. Посмотрите, как люди, превратно судящие о человеке, склонны руководствоваться ложным мнением и полагать при этом, что Бог непременно утвердит вынесенный ими смертный приговор. Хорошо еще, что они не сбили Павла с ног, когда увидели, что он не распух от яда и не упал замертво, а проявили такую деликатность, что дали Божьему провидению потрудиться а сами внимательно наблюдали за Его действиями.

III. О том, как Павел избежал опасности, чему жители острова дали неверное истолкование. Случай со змеей, повисшей на руке Павла, стал испытанием его веры. Это испытание послужило к славе апостола, ибо:

1. Произошедший с Павлом случай, по всей видимости, нисколько не напугал и не смутил апостола. Он не вздрогнул и не вскрикнул; он даже не испытал ужаса и не отбросил змею прочь, что было бы совершенно естественно для нас; он держал ее на руке столько времени, что обратил на себя внимание этих людей и вызвал их замечания по этому поводу. Павел сохранял такое замечательное присутствие духа и такое самообладание, какое не смог бы проявить в подобных же непредвиденных обстоятельствах ни один из людей, если бы не особая поддержка Божьей благодати и не подлинное доверие с упованием на слова Христа, сказанные Им в отношении Своих учеников: «...будут брать змей...» (Map 16:18). Это значит, что сердце его твердо в уповании на Господа.

2. Он стряхнул змею в огонь безо всякого труда, никого не призывая на помощь, или же без посторонней помощи, которая могла понадобиться ему для избавления от ее мертвой хватки; вот и все; а потом, судя по всему, змею истребило пламя костра. Подобно этому и верующие со святой решимостью отметают от себя в силе благодати Христовой сатанинские соблазны, говоря, подобно Христу: «Отойди от меня, сатана! Да запретит тебе Господь», и таким образом они хранят себя, и лукавый не прикасается к ним, 1Иоан 5:18. Презирая осуждение и упреки людей, взирая на все это со святым пренебрежением, имея свидетельство собственной совести в свою пользу, мы, как и Павел здесь, стряхиваем змею в огонь. И нам не бывает от этого никакого вреда в том случае, если мы не раздражаемся, не перестаем поступать должным образом и не воздаем ругательством за ругательство.

3. Павлу не стало хуже от этого. Желавшие его смерти, ожидая долго, увидели, что не случилось с ним никакой беды. Бог таким образом решил прославить Своего апостола перед варварами, чтобы они достойно встретили Благую весть. Говорят, что после этого случая ядовитые твари перестали встречаться на том острове, во всяком случае, их там стало не больше, чем в Ирландии; сам я, впрочем, не нашел этому предполагаемому факту никаких подтверждений, хотя пишущая братия из римско-католического лагеря, ничтоже сумняшеся, и заявляет об этом.

4. Затем жители острова стали точно так же возвеличивать апостола, как прежде -поносить его. Они переменили мысли и говорили, что он Бог- бессмертный бог, ибо считали невероятным, чтобы змея, провисевшая на руке смертного человека столько времени, не поразила его. Посмотрите, каким колебаниям подвержено общественное мнение, как меняется оно от малейшего дуновения ветра, легко переходя из одной крайности в другую. В прошлом оно менялось от принесения жертвы Павлу и Варнаве до избиения их камнями; теперь же – от обвинения Павла в убийстве до обожания его.

IV. О том, как Павел чудом исцелил одного знатного старца, который был болен горячкой, и других людей, страдавших различными недугами. Несомненно, провозглашение учения Христова, сопровождающееся такими свидетельствами, вызывало у людей доверие. Заметьте:

1. Публий, начальник острова, оказал радушный прием бедствующим путешественникам. Он владел большим имением на острове и, как полагают, был его правителем. Публий принял их и три дня дружелюбно угощал, чтобы они имели возможность наилучшим образом разместиться в различных местах. Блажен человек, которому Бог дает большое имение и большое сердце. Такое сердце сделало начальника острова самым гостеприимным и великодушным человеком, так что богатейший сделался богатейшим также и в делах благочестия.

2. Болезнь отца Публия. Он лежал, страдая горячкою и болью в животе, которые обыкновенно сопутствуют друг другу и нередко приводят к смертельному исходу. Провидению было угодно, чтобы этот человек заболел и слег именно в то время, когда его исцеление могло послужить в качестве воздаяния Публию за его великодушие и, в частности, в качестве вознаграждения ему за человеколюбие, проявленное им в отношении Павла, которого он принял как пророка, вследствие чего и получил награду как от пророка.

3. Исцеление знатного старца. Павел обратил внимание на его страдание, и хотя мы не находим указания на то, что его позвали к больному, так как никому не пришла в голову такая мысль, тем не менее он взялся за дело не как врач, чтобы лечить больного с помощью какого-нибудь снадобья, а как апостол, чтобы исцелить его посредством чуда. Тогда Павел обратился к Богу с просьбой исцелить этого больного ради Христа, возложил на него руки, и тот во мгновение ока получил полное исцеление. И хотя этот человек был, по всей видимости, уже в летах преклонных он, тем не менее, поправился и продление дней его жизни стало для него милостью от Бога.

4. Исцеление множества других людей, которых исцеление знатного старца побудило обратиться к Павлу. Исцеляющий с подобной простотой и действенностью никогда не останется без пациентов, и он никому не откажет, и люди будут уходить от него с тем, за чем и приходили к нему. Чтобы под благовидным предлогом отказаться от подобной практики, Павел не заявляет, что попал на остров случайно, что не несет никаких обязательств перед островитянами и что ожидает удобного случая, чтобы покинуть его. Напротив, честный человек старается творить добро во всяком месте, куда ни приходит по воле Божьей. Павел считал себя должником не только эллинов, но и варваров и благодарил Бога за возможность творить среди тех и других добрые дела. Более того, он был глубоко признателен жителям острова Мальта за своевременно оказанную помощь с ночлегом и провизией, которые те предоставили ему, так что Павел, по сути дела, воздавал им за радушный прием, кров и пищу. Пусть же это всегда побуждает нас не забывать странноприимства, ибо через него некоторые, не зная того, не раз оказывали гостеприимство ангелам и апостолам. Бог же не останется в долгу ни перед кем из тех, кто проявляет человеколюбие к страдающему народу Божьему. У нас есть все основания полагать, что наряду с исцелением Павел также и благовествовал и что благовествование, подтверждаемое и представляемое таким образом, широко принималось на острове. Если все это действительно так и было, то ни один из народов не получал прежде столько благ от крушения одного корабля, как эти мальтийцы.

V. О благодарной признательности, которую даже эти варвары испытывали по отношению к благовествующему Христа Павлу за его благодеяния. Жители острова ласково обходились с Павлом и другими служителями, которые сопровождали апостола и, по всей видимости, помогали ему благовествовать на острове, ст. 10.

1. Они оказывали нам много почести. Островитяне выказывали им всяческое уважение; они видели, что Павел и его спутники находятся в почете у Бога, а потому совершенно справедливо заключили, что и они обязаны относиться к ним с почтением, ничего не находя слишком дорогим для свидетельства о своем уважении к ним. Возможно, они предоставили им полную свободу на острове, даровали им привилегии его граждан и приняли их в свои братства и содружества. Верные служители Евангелия достойны двойной чести, особенно в том случае, если они преуспевают в делах служения.

2. И при отъезде снабдили их нужным. Другими словами, жители острова погрузили на борт судна то, в чем путешественники более всего нуждались. Павел не мог заниматься здесь своим ремеслом, так как не имел под руками нужных ему инструментов и материалов, поэтому он принял благодеяние отзывчивых жителей Мелита не как вознаграждение за совершенные исцеления (даром получая, апостол даром и отдавал), а как удовлетворение насущных нужд своих и нужд бывших с ним. И, пожав от их духовного, островитяне весьма справедливо поступили, возместив Павлу и его спутникам материальное, 1Кор 9:11.

Стихи 11-16. Здесь мы читаем о других поприщах путешествия Павла в Рим и, наконец, о его прибытии туда. Чтобы оказаться в столице империи, Павел совершил опасное путешествие по морю, в котором чуть не погиб. Однако за бурей всегда следует затишье, и последняя часть путешествия апостола была безмятежной и малообременительной.

Per varios casus, per tot discrimina rerum, Tendimus ad Latium -

Оставляя позади опасности и события,

Мы устремляемся в Латию.

Tendimus ad coelum -

Мы устремляемся в небо.

Dabit Deus his quoque finem

К установленным Богом пределам.

Из этого отрывка мы узнаем о том:

I. Как путешественники распрощались с Мальтой. Остров оказался для них хорошим укрытием, но не родным домом: восстановив силы, они снова должны были уйти в море. Тяготы и поражения на нашем поприще не должны мешать нашему продвижению вперед. Итак, здесь отмечено:

1. Время их отправления. Чрез три месяца... - имеются в виду три зимних месяца. До тех пор пока не прошел опасный для мореплавания сезон, лучше стоять на месте, пусть и с поручением, чем двигаться вперед. Павел предупреждал об опасности плавания в зимнее время, однако тогда его наставлению не вняли. Теперь же, оставив позади опасности и чрезвычайные ситуации, в которых им пришлось оказаться, они уже больше не нуждаются в его наставлениях: трудный опыт пошел им на пользу, ведь за приобретение этого опыта им пришлось очень дорого заплатить. Вот почему опыт называют лучшим учителем дураков, ибо безрассуден тот, кто не учится до тех пор, пока его наконец не научит горький опыт.

2. На каком корабле они вышли в море. Это был александрийский корабль; судно, потерпевшее крушение, тоже было александрийским, гл 27:6. Корабль, о котором здесь говорится, зимовал на том острове и потому был вне опасностей. Посмотрите, каким различным может быть исход человеческих предприятий в этом мире. Перед нами два судна: оба из Александрии, оба направлялись в Италию, оба оказались на одном и том же острове, но один из них потерпел крушение, в то время как другой остался в целости и сохранности. Так происходит часто. В одни времена Провидение покровительствует деловым людям в этом мире, и тогда они благоденствуют, что побуждает их заниматься земными делами; в другие времена Провидение препятствует людям, предупреждая их не привязываться сердцем к земным делам. Обстоятельства, в которых мы оказываемся, могут настолько сильно отличаться друг от друга, что мы научаемся жить и в скудости, и в изобилии. Дееписатель обращает наше внимание на изображение, имевшееся на корабле, которое, по всей видимости, и дало название судну: Кастор и Поллукс. Эти несмысленные языческие божества, которые считались богами моря и которым поэты приписывали владычество над бурями и охрану мореплавателей, были написаны красками или же вырезаны на передней части корабля, отчего корабль и получил свое название Диоскуры. Здесь об этом упоминается, по-видимому, с той единственной целью, чтобы точнее удостоверить эту историю, ведь корабль, носивший такое имя и имевший такое на себе изображение, хорошо знали все имевшие отношение к торговым связям Египта и Италии. Д-р Лайтфут (Dr. Lightfoot) полагает, что Лука приводит данное обстоятельство, для того чтобы мельком упомянуть о суеверии людей, надеявшихся на то, что под охраной этих божков их плавание окажется удачнее прежнего.

II. Как они высадились в Италии или где-то поблизости от нее и продолжили свое путешествие в Рим по суше.

1. Сначала они прибыли на остров Сицилия, в город Сиракузы, главный город этого острова. Они пробыли там три дня, для того чтобы выгрузить часть товаров на берег или же распродать их там, ведь это судно было торговым. Здесь Павел имел возможность собственными глазами увидеть те места, о которых нередко слышал и которые мечтал увидеть когда-нибудь, в частности Сиракузы, знаменитый город, известный с древних времен, и все же христиан там, как кажется, не было.

2. Из Сиракуз они добрались до Ригии, италийского городка, расположенного прямо против Мессины на острове Сицилия и принадлежащего Калабрийскому, или Неаполитанскому, царству. Там они задержались не более одного дня. В одном рассказе из числа римско-католических басен говорится о том, что, когда Павел проповедовал в Ригии, даже рыба подходила близко к берегу, чтобы послушать его; и что там же он поджег светильником каменный памятник, удостоверив народ этим чудом в истинности своего учения; и что многие крестились и поставили епископом над собой Стефана, одного из сопровождавших Павла в том путешествии. Все это, как говорится в этой басне, совершилось именно в тот единственный день; между тем из приведенного Лукой описания никак не следует, что путешественники вообще выходили на берег, ведь они просто бросили там якорь.

3. Из Ригии путешественники отправились в Путеол, портовый город близ Неаполя, называемый теперь Поццолана. Корабль из Александрии шел именно в этот порт, поэтому здесь Павел и все другие, направлявшиеся с ним в Рим, сошли на берег, чтобы пройти остаток пути по суше. В Путеоле они нашли братьев. Кто принес сюда весть о Христе, не сообщается, однако Христа там знали; вот как чудесно распространяется по свету евангельская закваска. У Бога много слуг и поклонников там, где и не подумаешь их встретить. При этом заметьте:

(1) Несмотря на то что в Путеоле, по всей видимости, было всего несколько братьев, Павел все же нашел их. То ли они услышали о нем, то ли он расспросил о них, но в любом из возможных случаев они как бы инстинктивно нашли друг друга. Братья во Христе должны узнавать друг друга точно так же, как узнают друг друга соотечественники, и общаться друг с другом точно так же, как общаются в чужой стране земляки.

(2) Братья упросили Павла и его спутников пробыть у них семь дней, чтобы провести с ними, по крайней мере, один воскресный день и помочь им в устройстве общего богослужения. Они не знали, смогут ли они еще раз увидеть Павла в Путеоле, поэтому он, по их мнению, никак не должен был распрощаться с ними, не прочитав прежде одной, двух или более проповедей. Павел также желал уделить им какое-то время; сотник же, под началом которого Павел тогда еще находился, имел в Путеоле друзей или же он задерживался по каким-то делам и потому сделал апостолу одолжение, согласившись остаться здесь на целую неделю.

4. Дальше из Путеола путешественники отправились в Рим. Не ясно, двигались ли они пешком или же в их распоряжении были верховые животные (как в гл 23:24), но они должны были идти в Рим и этот путь был их последним поприщем.

III. Как Павел был встречен на полпути римскими христианами. Как только Павел прибыл в Путеол, тамошние братья, по всей видимости, передали римским, сколько дней апостол намерен провести в Путеоле и когда отправится в Рим, что позволило римлянам встретить Павла на полпути. Заметьте:

1. Почести, оказанные Павлу римскими христианами. Они слышали о Павле многое: и о том, как через него действовал Бог, и о его выдающемся служении Царству Христа, и о том, как он стал духовным отцом для многих. Они знали и о страданиях Павла, и о том, как Бог призревал на него в его скорбях, поэтому они не только стремились встретиться с ним, но и считали своим долгом выказать всяческое почтение ему как славному защитнику дела Христова. Некоторое время тому назад Павел написал римлянам большое, самое выдающееся из всех, послание - Послание к Римлянам, в котором он не только выказал им великую милость, но и передал им великое множество наставлений, за что ему и отвечали такими почестями. Они вышли на встречу ему, для того чтобы торжественно сопроводить его в Рим (хотя он и находился теперь на положении узника), наподобие того, как сопровождали послов и судей. Одни римские христиане дошли до Аппиевой площади, городка, расположенного на пятьдесят первой миле от Рима; другие - до местечка, называемого Три гостиницы и находившегося в тридцати восьми милях (или в тридцати трех милях) от столицы мировой державы. В выгодном свете выставляет здесь римлян то обстоятельство, что они не устыдились оков Павла, не побоялись отождествить себя с ним, несмотря на то что он был узником; более того, именно за узы они посчитали его заслуживающим вдвое больших почестей и с еще большей ревностью выказывали ему свое почтение.

2. Великое утешение, которое нашел в этом для себя Павел. Теперь, находясь уже на подступах к Риму и услышав еще, по всей видимости, в Путеоле о том, как изменился император Нерон и в какого деспота он в последнее время превратился, Павел стал предаваться мрачным мыслям о предстоящей встрече с кесарем и ее последствиях. Апостол приближался к Риму, в котором никогда не был и где не имел своих знакомых или же тех, которые знали его, и потому предсказать, что произойдет с ним в этом городе, Павел не мог. Но вот сердце его стало ободряться, по мере того как на пути в Рим его начали приветствовать верующие, вышедшие навстречу ему из Рима. Увидев их:

(1) Апостол возблагодарил Бога. Можно предположить, что Павел благодарил римлян за их любезность, снова и снова говоря к сердцам их о своем отношении к ним; однако он благодарил не только римлян, но и Бога.

Примечание: когда друзья питают к нам добрые чувства, это означает, что Бог вложил в их сердца расположенность к нам и дал им власть быть таковыми, - за это мы должны благодарить Бога. Несомненно, Павел благодарил Бога за милость и великодушие варваров с острова Мелит, но намного больше он благодарил Его за благочестивую ревность христиан Рима, проявившуюся в таком попечении о нем. Увидев, как много христиан жило в Риме, Павел возблагодарил Бога за то, что благовествование Христово дошло даже до столицы мировой державы. Когда, находясь где-нибудь за границей или же только за станом и всматриваясь в этот мир, мы встречаем, пусть даже в самых неожиданных местах, людей, носящих имя Христа и боящихся Бога и служащих Ему, тогда мы должны со словами благодарности возносить сердца свои к Богу. Слава Богу за то, что по всему лицу этой нечестивой земли рассеяно великое множество выдающихся людей. Павел благодарил Бога за христиан Рима прежде, чем увидел их своими глазами, ибо прежде был надлежащим образом извещен о них: ...благодарю Бога моего... за всех вас... (Рим 1:8). Теперь же, увидев их воочию (по всей видимости, они явились перед ним более благородными и воспитанными, нежели те, кого апостолу приходилось встречать до сих пор, или же более степенными, серьезными и благоразумными в сравнении со многими другими христианами), он возблагодарил Бога. Но это было еще не все.

(2) Павел ободрился. Это вселило в него жизнерадостность, изгнало из него мрачные мысли, так что теперь он воспрянул духом и шел в Рим, хотя и в узах, с той же радостью, с какой до этого, будучи свободным, шел в Иерусалим. Апостол нашел в Риме людей, которые любили и уважали его, тех, с кем он мог общаться и знаться, как с друзьями, и кому предстояло развеять тоску Павла, вызванную его пребыванием в неволе, и его страх предстать перед Нероном.

Примечание: как бывают счастливы пилигримы, направляющиеся в небеса, когда они встречают на своем пути попутчиков, соучастников в царствии и в терпении Иисуса Христа. Находя многочисленные и серьезно настроенные собрания верных христиан, нам следует не только благодарить за них Бога, но и получать ободрение самим. Вот серьезное основание для того, чтобы воздавать почести верным служителям Божьим, особенно же тогда, когда они переносят страдания и оскорбления, ибо наше должное отношение к ним укрепляет их, облегчая как их страдания, так и их служение. В то же время весьма примечательно и то удивительное обстоятельство, что, хотя христианский мир и воздавал сейчас Павлу почести, так что апостол мог о себе многое возомнить, эти самые христиане подвели его как раз в тот момент, когда он более всего в них нуждался, ибо так пишет апостол: При первом моем ответе никого не было со мною, но все меня оставили (2Тим 4:16). Они с легкостью преодолели сорок-пятьдесят миль для того только, чтобы встретить Павла и сделать его путешествие приятным, но отважиться выступить на стороне Павла и дать о нем положительное свидетельство, не посчитавшись с недовольством императора и досадой других власть предержащих персон, они не смогли. И здесь их остается только извинить; когда же наступит время им разминуться с Павлом, они предпочтут выйти из города точно так же, как теперь вышли навстречу ему. Мы видим в этом указание не полагаться на людей, а укрепляться в нашем Господе и Боге. Ободрение, которые мы получаем от Его обетовании, никогда нас не покинет, тогда как ободрение, вызванное человеческими почестями, нас посрамит. Бог верен, а всякий человек лжив...

IV. Как Павел был передан для содержания под стражей в Риме, ст. 16. Вот и наступил конец его долгого путешествия. Однако:

1. Павел все еще находился в неволе. Он стремился увидеть Рим, и вот теперь он здесь и его вместе с другими узниками передают военачальнику, так что Рим он увидит не больше, чем ему будет позволено. Как много проследовало в Рим людей великих, увенчанных лаврами и победоносных, но бывших вместе с тем бедствием для своего времени! Но вот проследовал в Рим благочестивый человек, скованный оковами и поверженный, подобно какому-нибудь бедному пленнику, бывший в то же время великим благословением для своего времени. Одна эта мысль способна навсегда освободить нас от иллюзий, связанных с этим миром.

2. И все же Павел нашел некоторую милость и благорасположение к себе. Он хотя и узник, но не заключенный, не брошенный в темницу человек. Павлу позволено было жить особо, в каком-то частном доме, который подыскали для него друзья, а в качестве стражника к апостолу приставили воина, который, хочется надеяться, был с ним любезен и предоставлял ему столько свободы, сколько и полагалось узнику, ведь для того, чтобы грубо обращаться с таким обходительным человеком, как Павел, нужно быть человеком с очень тяжелым характером. Хотя Павел и был прикован к своему стражнику и был вынужден постоянно сносить его присутствие рядом с собой, он все же мог радоваться свободе общения с друзьями и Богом больше, чем если бы апостол оказался среди заключенных.

Примечание: узников Божьих способно укреплять в страданиях то, что Бог дарует им такое же расположение со стороны пленивших их (Пс 115:46), какое даровал Он Иосифу со стороны начальника темницы (Быт 39:21) и Иехонии со стороны царя Вавилонского, 4Цар 25:27,28. Когда Бог не избавляет Своего народа из рабства тотчас же, а делает его неволю не такой тяжкой или помогает ему сносить ее, тогда у него появляется основание благодарить Его за это.

Стихи 17-22. Лишенный многих привилегий и переживший множество опасностей, Павел в конце концов сделался узником Рима. Теперь он был узником Рима, но никто не выступил в качестве его обвинителя, никто ни в чем не обвинил его. Таким образом, Павел сам должен был объявить о своем деле, поэтому апостол и представляет свое дело именитым римским иудеям. Еще совсем недавно на основании указа императора Клавдия все иудеи были изгнаны из Рима и не впускались в город до самой его смерти; однако в последующие пять лет многие иудеи возвратились в Рим ради торговых преимуществ, хотя у нас нет ясных указаний на то, что им дозволялось открывать здесь синагоги или же иные места общественного поклонения Богу. Эти же знатнейшие из Иудеев являлись лучшими из иудеев города и наиболее авторитетными знатоками иудаизма, были самыми богатыми и занимали самое высокое положение в обществе. Павел созвал их, для того чтобы представить себя перед ними в истинном свете и установить с ними доброе взаимопонимание. И здесь мы читаем о том:

I. Что Павел сказал им и как засвидетельствовал о своем деле. Он почтительно обращается к ним, называя их мужами и братьями и открывая им таким образом свое желание, чтобы и они считали его мужем и братом. Апостол обязуется также обращаться с ними как с мужами и братьями и не говорить им ничего, кроме правды; ибо мы члены друг другу - мы все братия. Итак:

1. Павел исповедует свою непорочность, ибо он не давал иудеям никакого справедливого повода обращаться с ним так, как они обращались с ним в большинстве случаев. «Я ничего не сделал против народа иудейского, не причинил никакого вреда его вероучению или гражданским свободам, не добавил никакого огорчения к его нынешним несчастьям, о чем сами иудеи хорошо знают. Не сделал я ничего и против отеческих обычаев ни игнорированием закона, ни привнесением в него каких-либо новшеств». Воистину, Павел не обременял язычников отеческими обычаями, ведь они для них и не предназначались. Однако верно и то, что он никогда не противостоял язычникам, находясь в иудейской среде, а, напротив, сам поступал по их обычаям, когда оказывался в их среде. Апостол никогда не пререкался с иудеями по поводу обычаев их религии, а только по поводу их неприязни к язычникам, Гал 2:12. Совесть Павла удостоверяла его в том, что он исполнил свой долг перед иудеями.

2. Павел сдержанно жалуется на плохое обращение с ним. Хотя он ни в чем и не полагал им преткновения, тем не менее он в узах из Иерусалима предан в руки Римлян. Если бы он рассказал всю правду о жестоком обращении с ним иудеев, то эта правда представила бы их в гораздо более неприглядном свете, так как они обязательно убили бы апостола без всякого суда или даже видимости правосудия, если бы римляне не взяли его под свою защиту. Но все равно иудеи обвиняли Павла в суде перед правителем Феликсом и, требуя совершения над ним суда, в сущности, предали его римлянам, тогда как сам апостол желал только справедливого и нелицеприятного судебного разбирательства в полном соответствии с требованиями иудейского закона.

3. Павел сообщает о суде над ним перед лицом римского наместника, ст. 18. Павла допрашивали в суде, выясняли обстоятельства его дела, выслушивали доводы, которые приводились против него, и доводы, которые он приводил в свою защиту. Апостола доп-рашивали командир римского отряда, и Феликс, и Фест, и Агриппа, и никто из них не нашел в нем ничего достойного смерти. Не было представлено ни одного свидетельства, показывающего, что Павел не является честным, миролюбивым и добропорядочным верующим, поэтому его судьи не согласились доставить удовольствие иудеям подписанием смертного приговора апостолу; напротив, они хотели освободить его, хотели предоставить ему полную свободу действий и совсем не хотели учинять ему какие бы то ни было препятствия, ибо все они имели возможность выслушать его и всем им пришлось по душе проповедуемое им учение. К чести Павла служило то, что люди, самым тщательным образом расследовавшие его дело, вынесли ему оправдательный приговор и никто не обвинил его, прежде не выслушав, кроме тех, кто был заведомо настроен против апостола.

4. Павел заявляет о том, что в силу сложившихся обстоятельств он был вынужден потребовать передачи своего дела в Рим. Он пошел на этот шаг только из соображений личной безопасности, а вовсе не из желания сделать обвинителей обвиняемыми или подать против истцов встречный иск, ст. 19. Но так-как Иудеи противоречили и возражали против его освобождения, намереваясь, когда им не удалось осудить его на смерть добиться хотя бы пожизненного заключения апостола, то Павел принужден был потребовать суда у кесаря, то есть, увидев, что наместники, один не меньше другого, трепетали перед иудеями и не могли освободить его из страха обрести в их лице врагов, он вынужден был просить о помощи высшей инстанции. Только это и имеет в виду Павел, говоря о свой апелляции; у него не было желания обвинить свой народ, а только оправдаться перед лицом своих обвинителей. Всякий человек имеет право защищаться от обвинений, в то же время никто не обязан свидетельствовать против своих ближних. Возлагать вину на кого бы то ни было отвратительно, еще хуже возлагать вину на весь народ, особенно иудейский. Павел вступался за иудеев и никогда не выступал против них. Римские власти в то время были настроены против иудеев, считая их народом мятежным, буйным, неверным и опасным; и Павлу с его красноречием и как гражданину мировой империи, к тому же столько пострадавшему от иудеев, ничего не стоило настроить императора против этого народа. Но Павел никогда не пошел бы на подобное, ведь он стремился делать только лучшее, а не худшее.

5. Павел представляет свое дело в истинном свете и говорит о смысле своих страданий, чтобы тем самым обязать здешних иудеев не только не присоединиться к числу его гонителей, но и постараться сделать все посильное с их стороны для его освобождения, ст. 20. «По этой причине я и призвал вас, то есть не для того, чтобы состязаться с вами в спорах, так как у меня нет намерения настраивать против вас власть предержащих, а для того, чтобы увидеться и поговорить с вами как со своими соотечественниками и мужами, с которыми я хотел бы поддерживать отношения, ибо за надежду Израилеву обложен я этими узами». Прикованный, возможно, к сторожившему его воину, Павел несет на себе эти внешние элементы стеснения, и все потому, что:

(1) Он проповедовал, что Мессия, эта надежда Израиля, Тот Самый, на Которого Израиль уповал уже пришел. «Разве не все иудеи согласны в том, что Мессия прославит Свой народ, Израиля? Поэтому на Него и надо уповать; этого самого Мессию я и проповедую и утверждаю, что Он грядет. Иудеи будут уповать на грядущего Мессию до тех пор, пока в глубоком отчаянии не потеряют всякую надежду; я же проповедую упование на уже приходившего Христа, что вызывает в верующих радость о Нем».

(2) Он проповедовал, что будет воскресение мертвых. И оно тоже было упованием Израиля; так апостол не раз называл его, гл 23:6; 24:15; 26:6. 7. «Им бы хотелось чтобы вы продолжали ожидать Мессию, Который избавит вас от римского ига и сделает вас народом великим и процветающим. Вот что занимает их мысли, поэтому они и возненавидели меня, направляющего их упования на ожидание великого в загробном мире и убеждающего их принять Мессию, Который исполнит их небесные упования, а не земные мечты о власти и величии. Я же хочу привести вас к духовному и вечному благословению, на которое взирали наши отцы. За это и возненавидели меня иудеи, так как я захотел удалить вас от того, что есть обман и мошенничество и что в свое время станет позором для всего нашего народа и приведет его к полному разорению. Другими словами, я хотел развеять ваши представления о земном Мессии и привести вас к тому, что является истинным и подлинным упованием Израиля, что заключает в себе истинный смысл всех обетовании, данных отцам, а затем ввести вас в духовное царство святости и любви, воцарившихся в человеческих сердцах, для того чтобы стать залогом и приготовить людей к радостному воскресению из мертвых для будущей вечной жизни».

II. Что они ответили ему. Они признают:

1. Что не имеют ничего определенного, чем бы можно было возразить ему, и до сегодняшнего дня не получали никаких предписаний, ни в письменной, ни в устной форме, которые бы позволили им выступить в качестве его обвинителей перед императором, cт. 21. «Мы ни писем не получали о тебе из Иудеи (относительно того, чтобы преследовать тебя в судебном порядке), ни из приходящих братьев - щджв, посещавших Рим в последнее время (поскольку теперь, когда Иудея сделалась провинцией мировой империи, многое влекло сюда иудеев), никто не известил о тебе и не сказал чего-либо худого». Весьма странно было то, что неуемная и закоренелая ярость иудеев, сопровождавшая Павла всюду, куда он только ни приходил, не последовала за ним по пятам в Рим. Некоторые полагают, что иудеи сказали здесь неправду и что указания преследовать апостола в судебном порядке у них были, вот только признать это они не посмели, ведь и сами они находились в немилости у императора, который хоть и не изгнал всех их из Рима, подобно своим предшественникам-императорам, тем не менее и не одобрял их присутствия в самом сердце этой мировой державы. Мне же кажется, что сказанное здесь именитыми иудеями отражает истинное положение вещей и что Павел наконец достиг своей цели, которой и добивался, обратившись к кесарю, передавшему дело апостола в такую судебную инстанцию, в какую иудеи уже просто не посмели обратиться. Таково же было благоразумие и Давида, и в этом был его оплот: «Когда-нибудь попаду я в руки Саула, и нет для меня ничего лучшего, как убежать в землю Филистимскую; и отстанет от меня Саул, и не будет искать меня более по всем пределам Израильским, и я спасусь от руки его» (1Цар 27:1). Так и случилось: И донесли Саулу, что Давид убежал в Геф, и не стал он более искать его, 1Цар 27:4. Так точно поступил и Павел, подав жалобу в вышестоящую судебную инстанцию: он бежал в Рим, где был не досягаем для иудеев, и они сказали: «Пусть себе идет».

2. Что они хотели бы получить более четкое представление о том учении, которое он проповедует, и о том вероучении, за распространение которого он уже принял столько страданий при таком великом противостоянии ему, ст. 22. «Желательно нам слышать от тебя, как ты мыслишь» - а фроусд, «каково твое мнение или отношение, именно суть того, в чем ты так тверд и так хорошо осведомлен, к чему ты так расположен и о чем так ревнуешь; ибо, хотя мы и очень мало знаем о христианском вероучении, нам, тем не менее, известно, что об этом учении» (в англ. Библии: об этой секте. - Прим. переводчика.) «везде спорят». Такое хульное, недоброжелательное мнение о христианстве высказали иудеи, знатнейшие из Иудеев в Риме, гордившиеся своим знанием Бога (Рим 2:17), однако все, что они знали о христианском вероучении, состояло в том, что это была секта, о которой везде спорят. Называя так это вероучение, они тем самым порочили его доброе имя и выказывали к нему свое пренебрежение.

(1) Относиться к христианскому вероучению как к сектантству - великое заблуждение. Подлинная вера Христова учреждает нечто касающееся всего рода человеческого и не строится на узких, ограниченных представлениях и суетных делах, которым секты обычно бывают обязаны своим происхождением. Подлинное христианство в отличие от сектантства не стремится к приобретению земных благ и преимуществ, оно всем своим существом устремлено в духовную область и обращено к вечности. Помимо этого вера Христова имеет перед собой цель примирить сынов человеческих, а не разделить их (что делают секты), что ведет к междоусобицам.

(2) Они сказали, что о христианстве везде спорят, и это действительно так и было. Образ жизни иудеев свидетельствовал против христианства, и потому они заключили, что так думают и все остальные. Большинство, и в самом деле, так думали, но в том и состоит жребий святого исповедания христианской веры, что о нем везде будут спорить!

Стихи 23-29. Этот отрывок представляет собой краткий отчет о продолжительном общении Павла с иудеями в Риме по вопросам христианского вероучения. Хотя о христианском вероучении у римских иудеев и сложилось столь предвзятое мнение (ведь о нем везде спорили), что они даже назвали его сектой, тем не менее они желали выслушать Павла по этому вопросу, чего бы иерусалимским иудеям в голову не пришло. По всей видимости, живущие в Риме иудеи, лучше знающие этот мир и более космополитичные по своему характеру, были свободнее в своих расспросах, нежели фанатичные иудеи из Иерусалима, и не стали бы возражать апостолу, не выслушав его прежде.

I. Отсюда мы узнаем, как Павел вел это совещание, защищая веру Христову. Иудеи назначили время, для прений был выделен целый день, чтобы все неравнодушные имели возможность принять участие в обсуждении этого предмета, ст. 23. Эти иудеи, по всей видимости, были расположены к тому, чтобы принять обличения, правда, из этого вовсе не следует, что к тому же были расположены вообще все иудеи. Итак, когда наступил назначенный день, тогда:

1. ...Очень многие пришли к нему... Поскольку Павел находился в неволе и не мог выйти к знатнейшим иудеям, они пришли к нему сами. Лишение Павла свободы при должном рассмотрении должно было не породить в них предвзятое отношение к проповедуемому апостолом учению, а, напротив, подтвердить истинность этого учения, ибо узы Павла свидетельствовали о том, что он не только верил в учение Христа, но и за благо почитал пострадать за него. Лучше уж посетить в тюрьме такого человека, как Павел, чем не получить вовсе его разъяснений. Поэтому Павел, не боясь вызвать недовольство властей, предоставляет желающим пространное место в своем жилище, лишь бы сделать для них доброе дело.

2. Он очень обстоятельно и подробно рассуждал с ними, ища не своего оправдания, а пользы многих, чтобы они осознали свою греховность.

(1) Павел раскрывал, или объяснял, им понятие о Царстве Божьем, - открывая им сущность Царства и его славные цели и предназначения; открывая им небесную и духовную сущность Царства, заключенного в умах людей; показывая им, что Царство это сияет не своим внешним великолепием, а чистотой сердец и непорочностью жизни верующих людей. Неправильное понимание сути Царства Божьего, словно бы оно приходило приметным образом, держало иудеев в неверии; поэтому сущность Царства нуждалась в объяснении и представлении в истинном свете, потому что только тогда можно было привести иудеев в послушание Ему.

(2) Павел не только раскрывал пришедшим к нему смысл Царства Божьего, но и свидетельствовал о нем. Апостол прямо возвещал о нем, подтверждая истинность своих слов неопровержимыми доказательствами того, что Царство Божье под владычеством Мессии уже пришло и с тех пор утверждено в этом мире. Он заверял иудеев в действии удивительных сил Царства благодати, с помощью которых он и давал свидетельские показания о том, что ему было открыто о силе и влиянии этого Царства, а также и о том, каким образом он сам был пленен в послушание Христу.

(3) Павел не только раскрывал и утверждал Царство Божье, но и убеждал иудеев, воздействуя на их совесть, принять Царство Божье, покориться Христу и уже больше не упорствовать и не противиться Ему. Апостол излагал проповедуемое им учение (его толкование и подтверждение), тепло и живо общаясь с аудиторией, и этот метод является лучшим в работе проповедника.

(4) Павел удостоверял их об Иисусе. Цель и задачи его рассуждений заключались в том, чтобы привести своих слушателей к Христу, удостоверить их в том, что Он Мессия, и побудить их отважиться поверить в Него, как и предполагает то Благая весть. Апостол удостоверял их nspi toeo - об Иисусе, читая из закона Моисеева и пророков указывающие на Мессию пророчества, и показывал им, каким образом все они нашли совершенное исполнение в Этом Иисусе. Поскольку слушателями Павла были иудеи, он и прибегал к ветхозаветным Писаниям, показывая с их помощью, что они настолько далеки от предостережений против христианства, что, напротив, сами же и являются его величайшими доказательствами; так что, если мы начнем сопоставлять историю Нового Завета с пророчествами Ветхого, мы придем к неизбежному выводу о том, что Иисус и есть тот Спаситель, Которому должно было прийти в мир, и нам не следует ждать иного.

3. Павел говорил очень долго. Продолжая свои рассуждения, он говорил от утра до вечера. Возможно, рассуждения апостола продолжались без остановки от восьми до десяти часов. Предмет его рассуждений возбуждал любопытство - и он глубоко погрузился в него; тема его рассуждений была чрезвычайно важна - и он честно, старательно и всерьез занялся этим делом, приложив к нему все старание. Павел не знал, когда еще ему представится такая возможность и потому, не извиняясь за испытание терпения своей аудитории, не отпускал своих слушателей целый день; при этом же апостол, надо полагать, какое-то время провел вместе с ними в молитве за них.

II. Какое действие возымела речь Павла. Может показаться, что такое благодеяние, как защита христианского вероучения, да к тому же исполненная таким искусным мастером этого дела, каким был Павел, не могло не восторжествовать и что все слушавшие апостола немедленно его послушались. Однако такое предположение не подтвердилось: Этот Иисус лежит на падение одних и на восстание других и является краеугольным камнем для одних и камнем преткновения для других.

1. Они были несогласны между собою, ст. 25. Одни из этих иудеев полагали, что Павел был прав, другие же с этим не соглашались. Вот оно то самое разделение, которое Христос принес на землю, вот он, тот самый огонь, который Он низводит, Лук 12:49,51. Павел проповедовал искренне и внятно, и тем не менее его слушатели не могли согласиться ни с толкованием, ни со свидетельством того, что было им проповедано.

2. Одни убеждались словами его, а другие не верили, ст. 24. Этим констатируется расхождение во мнениях. Подобное несогласие всегда было признаком торжества Благой вести: для одних это был запах живительный на жизнь, для других запах смертоносный на смерть. На одних сказанное слово действовало, в то время как других оно ожесточало; одни от этого света прозревали, в то время как другие закрывали от него свои сердца. Так было и со слушателями Христа, очевидцами тех чудес, которые Он творил: одни веровали, а другие хулили Бога. Если бы все уверовали, то не было бы и разногласий. Итак, вся ответственность за разделение ложится на тех, кто не хочет уверовать.

III. Слово пробуждения, сказанное Павлом при расставании. Глухой ропот, исходивший от иудеев, дал Павлу понять, что немалое, если не большее, их число упорствует, не желая прислушаться к сказанному и осознать собственную греховность. Иудеи собирались уходить, потому что им надоело это слушать. «Постойте, - говорит Павел, - послушайте, что я еще скажу вам, перед тем как вы разойдетесь, и хорошенько обдумайте все это, когда придете к себе домой. Как вы думаете, какое действие произведет ваше упрямое неверие? И что вы тогда станете делать? К чему оно приведет вас?»

1. «Праведный Божий суд решит вашу судьбу согласно вашему неверию. Вы ожесточили свои сердца, и Бог ожесточит их, как сердце фараона, ведь это о вас пророчествовали пророки. Обратитесь к Писанию (Ис 6:9,10), прочтите его внимательно и содрогнитесь, чтобы написанное здесь вас не коснулось». В Ветхом Завете содержатся евангельские обетования, которые исполнятся в отношении всех верующих; в нем содержатся также и евангельские предупреждения о духовном осуждении, которые исполнятся в отношении неверующих. И вот одно из таких осуждений. Оно представляет собой часть наказа, порученного Исайи-пророку. Он был послан сделать тех, которые не хотят стать лучше, хуже прежнего. Хорошо Дух Святый сказал отцам нашим чрез пророка Исайю. Сказанное ИЕГОВОЙ здесь представлено как сказанное Духом Святым, из чего следует, что Дух Святой есть Бог. Сказанное Исайи здесь представлено как сказанное их отцам, поскольку ему было поручено говорить народу то, что Бог говорил ему. И хотя сказанное здесь предвещает народу ужас и для самого пророка чревато скорбями, тем не менее здесь сказано, что сказанное тогда Исайей было сказано хорошо. Езекия сказал о ниспослании гнева: «Благо слово Господне, которое ты изрек...» (Ис 39:8). «...Кто не будет веровать, осужден будет» - такая же благая весть, как и та, которая гласит: «Кто будет веровать... спасен будет...» (Map 16:16). Иначе это же самое можно объяснить словами Спасителя (Мф 15:7): «...хорошо пророчествовал о вас Исайя... Дух Святой изрек отцам вашим о том, что исполнится в отношении вас: слухом услышите, и не уразумеете».

(1) «Их величайший грех против Бога есть и ваш грех, и вот вы перестанете видеть. Вы закрываете ваши глаза от самых убедительных свидетельств и не соглашаетесь с истиной, хотя и не можете ее отвергнуть: вы очи свои сомкнули» (ст. 27). Здесь делается указание на их упрямое непослушание, непокорность, неверие и доброхотное порабощение себя предубежденности. «Как отцы ваши не увидели руки Господней, высоко поднятой над ними в праведных судах Его (Ис 26:11), так и вы не увидите руки Господней, простертой над вами по евангельской благодати». Это правда, что неверующие иудеи имели в себе предубеждение против Благой вести; они потому и не видели, что решили, что все равно не увидят, а ведь никто не бывает так слеп, как тот, кто не желает видеть. Они не захотели принять обличения и потому не допустили их. Они намеренно очи свои сомкнули, чтобы не увидеть того великого, что относилось к вечному миру, чтобы не увидеть Божьей славы, безобразного в грехе и прекрасного в святости, суетности этого мира и очевидной реальности загробного мира. Они не захотели измениться под действием этих истин и покориться их влиянию на них, поэтому они не захотели получить о них свидетельства, чтобы не услышать ушами то, что им не хотелось слышать, ибо на них открывается гнев Божий с неба и им открывается воля Божья. Они затыкают себе уши, подобно глухому аспиду, который не слышит голоса заклинателя самого искусного в заклинаниях. Так поступали их отцы, которые не хотели внимать, Зах 7:11,12. И то, что они закрывают себе глаза и уши и тем самым как бы баррикадируют оба познающих органа от Того, Кто сотворил и орган слуха, и орган зрения, делается ими, для того чтобы не уразуметь сердцем и не обратиться, чтобы Я исцелил их. Они пребывают во тьме или, по меньшей мере, находятся в постоянном сомнении и тревоге, для того чтобы им, когда им случится услышать здравую мысль, не понять сердцем того, насколько велики их обязанность и потребность стать верующими, и чтобы истина постепенно не стала им излишне тягостна, и чтобы они не обратились от своих злых путей, в которых находят удовольствие, к упражнениям, к которым в настоящее время питают отвращение.

Заметьте: сначала Бог открывает глаза и уши неверующих, для того чтобы они уразумели сердцами, а затем Он склоняет их к обращению, к тому, чтобы они покорили Ему свою волю, и таким образом Бог исцеляет людей. Такой метод представляет собой обычный способ воздействия на разумную душу, и потому сатана ослепляет человеческий ум и затмевает разумение, тем самым не давая душе обратиться к Богу, 2Кор 4:4. Весьма прискорбна поэтому ситуация, когда грешник встает на сторону сатаны и сам исторгает себе очи. Ut liberius peccent, libenter ignorant - Держат себя в неведении, дабы грешить невозбранно. Нечестивые влюблены в свой недуг и боятся, как бы Бог не исцелил их; таким же был и древний Вавилон: Врачевали мы Вавилон, но не исцелился... (Иер 51:9).

(2) «Страшный суд Божий над вашими отцами за этот грех есть Его суд и над вами. Иначе говоря, и вы сами не будете способны видеть. Бог справедливо предаст вас слепому увлечению. Слухом услышите - слово Божье будет проповедано вам снова и снова- и не уразумеете его. Коль скоро вы не хотите вместить слово Божье, то и не даст вам Бог ни силы, ни благодати для того, чтобы его вместить. И очами смотреть будете - будете видеть огромное количество знамений и чудес - и не увидите их свидетельств, производящих глубокое впечатление на других людей. Посмотрите, не справедливо ли также и в отношении вас то, что сказал вашим отцам Моисей (Втор 29:4): «...но до сего дня не дал вам Господь сердца, чтобы разуметь, очей, чтобы видеть, и ушей, чтобы слышать», или то, что сказал о своем поколении Исайя (Ис 29:10-12): «...ибо навел на вас Господь дух усыпления, и сомкнул глаза ваши...»? Итак, что же скажем? Как относиться к тому, что они противились благодати Божьей и выступали врагами света и Бог был вынужден удалиться от них и лишить их благодати и света? Как относиться к тому, что они не возлюбили истины и за это Бог послал им действие заблуждения, чтобы они верили лжи? Как быть с их самоволием и осуждением их Богом на жестокосердие, когда огрубело сердце людей сих и ушами с трудом слышат? Они глупы и бесчувственны, и ничто из сказанного им не может на них повлиять. При таком недуге бесполезны операции и лекарства, поэтому необходимо признать, что этот недуг является неизлечимым и положение этих людей прискорбно. Будут ли довольны те, которые не поддаются исцелению от недуга, делающего их такими несчастными? Как могут исцелиться те, которые не прибегают за помощью к средствам исцеления? Как могут обратиться те, которые не желают удостовериться в своем недуге или в возможности своего исцеления? И как могут убедиться те, которые очи свои сомкнули, да не услышат ушами? Пусть все слушающие Евангелие, но не внимающие ему вострепещут от ожидающей их участи, ибо, однажды преданные жестокосердию, они уже находятся в преддверии преисподней, ибо кто еще способен исцелить их, кроме Бога?»

2. «Ваше неверие оправдает Бога, пославшего Евангелие язычникам, из-за чего вы так ревнуете» (ст. 28). «Поэтому если вы отклоняете благодать Божью, не желаете покориться силе истины и любви свыше, не хотите обратиться и исцелиться средствами, которые предусмотрела Премудрость Божья то да будет вам известно, что спасение Божие послано язычникам, то спасение, которое только от иудеев» (Иоан 4:22). «Это спасение было предложено язычникам, средства спасения были предоставлены им, и они держатся этого спасения лучше, нежели вы. Оно послано им, и они услышат его, и примут его, и будут счастливы им». Итак, Павел хочет:

(1) Успокоить дух недовольства иудеев по поводу благовествования язычникам, показывая им нелепость их озлобления. Они были рассержены тем, что спасение Божье было послано язычникам, и считали, что последним была оказана слишком большая милость. Однако если иудеи так невысоко ценили спасение Божье, что считали его недостойным принятия язычниками, то воистину они не должны были ревновать из-за того, что спасение предлагается язычникам, и завидовать последним. Спасение Божье было послано в мир, и иудеи могли первыми обрести его; оно по справедливости было предложено вначале именно им, и их настоятельно, сильно упрашивали принять его, однако они его отвергли. Они не захотели принять приглашения на брачный пир, сделанного им первым, поэтому теперь им оставалось только благодарить самих себя за то, что на пир приглашаются другие гости. Если они сами не договорились и не пришли к соглашению, то им не следовало сетовать на тех, кто уладил дело. Они не могли пожаловаться на то, что язычники обошли их в деле спасения или вырвали его у них из рук, поскольку сами же и бросили его. Более того, они подняли на спасение пяту свою, поэтому они сами были виноваты, ибо от их падения спасение язычникам, Рим 11:11.

(2) Унять недовольство иудеев предпочтением, отданным язычникам ради их же собственного спасения, и обратить то, что худо, в добро. Когда Павел рассуждал на эту же самую тему в Послании к Римлянам, он, по собственному своему признанию, для того именно обратил внимание на благо, приобретенное язычниками в силу неверия и отвержения иудеев, чтобы возбудить в своих возлюбленных соотечественниках святую ревность и спасти некоторых из них, Рим 11:14. Иудеи отвергли Евангелие Христа и бросили его язычникам, однако еще не поздно в этом покаяться и принять отверженное спасение. Еще не поздно сказать «Нет» и забрать свои слова обратно, подобно первому брату из притчи, который на повеление пойти работать в винограднике сказал сначала: «Не хочу», а после, раскаявшись, пошел, Мф 21:29. Что же, Евангелие послано язычникам? Так давайте же побежим, чтобы получить, а не лишиться его. И услышат ли Евангелие люди, находящиеся вне пределов слышимости из-за того, что слишком долго уподоблялись своим идолам, которым они поклонялись и которые имеют уши, но не слышат? И разве не следует обратиться к слышанию Евангелия нам, которым оказана такая высокая честь иметь общение с Богом и взывать к Нему при всякой насущной нужде? Итак, Павлу хотелось убедить иудеев и обратить их в евангельскую веру тем, что Евангелие радушно принималось язычниками. Если же этого аргумента оказалось для них недостаточно, то в таком случае отвержение ими Евангелия лишь увеличивало меру их осуждения, как случилось с книжниками и фарисеями, которые, увидев, что мытари и блудницы принимают Иоанново крещение, после этого не покаялись в своем безумии чтобы поверить ему, Мф 21:32.

IV. Собрание завершилось, как это следует из текста, с некоторым расстройством слушавших.

1. Иудеи отвернулись от Павла. Кто не уверовал, тот был уязвлен последними словами апостола, сказавшего, что Бог справедливо их ослепил и что свет великий поэтому увидит народ, сидящий во тьме. Когда Павел сказал это, тогда все стало понятно и Иудеи ушли, хотя, судя по всему, и не до такой степени разъяренные, как другие представители этого же народа, но все же безумные и беспечные. Таким образом все те ужасные слова, которые сказал Павел в заключение своей речи, и все слова утешения, которые он говорил ранее, тронули иудеев не больше, чем те сиденья, на которых они сидели. Они разошлись, причем многие из них расходились с твердой решимостью никогда больше не ходить на проповеди Павла и не утруждать себя дальнейшим исследованием проповедуемого им учения.

2. Они обратили лица свои друг против друга, ибо обнаружили большое несогласие в своей среде. Друг с другом спорили не только уверовавшие и неуверовавшие, но и неуверовавшие между собой. Согласившиеся отказать Павлу в дальнейшем общении с собой, тем не менее, не соглашались друг с другом относительно причин такого отказа, много споря между собою. Много спорят между собой люди, не имеющие верных доводов, но, находя мнения друг друга ошибочными, они так и не покоряются истине. Не споры приводят людей к истине, а только милость Божья, открывающая их умы к разумению.

Стихи 30-31. Итак, здесь мы подходим к завершению истории о благословенном Павле; поэтому, коль скоро Бог не посчитал нужным сообщить нам дополнительную информацию об апостоле, и нам не следует уделять слишком много внимания всем деталям и обстоятельствам, при которых мы расстаемся с ним.

I. Нас не может не тревожить то обстоятельство, что мы расстаемся с Павлом, находящимся в узах за имя Христа, причем без единого указания на его освобождение. Целых два года этот благочестивый муж провел в заключении, и, как видно, в течение всего этого времени о нем ни разу не осведомились те, чьим узником он был. Апостол апеллировал к императору в надежде на скорое освобождение из-под стражи, так как иудейские наместники доносили его императорскому величеству об этом узнике, что этот человек ничего достойного смерти или уз не сделал, однако его продолжали держать под стражей. Как мало у нас оснований надеяться на людей, и еще меньше оснований надеяться на вельмож у презренных узников; лишнее тому подтверждение случай с Иосифом, о котором не вспомнил главный виночерпий, но забыл его, Быт 40:23. Однако некоторые считают, хотя здесь об этом ничего не сказано, что именно на первом году из этих двух лет, а точнее говоря, в начале этого года, Павел впервые предстал перед императором Нероном, а затем во дворце императора были представлены узы апостола за имя Христа, Фил 1:13. И как раз при первом его ответе никого не было с ним, 2Тим 4:16. Однако складывается такое впечатление, что вместо освобождения на основании поданной апелляции, на которое так надеялся Павел, он едва избежал смерти от руки императора. Апостол сам называет свое избавление избавлением из львиных челюстей (2Тим 4:17), и то, что он говорит здесь о первом ответе, подразумевает, что был и второй, который весьма ему удался, хотя и после него Павел по-прежнему не был освобожден. За два года, проведенные апостолом в неволе, Павел написал Послание к Галатам, затем Второе послание к Тимофею, затем Послания к Ефесянам, Филиппийцам, Колоссянам и Филимону, в которых он подробно сообщает о некоторых обстоятельствах, имеющих отношение к его заключению. И, наконец, Послание к Евреям Павел написал тотчас же после своего освобождения, к этому времени из тюрьмы был освобожден и Тимофей, которого по приходе его к Павлу сделали под тем или иным предлогом соучастником апостола в его узах. «...Я вместе с ним, - пишет Павел евреям (Евр 13:23), - если он скоро придет, увижу вас». Однако нигде не сообщается, как или каким образом апостолу удалось обрести свободу, известно только, что он провел в неволе два года. Предание гласит, что после освобождения Павел направился из Италии в Испанию, оттуда приплыл на остров Крит, а далее, уже вместе с Тимофеем, пришел в Иудею, после чего обошел асийские церкви и, наконец, прибыл в Рим во второй раз, где и был обезглавлен на последнем году правления императора Нерона. Однако Бароний (Baronius) и сам не скрывает того, что нет никакой определенности относительно путешествий Павла в период между его освобождением и смертью за веру. Другие на это возражают, говоря, что Нерон, приступив к исполнению актерской роли тирана, решительно воспротивился христианам и стал гнать их (он стал первым римским императором, подписавшим особый указ, направленный против христиан; об этом сообщает Тертуллиан, см. его Апол., гл. 5) до того, что вследствие его гонений церковь в Риме пришла в упадок, что и побудило Павла прийти в столицу мировой империи во второй раз, но уже для того, чтобы воссоздать здесь церковь и утешить души оставшихся в живых учеников; в результате Павел снова угодил в руки Нерона. Иоанн Златоуст повествует о том, что, когда одна молодая женщина, бывшая одной из милых подруг Нерона (говоря новомодным языком), через проповеди Павла обратилась в христианскую веру и тем самым перечеркнула свой прежний непристойный образ жизни, Нерон сначала разгневался на Павла и приказал взять его под стражу, а после приговорил апостола к смерти. Но вернемся к краткому свидетельству, данному в последних стихах книги.

1. Можно только сожалеть о том, что такой великий человек, как Павел, был вынужден длительное время находиться в неволе. Два года он находился под следствием, ожидая справедливого суда Феликса (гл 24:27), и кроме времени, прошедшего между тем заключением и первым приходом апостола в Рим, Павел еще два года провел, ожидая разрешения своего дела Нероном. Сколько церквей основал бы Павел, сколько городов и народов привел бы он к Христу за эти пять (по меньшей мере) лет, если бы находился на свободе! Но Бог премудр, и Он показывает, что никогда не остается в долгу перед достойнейшими орудиями исполнения Его воли, но силен и волен защищать Свои интересы как без таковых орудий, так и с помощью их страданий. И здесь узы Павла послужили к большему успеху благовествования, Фил 1:12-14.

2. И даже заключение Павла в определенном смысле было ему во благо, ибо целых два года он жил в арендованном им доме (рассуждения автора основаны на англ. переводе Библии. - Прим. переводчика.), которого у апостола, полагаю я, прежде никогда не было. Павел привык останавливаться в чужих домах, теперь же у него появился свой собственный дом - свой до тех пор, пока он вносил за него арендную плату. Такие покой и уединение могут укрепить силы человека, который всю свою жизнь должен был переходить с места на место. Павел привык находиться в постоянном движении и редко подолгу оставался на одном месте, теперь же он прожил эти годы в одном жилище. Итак, выходит, что этот дом, ставший апостолу тюрьмой, как бы отвечал призыву Христа к ученикам: «Пойдите вы одни в пустынное место и отдохните немного» (Map 6:31). Находясь на свободе, Павел постоянно опасался злоумышлении Иудеев (гл 20:19), теперь же его тюрьма сделалась его крепостью. Вот так из ядущего вышло ядомое и из сильного вышло сладкое.

II. И все же нас радует (ибо мы уверены, что то же самое радовало и Павла) следующее: хотя мы и оставляем Павла в неволе за имя Христа, тем не менее мы оставляем его трудящимся и ревнующим во славу Его, и узы апостола облегчаются тем, что они не препятствуют ему служить Богу и творить добро. Теперь тюрьма стала для Павла крепостью, церковью, а если так, то и дворцом. Его руки были связаны, но благодарение Богу за то, что никому не удалось заградить Павлу уста. Верному и усердному служителю Христову легче переносить любые тяготы, когда врагу не удается заградить его уста. Да, Павел в узах, но для слова Божьего нет уз! В своем Послании к Римлянам Павел написал, что весьма желает увидеть их, чтобы преподать им некое дарование духовное, Рим 1:11. Он был рад увидеть некоторых из римских братьев (ст. 15), но его радость была бы вдвое меньше, если бы он не имел той возможности делиться с ними плодами некоторых духовных даров, которая была ему предоставлена здесь. Поэтому Павел и не жалуется на ограничение своей свободы. Заметьте:

1. Кому проповедовал апостол - всем приходившим к нему затем, чтобы послушать его, иудеям и язычникам. Не ясно, было ли Павлу позволено посещать другие дома с целью благовествования; вероятнее всего, что нет; но всех, кому разрешалось посещать его на дому, Павел радушно принимал. Он принимал всех приходивших к нему.

Примечание: Божьим служителям не следует держать свои двери закрытыми от желающих выслушать их наставления; напротив, им следует радоваться всякой возможности подать совет всем переживающим о своей душе. Павел не мог проповедовать в синагоге или в каком-нибудь другом, удобном и просторном, месте общественных собраний, поэтому он проповедовал в собственном убогом жилище.

Примечание: когда в служении Богу нет возможности делать должное, следует делать возможное. Служителям, арендующим небольшие дома, следует в них проповедовать, если это допускается, а не молчать. Павел принимал всех приходивших к нему, не робея перед самыми знатными и не гнушаясь самыми малозначащими. Он был готов проповедовать в первый день недели христианам, а в седьмой день недели иудеям, и всем вообще, кто приходил к нему когда бы то ни было. Апостол мог рассчитывать на победу, ибо люди приходили к нему, а это предполагало, что они желают получить наставление и нуждаются в том, чтобы научиться у него; там же, где имеются такие пожелания, можно творить добро.

2. О чем проповедовал апостол. Он не забивает головы своих слушателей любопытными спекуляциями или рассуждениями на государственные или политические темы, а, как апостол, строго придерживается своей темы, то есть проповедует на выбранный библейский текст.

(1) Павел - Божий посланник, а потому проповедует им Царствие Божие, делает все возможное, для того чтобы провозгласить его и уладить все вопросы Царства, позаботившись таким образом обо всех его насущных нуждах. Он не вмешивается в дела земных царств: пусть этим занимаются те, кто должен этим заниматься. Апостол проповедует Царство Божье среди людей, а также и само слово об этом Царстве. Павел проповедовал о том самом Царстве, в защиту которого он не раз поднимался на состязаниях, приводя свидетельства о Царствии Божием, ст. 23. Апостол утверждал его при помощи публичных проповедей, говоря, что слово о Царствии Божьем придаст всем слушающим его мудрости и сделает их более благочестивыми и совершенными, что является задачей деятельности всякого проповедника.

(2) Павел - представитель Христа, друг Жениха, а потому учит о Господе Иисусе Христе, учит всей истории о Христе, Его воплощении, учении, жизни, чудесах, смерти, воскресении, вознесении. Он учит всему тому, что имеет отношение к тайне благочестия. Павел и здесь остается верным своему правилу не проповедовать ничего, кроме Христа, и притом распятого. Тем служителям, которые во время проповеди испытывают соблазн уклониться в сторону от того, что является главным предметом их проповеди, следует стеснять себя следующим вопросом: «Как это раскрывает характер Господа Иисуса Христа? Что влечет нас к Нему, и что побуждает нас ходить в Нем?». Ибо мы не себя проповедуем, а Христа...

3. Какая свобода для проповеди была предоставлена апостолу.

(1) Свободное парение духа - вот дар Провидения Павлу. Он проповедовал со всяким дерзновением, подобно человеку, твердо убежденному в истинности того, что он проповедовал и чего осмеливался держаться; того, что ценил и за что мужественно готов был принять мучения. Апостол не стыдился благовествования Христова.

(2) Провидение даровало Павлу и свободу слова. Он проповедовал и учил невозбранно; никто не проверял, чем занимался апостол, и никто не стеснял его. Иудеи, обычно запрещавшие Павлу проповедовать язычникам, в Риме такой властью не обладали, в то время как римские власти не считали исповедание христианства чем-то преступным. В этом необходимо увидеть руку Божью:

[1] Усмирившую ярость гонителей. Там, где Он не обращает людских сердец, Он, тем не менее, связывает их руки и обуздывает их язык. Нерон был кровопийцей, кроме него в Риме жило много других людей, как иудеев, так и язычников, которые ненавидели христианство. Несмотря на это, на евангельскую проповедь Павла, пусть и находящегося в заключении, смотрели сквозь пальцы и не находили в ней нарушения общественного порядка. Вот как Бог обращает гнев человеческий во славу Себе: остаток гнева Он укрощает, Пс 75:11. Хотя и были те, которые могли запретить Павлу благовествовать (а сделать это мог даже простой римский воин, приставленный к апостолу, для того чтобы его стеречь), Бог устроил все так, что Павлу никто не запрещал.

[2] Посмотрите, какое утешение Бог усматривает для гонимых. Несмотря на то что в нынешнем своем положении Павел был ограничен в свободе (говоря относительным языком) и стеснен во многих отношениях, тем не менее ему особо не досаждали и его сильно не беспокоили. Дверь, отворившаяся перед Павлом, пусть и неширокая, была отворена настежь, и никто не пытался захлопнуть ее. Эта дверь сыграла свою роль, так как святые стали появляться даже среди придворных императора, Фил 4:22. Если город наших священнодействий становится мирным обиталищем во всякое время, и мы изо дня в день питаемся Хлебом жизни, и нам никто не запрещает, то за это мы должны благодарить Бога, готовясь к возможным жизненным переменам и по-прежнему устремляясь сердцем к святой горе, на которой никогда не будет ни колючего терна, ни причиняющего боль волчца.



ТВОЯ ЛЕПТА В СЛУЖЕНИИ

Получили пользу? Поделись ссылкой!



Напоминаем, что номер стиха – это ссылка на сравнение переводов!


© 2016, сделано с любовью для любящих и ищущих Бога.