Светлой памяти о. Александра Меня посвящается эта книга
КРАТКОЕ ВВЕДЕНИЕ
Автор письма
Наверно, ни об одном из новозаветных персонажей нам не известно так много, как об апостоле Павле, который является автором этого письма. Недаром французский библеист Эрнест Алло сказал: «Новый Завет в своей большей части состоит из двух жизнеописаний: Христа в Евангелиях, а затем одного из Его апостолов, пришедшего последним — св. Павла». Действительно, если мы откроем Новый Завет, то увидим, что больше половины книги Деяний апостолов рассказывает о Павле и о его миссионерских путешествиях, а кроме того, есть еще тринадцать писем, в зачине которых автором назван Павел.
Правда, когда мы сказали, что много знаем об апостоле, это не значит, что нам известна вся его биография. Известно только, что он родился в начале I века н. э. в Малой Азии, в богатом и просвещенном городе Тарсе, столице римской провинции Киликия. Мы знаем также, из какого еврейского племени он происходил. В двух письмах (Римлянам и Филиппийцам) он сам говорит, что происходит из племени Вениамина. Павел знает, из какого он рода, а к этому времени большая часть из двенадцати племен растворилась среди язычников во времена переселения в Ассирию, а затем в Вавилон. Кроме того, происхождение от Вениамина было очень почетным. Хотя Вениамин был младшим сыном Иакова, но его матерью была любимая жена Рахиль; он был единственным, кто увидел «землю обетованную» (конечно, задолго до ее завоевания); при разделе Ханаана племени Вениамина досталась та часть страны, где позже будут воздвигнуты Иерусалим и Храм; из его племени происходил первый еврейский царь Шауль (Саул), в честь которого и был, вероятно, назван будущий апостол. Павел был обрезан, как и полагается по Закону, на восьмой день после рождения. Его родители были римскими гражданами, они, вероятно, получили этот очень почетный статус за особые заслуги перед империей. Они были фарисеями и сохранили в диаспоре свою веру и свой язык. Так как Шауль (грецизированная форма — Савл) унаследовал римское гражданство, то у него было и латинское имя — Паулус, что значит «маленький». Жизненный путь мальчика был определен еще в детстве: он должен был стать богословом, человеком, посвятившим себя изучению и толкованию Священного Писания и отеческих преданий. Вероятно, в юном возрасте — хотя нам неизвестно, во сколько лет — он, один или со всей семьей, переселился в Иерусалим, чтобы стать учеником самого знаменитого в то время учителя Закона Гамлиэля Осинод. Гамалиила), который был сыном или внуком еще более знаменитого Гиллеля. Позже апостол с невольной гордостью расскажет о том, что он делал большие успехи в учебе и что ему не было равных среди его ровесников. И больше мы о нем почти ничего не знаем: ни когда он родился, ни когда именно перебрался в Иерусалим, у нас нет никаких сведений о его родственниках (кроме того, что у него была сестра и племянник), нам неизвестен и год его мученической смерти. Даже в христианских преданиях об этом говорится по-разному.
Но зато мы знаем главное: этот человек, бывший некогда гонителем нарождающейся Церкви, явил собой ярчайший образец полной и безраздельной преданности Господу Иисусу Христу и сделал для Его Церкви, возможно, больше, чем все остальные апостолы вместе взятые.
Будучи ревностным фарисеем и гораздо более нетерпимым, чем его кроткий учитель Гамлиэль, Шауль видел в нарождающемся христианстве опасную еретическую секту, подрывающую самые основы веры отцов. Иисуса же, с которым он, скорее всего, никогда не встречался, он воспринимал как отступника, как лжепророка и самозванца, а Его распятие на кресте стало, по его мнению, заслуженным наказанием Божьим. Он осуждал христианство не только словом, но и делом, прилагая усилия для его уничтожения. Так, он получил полномочия от старших священников, чтобы попытаться искоренить христианскую общину в Дамаске, вероятно основанную бежавшими от гонений последователями первомученика Стефана.
Но у Шауля произошла встреча, которая в один миг изменила всю его жизнь: направляясь в Дамаск, он в пути встретил самого воскресшего Господа, представшего перед ним в сиянии Божьей Славы. Во время этой встречи умер фарисей и родился новый человек, апостол Христа. Чтобы понять то, что и как проповедовал Павел, мы должны постоянно помнить об этом событии, изменившем его жизнь, мировоззрение и чувства. Все его мировосприятие стало иным. Не из рассказов других людей, но на собственном опыте Павел осознал, что Бог любит и прощает людей не за их заслуги, а потому, что Он — добрый и милосердный Отец, не дожидавшийся, пока люди раскаются, но пославший Своего Сына на смерть ради них, когда они еще были грешниками. Бог хочет только одного: чтобы люди приняли Его великий дар, то есть уверовали в Него, доверились Ему, а вера преобразит жизнь тех, кто пришел к Нему через Иисуса Христа. Потрясенный, Павел осознал парадоксальную, непостижимую мудрость Бога, которая так отличается от человеческой: вместо силы Он явил Свою любовь, что людям кажется слабостью и даже глупостью. Вера в спасение Божье, свершившееся через Христа, не нуждается ни в организации, ни в специальных зданиях, ни в ритуалах и обрядах, ни в законах — все это может даже заслонить собой крест Христов. Христос стал концом не только Закона Моисея, но и всякой религии. Благодаря Ему люди вступают в новые отношения с Богом и становятся — через Иисуса — детьми Божьими. И для этих новых отношений не важны ни национальная принадлежность, ни религиозное наследие, ни пол, ни социальное положение. Это полный переворот, настоящая революция!
Во время дамасской встречи Христос не только простил Своего гонителя, но и дал ему великий дар — сделал Своим представителем и сотрудником, то есть апостолом Своей Церкви, и поручил ему возвещать Радостную Весть о безграничном милосердии Божьем. И тот исполнил данное ему поручение. В течение нескольких десятилетий — пешком, почти без денег, без запаса продовольствия и смены одежды, всего лишь с горсткой преданных друзей, своих помощников — он обошел почти всю населенную землю — конечно, в том древнем понимании, когда населенная земля совпадала с территорией Римской империи. Из Деяний апостолов мы узнаем, что Павел совершил три великих миссионерских путешествия. В Письме христианам Рима он сам говорит, что возвестил Радостную Весть о Христе от Иерусалима до самой Иллирии[1]. Он и его друзья без оружия и кровопролития завоевали мир. В сравнении с ними померкли подвиги Александра Македонского, Юлия Цезаря и прочих завоевателей.
Апостол Павел основал множество христианских церквей. Он старался регулярно посещать их, чтобы направлять, давать советы, исправлять, увещевать и просто встречаться со своими духовными детьми, которых он родил для Христа. По разным причинам он не всегда мог делать это так часто, как ему хотелось. И в таком случае он писал им письма, заменяя ими личное общение. Спустя некоторое время люди осознали важность этих писем и стали сохранять их, переписывать и распространять среди других церквей. К сожалению, до нас дошли не все его письма, мы даже не знаем, сколько именно писем он написал. В Новом Завете сохранилось только тринадцать писем, носящих его имя, но, несомненно, их должно было быть больше — и, возможно, значительно больше.
Наследие Павла — великое сокровище христианства. Его письма свидетельствуют о том, как апостол подражал Христу, как сильно он любил тех, кого обратил к Богу, как мужественно сражался за дело Христа. «Неся миру Откровение, послания одновременно представляют собой волнующий человеческий документ, исповедь души, наиболее личное из всего Нового Завета. Перед нами не бесстрастное поучение и не риторика, а строки, словно написанные собственной кровью, а иной раз — в порыве бурных, глубоких переживаний. Павел предельно искренен, у него нет ни искусственности, ни нарочитости. Созданное им мало напоминает литературные и философские послания, которые тогда уже входили в моду. Он заботился не о форме, а о том, чтобы донести до людей Благую Весть и свои заветные думы»[2].
Хотя со времени их написания прошло около двух тысяч лет, почти ничто в них не устарело. С одной стороны, это радостно, потому что в его письмах мы и сейчас находим ответ на свои духовные искания, они вселяют в нас мужество, дают утешение и укрепляют нашу веру. Но, с другой, это не может не печалить, потому что очень часто мы видим, что те проблемы в Церкви, которые в середине I века только-только зарождались, но уже внушали Павлу серьезную тревогу, расцвели пышным цветом в современной Церкви.
Колоссы
Город Колоссы (греч. Колоссай) был расположен в древней исторической области Фригия (юго-запад современной Турции), на южном берегу реки Лик, притока Меандра, причудливые изгибы которого дали название знаменитому греческому орнаменту. Когда-то Колоссы были богатым торговым городом, очень выгодно расположенным на главной дороге, идущей через Эфес и Сарды по направлению к Евфрату. От Эфеса до Колосс было около ста восьмидесяти километров. Долина, в которой он находился, была плодородной, дававшей большие урожаи фиников и оливок. Кроме того, город был известен производством шерсти, в нем было много красильных мастерских. В V и IV веках до н. э. это был действительно богатый город со значительным для того времени населением. Но местность была сейсмически опасной, там часто происходили землетрясения, во время которых город подвергался серьезным разрушениям. Соседние с ним города Лаодикея (находившаяся на расстоянии шестнадцати или восемнадцати километров) и Иераполь (всего лишь в девяти с половиной километров) тоже неоднократно разрушались, но им везло больше: им удавалось найти средства, необходимые для восстановления своих городов, в то время как Колоссы постепенно хирели. Ко времени написания этого письма город уже не был прежним, его прежнее благосостояние было уже отчасти утрачено и город клонился к упадку. По словам географа Страбона, в римские времена он уже назывался маленьким городом. К сожалению, все города в долине Лика ждала печальная участь, но найденные во время археологических раскопок монеты и надписи свидетельствуют о том, что жизнь там сохранялась еще в течение трех или четырех столетий. В конце концов от них остались одни лишь руины, и те были обнаружены только в XIX веке.
В то время Малая Азия была римской проконсульской провинцией Азия со столицей в древнем и знаменитом Эфесе. Именно его апостол Павел, прибывший туда во время своего третьего миссионерского путешествия, выбрал в качестве «штаб-квартиры» и пробыл там три года. Вероятно, он не покидал Эфес, по крайней мере надолго, поручив членам своей команды проповедовать Радостную Весть в других городах и селениях провинции. Из письма ясно, что он никогда не был ни в Колоссах, ни в соседних с ним городах Лаодикея и Иераполь, тоже упоминающихся в этом письме. Но его друг и помощник Эпафрас, сам уроженец Колосс, возвестил Христа во всех этих городах и основал там христианские церкви. Основное население города состояло из фригийцев и греков, но туда переселились и несколько тысяч еврейских семейств, так что во времена Павла город был многонациональным, в нем перемешались различные культурные и религиозные слои. В I веке здесь почитались многочисленные языческие божества. В Колоссах существовали не только местные фригийские культы, но и культы восточных божеств (Кибелы, Исиды и Митры), а также богов, входивших в греческий и римский пантеон. А кроме того, евреи, жившие в Колоссах, исповедовали веру в Единого Бога и соблюдали заповеди Закона Моисея.
Аутентичность письма
Это письмо во многих отношениях отличается от более ранних писем Павла. Эти отличия касаются как языка и стиля, так и богословских идей. Кроме того, поражает его невероятное сходство с другим письмом, которое в Новом Завете именуется Письмом эфесянам. Все это не могло не вызвать у некоторых библеистов, начиная с середины XIX века, сомнений в аутентичности письма. Это, по мнению некоторых, подтверждается и тем фактом, что оно не было известно в самые ранние времена христианства христианским авторам II века вплоть до Иринея Лионского (около 190 г.). Но затем его уже часто цитировали Ириней, Тертуллиан, Климент Александрийский и Ориген. Оно было включено во все списки Павловых писем, что говорит о том, что древняя Церковь не сомневалась в его авторстве.
Одной из причин сомнений у ученых XIX — первой половины XX века было то, что они видели в лжеучителях, действовавших в Колоссах, гностиков, что было маловероятным, если письмо действительно было написано Павлом в начале 60-х годов. Ведь гностицизм как развитая система религиозно-философских воззрений полностью развился только во II и III веках, когда он реально угрожал существованию христианства. Но если допустить, что во второй половине I века гностические учения уже существовали, то они носили только зачаточный характер, их можно было бы назвать зарождающимся гностицизмом, или протогностицизмом, включавшим в себя некоторые элементы, полностью развившиеся гораздо позже. С такими идеями, как докетизм, в котором есть подобные элементы, апостол встречался уже в Коринфе, а коринфские письма принадлежат к более ранним временам, чем письмо в Колоссы.
Кроме того, обращает на себя внимание гораздо более развитая христология. Но если мы посмотрим на Письмо филиппийцам, авторство которого не подлежит сомнению, то там мы тоже встречаем чрезвычайно высокое учение о Христе, которое по своему содержанию не уступает письму в Колоссы. В христологическом гимне Письма филиппийцам есть учение о предсуществовании и воплощении, что в полной мере разовьется в Прологе 4-го Евангелия.
Несомненно, экклезиология, то есть учение о Церкви, здесь также значительно отличается от того, как она представлена, например, в 1-м Письме коринфянам и в Письме римлянам. Там Церковь была названа Телом Христа, но это было не более чем сравнение, в котором голова — один из членов тела, который не может существовать без других членов единого организма. Здесь Церковь тоже именуется Телом Христа, но Христос уже назван ее Главой (в обоих значениях этого слова — как глава и голова), питающей все Тело. Если из предыдущих писем складывалось впечатление, что апостол называет Церковью Христа любую христианскую общину вне зависимости от ее численности и местоположения, то здесь впервые появляется идея Церкви вселенской, в которую поместные церкви входят в качестве ее составных частей.
Самые характерные для богословия апостола темы, как-то: оправдание за веру, свобода от Закона — здесь отсутствуют. Не встречаются даже такие слова, как Закон, оправдание, верить, спасение. Значение слова «вера» тоже претерпевает изменение: она ближе к понятию вероучения, чем вера в смысле личного доверия и преданности. О Святом Духе тоже очень мало сказано. Даже в том величественном фрагменте, где говорится о преображении внешнего и внутреннего человека (3:5-17), не упоминается об освящающей силе Святого Духа. Вместо противопоставления «плоти» и «духа» у автора письма противопоставление «ветхого человека» и «нового человека» (3:9-10), что сближает этот текст с идеей нового рождения в Евангелии от Иоанна. Есть и менее значительные различия, о которых нет смысла упоминать в столь кратком введении.
Если говорить о стиле, то его отличает некоторая тяжеловесность: в письме много очень длинных предложений, целые цепочки родительных падежей, отсутствуют любимые Павлом краткие и яркие высказывания, споры, создающие диалектическую напряженность. Есть в письме и слова, которых нет в других текстах апостола.
Хотя доводы тех, кто считает, что письмо принадлежит не апостолу, но кому-то из его учеников и последователей и написано уже после смерти Павла, могут показаться убедительными, их тем не менее разделяют не все ученые. Более высокое и развитое богословие не должно нас удивлять, ведь в ранней Церкви оно развивалось стремительно. И если здесь оно претерпевает некоторые изменения в сравнении с более ранними письмами, хотя правильнее было бы назвать это не изменениями, но развитием и углублением уже высказанных раньше идей, то это закономерное явление. То же самое можно сказать и о словаре и стиле. Когда Павел пишет на другую тему, у него естественным образом меняется и лексика. Иначе и быть не может. Так, например, известный библеист Теодор Цан не без иронии замечает, что можно составить огромный список слов, которые не встречаются ни в Письме галатам, ни в других его письмах, в которых тоже были сделаны подобные подсчеты. Кроме того, надо помнить, что новые для него слова и выражения в основном встречаются в христологическом гимне, а он мог быть использован Павлом, а не принадлежать его перу[3]. И не надо забывать о том, что Павел в это время был в тюрьме, и хотя он и там находил возможности для проповеди, все же у него было больше свободного времени для осмысления богословских идей. А кроме того, он пользовался услугами секретаря, который мог не только записывать под диктовку текст письма, но и более непосредственно участвовать в его составлении. «Самыми сильными аргументами в пользу аутентичности послания являются бесспорный характер внешних свидетельств и неразрывная связь с Посланием Филимону... Оно входило в сборник посланий Павла на самой ранней стадии церковной истории, а такого рода свидетельствами нельзя пренебрегать»[4].
Но главное — это то, что, говоря об авторстве того или иного новозаветного текста, мы должны помнить, что не имеет большого значения, принадлежит ли текст тому автору, который указан в заглавии, или же он написан в его духе его друзьями и последователями, использовавшими и развившими его идеи. Ведь этот текст признан Церковью боговдохновенным и включен в канон, а это самое главное.
Место и время написания
Раннехристианская традиция сообщает, что Письмо колоссянам, как и Письма филиппийцам, эфесянам и Филемону, были написаны апостолом Павлом во время его пребывания в тюрьме в Риме. Некоторые библеисты выдвигают в качестве места написания Кесарию Приморскую, где находилась резиденция римского наместника Иудеи и где Павел пробыл в заключении около двух лет. О пребывании Павла в Кесарии сообщает его спутник Лука в Деяниях апостолов, он же говорит и о том, что апостол провел в Риме два года под домашним арестом, дожидаясь суда императора. Но, судя по некоторым сведениям в самом письме, речь идет не о домашнем аресте, а о заключении в тюрьму. Об этом мы узнаем только из христианских преданий. В последнее время довольно часто говорится об Эфесе как о месте тюремного заключения, хотя в Деяниях апостолов ничего об этом не говорится, а сам Павел в своих Письмах коринфянам лишь намекает на грозную опасность, с которой он встретился в Эфесе, где ему грозила смерть. Но он тоже ничего не говорит о пребывании в эфесской тюрьме.
Дата написания напрямую зависит от того, признаём ли мы письмо аутентичным или созданным позже, уже после смерти апостола. В первом случае датировка может быть более ранней или более поздней в зависимости от того, где именно было заключение Павла. Если это действительно был Эфес, то дату следует отнести к очень раннему времени (примерно 56 г.), что маловероятно. Думается, что серьезных оснований для пересмотра традиционной римской гипотезы нет, так что написание письма следует отнести к позднему периоду апостольской деятельности Павла, то есть примерно к 60-63 гг.
Причина написания письма
Апостолу стало известно от Эпафраса, что в Колоссах действуют люди, которые пытаются навязать церкви некое лжеучение. Павел был обеспокоен этим и, зная, что колоссянская община прислушивается к авторитетному мнению апостола, поспешил направить им письмо, чтобы предостеречь их от опасности поддаться лжеучителям и увлечься их учением. Он настаивает на том, что Весть, которую возвестил им Эпафрас, есть единственно истинная и спасительная Весть. Итак, главной целью письма является опровержение этой ереси, хотя, конечно, Тихик, которого апостол должен отправить в Колоссы с этим письмом, должен будет рассказать им об обстоятельствах жизни апостола в тюрьме, чтобы ободрить их и внушить мысль о необходимости подражания Христу и Его верному служителю Павлу, который разделяет страдания Христа.
Содержание письма
Как уже было сказано, главной целью письма было опровержение «колоссянской ереси». Мы не знаем точно, в чем заключалась эта ересь. Но из намеков, содержащихся в письме, можно сделать вывод, что в ней сочетаются элементы еврейского законничества и восточного мистицизма под маской высокодуховного христианства. В частности, ее приверженцы считали необходимым наряду с Христом почитать духовные иерархии — Престолы, Господства, Начала и Власти — или же относили Христа к числу таких сверхъестественных существ.
С самого начала письма апостол убеждает колоссян в превосходстве Христа над всеми духовными существами. Этому посвящен величественный гимн в первой главе. Христос не относится к сотворенным существам, потому что Он, будучи видимым образом невидимого Бога, предсуществует, Он — посредник Бога в творении всего небесного и земного, видимого и невидимого, духовного и материального. Вселенная существует благодаря Ему и для Него. В Нем воплотилась полнота Бога. Христос примирил отпавший мир с Богом. Это прежде всего выражается в создании Церкви, в которую вошли и язычники, некогда не знавшие Бога. Ведь в свете воскресения и прославления Христа рушатся все преграды, разделявшие людей, уходят в прошлое все ритуальные запреты, существовавшие как в Законе Моисея, так и в языческих культах. Поэтому нелепо почитать творение вместо Творца. Начала и Власти не только не равны Христу, но и покорены Им, их сила, державшая людей в плену страха, уничтожена во время крестной смерти.
Таким образом, апостол протестует против внесения в христианство дурного мистицизма, увлечения тайными знаниями, открытыми лишь для немногих «продвинутых», стремления к жесткой аскезе и умерщвлению плоти, потому что, вероятно, плоть, материя понимается этими еретиками как неисцелимое зло. Все эти идеи апостол называет лживым философствованием. Люди, придерживающиеся подобных взглядов, удаляют Христа из центра почитания, по сути дела отрицают Его, подменяя разного рода человеческими вымыслами.
А вслед за этим на первый план выдвигается не жизнь во Христе, но соблюдение всяких установлений и ритуалов, что, согласно Павлу, есть новое порабощение человека, возвращение его под власть стихий мира. Ложное богословие неизбежно приводит к ложному образу жизни.
Апостол напоминает своим адресатам о своих страданиях и тюремном заключении, называя их духовной битвой с силами зла за всех христиан. Бог воскресил вместе с Христом и тех, кто был духовно мертв из-за своих грехов. Поэтому теперь бывшие язычники должны жить новой, воскрешенной жизнью, отказавшись от злобы, гнева, лжи и сквернословия. Они должны быть милосердными, кроткими, скромными и терпеливыми, жить в мире и благодарности.
Эти требования относятся и к семейной жизни, основанной на любви и взаимном уважении. В этом состоит долг перед Господом мужей и жен, родителей и детей, рабов и господ.
Из заключительной части письма мы узнаем имена нескольких сотрудников Павла, которые не покинули его даже в тюрьме. Догадки о том, что письма Павла читались и в других общинах, подтверждаются им самим: апостол просит, чтобы это письмо было прочитано в общине Лаодикеи.
Краткий план письма
Апостол Павел, как правило, следовал тем традиционным стандартам написания писем, которые существовали в его времена как у евреев, так и у язычников. Письма начинались с указания имени автора, его адресатов, приветственного пожелания. Далее следует благодарственная молитва за адресатов, а затем сам корпус письма, где излагалось то, ради чего письмо было написано. Обычно оно заканчивалось пожеланиями, напутствиями и приветами.
В Письме колоссянам можно выделить следующие части:
I. Вступление (1:1-23)
1. Приветствие и молитва (1:1-14)
2. Христологический гимн (1:15-20)
3. Примирение и ответ на него (1:21-23)
II. Корпус письма (1:24 — 4:6)
1. Апостольское служение Павла (1:24 — 2:5)
2. Полнота жизни с Христом (2:6 — 4:6)
3. Как избежать заблуждений (2:6-23)
4. Новые правила жизни (3:1 — 4:2)
а) отношения в семье (3:18 — 4:1)
б) необходимость молитвы (4:2-6)
III. Заключительная часть письма (4:2-18)
1. Направление в Колоссы двух сотрудников (4:7-9)
2. Приветы сотрудников Павла (4:10-14)
3. Приветы братьям в Колоссах (4:15-17)
4. Завершающее благословение (4:18)
Более подробное деление читатель найдет в самом комментарии[5].
Примечания
[1] Иллирия — горная страна на восточной побережье Адриатического моря, примерно совпадает с современной Хорватией, Боснией, Черногорией и Албанией.
[2] А. Мень. Первые апостолы. М., 1998, с. 243.
[3] Т. Zahn. Introduction to the New Testament, pp. 551-552.
[4] Д. Гатри. Введение в Новый Завет, с. 442.
[5] Текст письма, а также цитаты из других книг Нового Завета даны в переводе комментатора. Ветхозаветные книги цитируются по изданию: Библия в современном русском переводе. М., 2015.