Ст. 1 — Мои дорогие, вот какие обещания нам даны! Давайте очистимся от всего, что оскверняет тело и дух, и посвятим себя Богу, благоговея и трепеща! — Апостол делает вывод из сказанного выше. Христиане на собственном опыте убедились в любви и милосердии Бога, исполняющего здесь и теперь Свои обещания. Но если коринфяне хотят остаться Его сынами и дочерями, они должны вести достойный образ жизни. Апостол употребляет культовый язык: освящение предполагает очищение от всякой ритуальной скверны. Но Павел вовсе не стремится к установлению новых христианских обрядов. Язык культа лишь придает его призыву бо́льшую торжественность. Давайте очистимся — Апостол употребляет здесь первое лицо множественного числа, причисляя и себя к тем, кого он призывает жить в чистоте и святости. Хотя он духовный отец коринфян, родивший их для Христа, и обладает апостольским авторитетом, он ведет себя с ними как истинный отец, не отделяющий себя от своих детей и не мыслящий своего спасения без них. Но это также хороший педагогический прием. Тело (буквально: «плоть») и дух — Апостол мыслит человека целостным существом, он не делит его, как это делали языческие философы, на тело (низменную часть человека) и дух (возвышенную часть, роднящую его с божеством). Осквернение тела неизбежно приводит к осквернению духа и наоборот. Употребляя это словосочетание, апостол хочет подчеркнуть, что Богу нужна отдача себя полностью, без остатка. Богу не нужна какая-то часть моего существа, Он хочет меня всего. У христианина перед глазами должен быть пример Бога, отдавшего в жертву Своего собственного Сына. Посвятим себя Богу — дословно: «исполняя святость». Это оборот, характерный для семитских языков. Глагол можно понять и немного по-другому: «доводя святость до совершенства». Это цель очищения тела и духа и цель, к которой христиане должны стремиться. С одной стороны, они уже отделены от этого мира и принадлежат Богу, то есть стали «святыми», а с другой, они все еще остаются в мире и, следовательно, их святость еще не совершенна, они «в процессе» ее достижения. Благоговея и трепеща — дословно: «в страхе Божьем»; см. коммент. на 5:11.
ОТКРЫТОСТЬ СЕРДЕЦ (7:2-4)
2 Пустите нас к себе в сердце! Мы никому не причинили зла, никого не разорили, ни на ком не нажились! 3 Я говорю вам это не в укор. Я и раньше вам говорил: вы у нас в сердце, мы вместе и в смерти, и в жизни. 4 Велико мое доверие к вам, велика гордость вами! Во всех моих бедах вы для меня утешение и поддержка, и меня переполняет радость.
7:2 2Кор 12:17 7:3 2Кор 6:11-12; Флп 1:7
Ст. 2 — Пустите нас к себе в сердце! — дословно: «Вместите нас; возьмите нас [в свое сердце]». Это продолжение того, о чем апостол говорил в 6:11, 13 (см. комментарий). После страстного призыва к отделению от всякой нечистоты Павел снова говорит с коринфянами о примирении. Ведь вражда, неискренность и взаимное недоверие препятствуют достижению того совершенства, которого требует Бог. Недаром мир назван одной из составных частей единого «плода Духа» (см. Гал 5:22). Удивительно то, что Павел, будучи апостолом, не проявляет своей власти, не требует, но просит их открыть свои сердца для него, как это сделал он сам. А для этого нужно отбросить всякие подозрения и снова полностью доверять друг другу.
Мы никому не причинили зла, никого не разорили, ни на ком не нажились! — Из этих слов видно, в чем обвиняли апостола его недоброжелатели, которые, вероятно, сумели внушить подозрения в искренности и честности апостола некоторым членам коринфской церкви. Никого не разорили — Так как греческий глагол «фтэ́йро», употребленный здесь, может иметь как прямое, так и переносное значение, возможно иное понимание: «никого не совратили, никого не сбили с пути». В таком случае Павел, защищая себя, указывает на виновников раздора, которые пытались «совратить» их и удалить «от чистой преданности Христу» (см. 11:3). Ни на ком не нажились — О подобном обвинении в свой адрес Павел будет говорить дальше (см. 12:16).
Ст. 3 — Я говорю вам это не в укор. Я и раньше вам говорил: вы у нас в сердце — Апостол знает, что в его словах об отделении от нечистоты и о святости можно было увидеть скрытый укор в адрес не только недоброжелательно настроенных к Павлу пришельцев, но и в адрес некоторых коринфян. Поэтому он сразу же горячо отвергает подобное предположение. Ср. 1Кор 6:5; 1Кор 15:34. Он сменяет «мы» на «я». Павел никогда не говорил ничего с целью обидеть. Если он и позволял себе резкие слова, то он делал это, чтобы добиться исправления. Ведь он любит своих духовных детей. Его сердце для них распахнуто, они живут у него в сердце. Ср. Флп 1:8: «Бог мне свидетель, какой горячей любовью ко всем вам горит мое сердце — как сердце самого Христа Иисуса!» Мы вместе и в смерти, и в жизни — Так как коринфяне живут в его сердце, он не может отделить себя от них. Все, что происходит с ними, происходит и с ним. Он хотел бы вместе с ними жить и вместе умереть. В этом же письме он скажет: «Кто-то ослабевает — разве я не слабею? Кто-то спотыкается и падает — разве я весь не горю?» (11:29). Мы видим любящего пастыря, живущего ради спасения своих детей и готового ради них претерпеть страдания и даже смерть. Апостол употребляет те же слова, какими он говорил о жизни и смерти в единении с Христом.
Ст. 4 — Велико мое доверие к вам, велика гордость вами! — Любовь к коринфянам так переполняет сердце Павла, что он не помнит ни обид, ни подозрений, ни закрытости сердец некоторых из них. Он верит в них и гордится ими. Апостол находит самые теплые слова, выражающие его чувства. Ср. Флп 4:1: «Любимые мои и желанные братья, радость моя и победный венец». Велико мое доверие к вам — дословно: «Я могу говорить с вами смело и открыто» или «Я могу вести себя с вами смело и открыто». Ср. 3:12. Во всех моих бедах вы для меня утешение и поддержка, и меня переполняет радость — Несмотря на множество проблем, существующих в коринфской церкви, Павел способен радоваться, отодвинув на задний план все личные обиды. С одной стороны, у него трезвый и проницательный ум, он видит все их недостатки, а с другой, он исполнен духовного энтузиазма, гордости и радости. В этом он подражает Богу, который относится ко всем людям с прощением, заботой и любовью. Бог был ему поддержкой и опорой в Эфесе (1:8-10). Так и в коринфянах апостол видит свое утешение, свою радость и неустанно благодарит за это. Его предостережения и резкая критика в их адрес не противоречат этим словам радостной благодарности, но парадоксальным образом подтверждают истинность его чувств. Утешение и поддержка — см. коммент. на 1:3.
РАДОСТЬ ПРИМИРЕНИЯ (7:5-16)
5 Да, и после того, как мы пришли к Македонию, нам не было никакого покоя. Везде одни беды, в душе страхи... 6 Но Бог, утешение и поддержка для павших духом, и нас утешил и поддержал приходом Тита. 7 И не только приходом, но и тем, что вы его поддержали. Он рассказал мне, как вы обо мне тоскуете, как сильно горевали и с каким рвением встали на мою защиту. Так что я еще больше обрадовался! 8 Поэтому даже если я вас расстроил своим письмом, то теперь не жалею. Даже если и пожалел — ведь я вижу, что то письмо вас расстроило, пусть и ненадолго, — 9 то теперь радуюсь. Не тому, что вы расстроились, а тому, что благодаря этому огорчению вы раскаялись. Ведь оно — по воле Бога, так что мы вам не нанесли никакого ущерба! 10 Огорчения от Бога рождают раскаяние и, значит, спасение, о чем жалеть не приходится. А огорчения мирские порождают смерть. 11 Смотрите, что наделало это огорчение от Бога! Сколько стало усердия, сколько извинений! А сколько негодования, страха, жажды встретиться, какое горячее желание наказать виновного! Вы в полной мере доказали, что вы в этом деле чисты. 12 Так вот, хотя я и написал то письмо, но не ради человека, совершившего проступок, и не ради человека пострадавшего, а ради того, чтобы вам самим стало ясно, как сильно вы преданы нам перед Богом! 13 И это нас утешило!
Но это утешение еще не все. Гораздо больше мы обрадовались радости Тита. Ведь все вы сняли тяжесть с его души. 14 Я перед ним так вами хвалился, и мне не пришлось краснеть от стыда! Все то лестное, что мы наговорили о вас Титу, оказалось правдой, впрочем, как и все, что мы говорим вам. 15 И теперь, когда Тит вспоминает, как вы его слушались, с каким благоговением и трепетом приняли, он еще больше тянется к вам всей душой. 16 Я рад, что во всем смело могу на вас положиться.
7:5 Деян 20:1-2; 2Кор 2:13 7:6 Ис 49:13; 2Кор 1:3-4 7:8 2Кор 2:4 7:10 Сир 38:18; Мф 27:3-5; Евр 12:17 7:15 2Кор 2:9
Здесь апостол возвращается к теме радостного примирения, прерванной вставкой или длинным отступлением (см. Краткое ведение). В 2:13 рассказывалось, как Павел, тревожась из-за отсутствия Тита, не мог даже продолжать апостольское служение в Троаде, хотя там сложились благоприятные условия для проповеди, и отправился в Македонию. Вероятно, они должны были встретиться в Македонии, если по какой-то причине Тит не придет к назначенному сроку в Троаду (см. коммент. на 2:12).
Ст. 5 — Да, и после того, как мы пришли к Македонию, нам не было никакого покоя — Вероятно, причиной беспокойства были переживания, связанные с коринфянами, страх, что его суровое письмо может так обидеть их, что они разорвут с ним все отношения, а еще воспоминания об опасности, которую Павел пережил в Эфесе, и нетерпеливое ожидание Тита. Апостол боялся, что рассерженные коринфяне могут вылить свое раздражение на его посланца. Все это оставалось в его душе и мучило его, несмотря на то что теперь он находился среди македонских христиан, с которыми его связывали тесные узы дружбы и любви. Македония — см. коммент. на 1:16. Нам не было никакого покоя — дословно: «наша плоть не имела отдыха». Апостол назвал себя «плотью» (в Библии так часто назывался весь человек), подчеркивая этим, с одной стороны, свою слабость и немощность, а с другой, то, что ему причиняли страдания внешние обстоятельства. Везде одни беды, в душе страхи — дословно: «во всех [отношениях] мы страдали: извне нападки (или «ссоры»), внутри страхи». Везде беды — Неизвестно, о каких бедах или ссорах говорит Павел, мы лишь можем предположить, что македонские общины подвергались преследованиям, так что Павел переживал за них. Страхи объяснялись его тревогой за коринфян и за Тита, тем более что позже мы узна́ем, что у него была с собой большая сумма денег.
Ст. 6 — Но Бог, утешение и поддержка для павших духом, и нас утешил и поддержал приходом Тита — Но вот тягостная неизвестность закончилась. Апостол уверен в том, что и на этот раз его, почти что павшего духом, поддержал и утешил Бог. Павших духом — Греческое слово «тапейно́с» в те времена еще не имело значения «смиренный», как традиционно передается это слово в синодальном переводе, но означало «подавленный; униженный». Павла обрадовало появление Тита, потому что он убедился в том, что тот цел и невредим, а также хорошие новости, принесенные ему его сотрудником.
Ст. 7 — И не только приходом, но и тем, что вы его поддержали. Он рассказал мне, как вы обо мне тоскуете, как сильно горевали и с каким рвением встали на мою защиту. Так что я еще больше обрадовался! — Действительно, новости были отрадными. Оказалось, что коринфяне, которые, как показалось Павлу, перешли на сторону пришельцев, в действительности не отреклись от своего апостола. Тит, направляясь к ним, сам тоже сильно переживал и волновался, не зная, как его примут в Коринфе. Но встреча была столь радостной, что все его тревоги исчезли. Тоскуете — буквально: «жаждете». Это означает, что коринфяне с нетерпением дожидаются прихода Павла. Они сильно горевали, потому что осознали свою вину перед ним: вместо того, чтобы решительно выступить против противников Павла, они их слушали и молчали. Теперь они в этом раскаиваются. Они ревностно встали на его защиту, что не может не радовать апостола. Но его «радость не о том, что он победил в споре и доказал свою правоту, а о том, что не ошибся в своем доверии к ним»[84]. Теперь он убедился, что опасность, грозившая коринфской церкви или значительной ее части, миновала.
Ст. 8-9 — Поэтому даже если я вас расстроил своим письмом, то теперь не жалею. Даже если и пожалел — ведь я вижу, что то письмо вас расстроило, пусть и ненадолго, — то теперь радуюсь. Не тому, что вы расстроились, а тому, что благодаря этому огорчению вы раскаялись. Ведь оно — по воле Бога, так что мы вам не нанесли никакого ущерба! — В оригинале это одно длинное предложение с трудным и довольно-таки корявым синтаксисом. Но смысл его понятен. Мы видим, что Павел, написав то суровое письмо, о котором он упоминал в 2:3-4, не был уверен в правильности своего поступка. Его мучили сомнения и страх, что письмо вместо того, чтобы наставить коринфян на ум, разгневает их — причем настолько, что они порвут с ним всякие отношения. Поэтому он, дожидаясь Тита, иногда сожалел о том, что написал чересчур резкое письмо. Но теперь он убедился, что хотя письмо действительно их расстроило, но только на короткое время, ведь они уже помирились. Ведь самое важное это то, что упреки Павла подействовали на них и они раскаялись в том, что не выступили на его защиту сразу же, но промолчали, что могло быть понято как согласие с противниками апостола. И опять же Павел не приписывает себе этого благотворного воздействия, но видит в их раскаянии волю Бога. Поэтому то огорчение пошло им на пользу.
Слово «раскаяние» очень редко встречается в словаре апостола: кроме этих стихов, где оно употреблено дважды, оно есть в Рим 2:4 и 2Тим 2:25 (глагол же см. в этом же письме в 12:21). Все то, что его современники вкладывали в «раскаяние», Павел включает в понятие веры. Некоторые толкователи объясняют это тем, что оно «недостаточно подчеркивает роль Бога в деле спасения»[85]. В то время как греческое слово означает «перемену ума», еврейское гораздо конкретнее и выразительнее. Когда человек грешит, он уходит от Бога, отворачивается от Него, а когда раскаивается, он возвращается, или поворачивается, обращается к Нему. Здесь можно увидеть намек на Моисея, снимавшего покрывало, когда он входил в святилище. Апостол истолковывает по-своему ветхозаветный текст: «когда человек обращается к Господу, покрывало убирается». Коринфяне, усомнившись в своем апостоле, на время оказались «под покрывалом». Но они осознали свою вину перед Богом и обратились к Нему. Они осознали, что виноваты и перед Павлом, это опечалило их, и теперь они жаждут примирения[86].
Ст. 10 — Огорчения от Бога рождают раскаяние и, значит, спасение — Такого рода огорчения дают человеку возможность увидеть свое поведение так, как его видит Бог. От Бога — дословно: «согласно Богу», то есть соответствует Его воле. Сам Павел некогда пережил такое огорчение, посланное ему Богом на дамасской дороге. Спасение — см. коммент. на 2:15. Но здесь это слово, вероятно, означает полноту жизни, достигаемой через единение с Богом и противопоставляемой смерти. Ср. «Ибо истинное по Боге покаяние уничтожает неведение, и прогоняет тьму, и просветляет очи, и знание доставляет душе, и путеводит помысл ко спасению»[87]. О чем жалеть не приходится — Хотя греческое слово «аметаме́летон» может быть понято как прилагательное, относящееся к существительному «раскаяние»[88], современные ученые связывают его со словом «спасение». Действительно, огорчение, результатом которого становится спасение, может только радовать! А огорчения мирские порождают смерть — Апостол противопоставляет два вида огорчений: огорчения «согласно Богу» и огорчения мира, то есть проистекающие из мира. Мирское огорчение — это поверхностное и довольно быстро преходящее неприятное чувство, легкий дискомфорт, так и не приводящий к подлинному изменению жизни. И оно не может привести к спасению, потому что человек продолжает идти прежним путем — тем путем, который неизбежно заканчивается смертью. Мир, согласно короткому и емкому определению, это «сфера, в которой жизнь проживается без Бога и в оппозиции к Богу»[89].
Ст. 11 — Смотрите, что наделало это огорчение от Бога! Сколько стало усердия, сколько извинений! А сколько негодования, страха, жажды встретиться, какое горячее желание наказать виновного! — Теперь апостол объясняет, в чем выразилось их огорчение: они проявили усердное желание загладить свою вину и примириться с Павлом; они негодуют на человека, оскорбившего его, и на самих себя за свою пассивность; они страшатся того, что апостол может покинуть их навсегда; они жаждут как можно скорее встретиться с ним снова[90] и хотят достойно наказать обидчика. Вы в полной мере доказали, что вы в этом деле чисты — Павел убежден, что такая реакция на его письмо полностью доказывает их несогласие с его противниками. Они не встали на их сторону, а следовательно, не виновны.
Ст. 12 — Так вот, хотя я и написал то письмо, но не ради человека, совершившего проступок, и не ради человека пострадавшего — Павел объясняет, что целью его письма не было желание излить свой гнев на обидчика. Это, несомненно, тот самый человек, о котором апостол говорил в 2:5-8 и о прощении которого уже просил коринфян. Вероятно, это пришелец, а не член коринфской церкви, хотя и оказавший на нее сильное влияние[91]. Ради человека пострадавшего — Скорее всего, Павел имеет в виду самого себя. Когда он писал то письмо, им двигало не желание выказать свою обиду и раздражение и не потребовать примерно наказать обидчика. Апостол боялся, что под влиянием подобных людей коринфяне могут сбиться с пути, так что его труды в общине окажутся тщетными. А ради того, чтобы вам самим стало ясно, как сильно вы преданы нам перед Богом — Павел знает, что его апостольскую миссию ему доверил сам Бог, он возвестил им Весть от Бога, он — Его сотрудник и посол. Поэтому его так тревожила ситуация в коринфской церкви. Он переживал не за собственное достоинство, но испытывал страх потому, что понимал: отвержение его как апостола означает одновременно отвержение Божьей Вести, которую он проповедовал. Резкие слова в письме заставили коринфян с новой силой почувствовать, как они любят его и как преданы ему. Перед Богом — И чтобы не возникло ложного представления, что его письмо объясняется не более чем личной обидой, Павел подчеркивает, что он добивается от коринфян преданности себе как апостолу, назначенному Богом, а вовсе не требует личной лояльности. Не перед ним, но перед Богом христиане ответственны за свое поведение, за свои дела и слова.
Ст. 13 — И это нас утешило! — см. 7:4. Но Павла утешило не только это. Гораздо больше мы обрадовались радости Тита. Ведь все вы сняли тяжесть с его души — Апостол не отделяет себя от своих сотрудников. Он переживал не только за себя, но и за Тита, боясь, что коринфяне не примут его или проявят к нему враждебность как к посланцу Павла. Очевидно, и сам Тит направлялся в Коринф с тяжелым сердцем. Но теперь он тоже преисполнен радости.
Ст. 14 — Я перед ним так вами хвалился, и мне не пришлось краснеть от стыда! Все то лестное, что мы наговорили о вас Титу, оказалось правдой — Отправляя Тита с нелегкой миссией, Павел, хотя и оскорбленный, вероятно, не жалел слов похвалы в адрес коринфян. Эти похвалы не были ложными. Ведь Павел знал, что они с радостью приняли его Весть, когда он впервые появился в Коринфе, что Дух Божий действует в них, что в них живет Христос. Точнее, он верил не столько в коринфян, сколько в Бога, действующего через Свой Святой Дух в их жизни[92]. Но, скорее всего, Тит в глубине души не очень верил этим похвалам. Если бы он встретил неприязнь и вражду, Павлу пришлось бы стыдиться своих духовных детей. Это тоже было одной из причин его волнений. Впрочем, как и все, что мы говорим вам — Павел снова подчеркивает свою искренность, честность и прямоту в отношениях со своими духовными детьми, что является одной из важнейших тем этого письма.
Ст. 15 — И теперь, когда Тит вспоминает, как вы его слушались, с каким благоговением и трепетом приняли, он еще больше тянется к вам всей душой — Теперь горячие чувства Тита к коринфянам вызваны не только похвалами Павла, но и подтверждены его собственным опытом. Они слушались его не потому, что он проявлял свою власть, а потому, что осознали свою любовь и преданность Павлу и тому, кого он к ним послал, ведь дальше в этом письме Павел скажет, что они с Титом одного духа (12:18). С каким благоговением и трепетом — дословно: «с каким страхом и трепетом». Конечно, страх можно объяснить, если предположить, что Павел пригрозил непокорным коринфянам полным разрывом отношений. Но надо помнить о том, что апостол постоянно подчеркивает не личную обиду, а опасение, что коринфские христиане сойдут с пути Божьего. Поэтому он употребляет то словосочетание, которое обычно относится к Богу. Это страх Божий. См. коммент. на 6:11-12. Тянется к вам всей душой — дословно: «его внутренности еще больше к вам расширились». В еврейской антропологии внутренности понимались как седалище любви, милосердия и чувства глубокой привязанности, недаром Бог часто назывался благоутробным. Ср. также Флп 1:8, где употреблено то же слово.
Ст. 16 — Я рад, что во всем смело могу на вас положиться — Павел завершает тему примирения уверенностью в том, что отныне между ними будет всегда существовать взаимное доверие.
Примечания
[84] В. Лапшин. Читая апостола Павла: Второе Послание к Коринфянам, с. 232.
[85] F. Т. Fallon. 2 Corinthians, р. 64.
[86] R. Р. Martin. 2 Corinthians, р. 230.
[87] Завещание Двенадцати патриархов. Завещание Гада 5:7.
[88] См. синодальный перевод: «неизменное покаяние». Но этим не передается парадокс апостола, у которого дословно: «нераскаянное раскаяние»!
[89] М. Е. Thrall, The First and the Second Letters of Paul to the Corinthians, 1:493.
[90] В оригинале стоит только слово «желание», но все комментаторы убеждены в том, что речь идет о желании снова увидеться.
[91] Существуют следующие точки зрения: 1) это человек, совершивший кровосмешение (см. 1Кор 5:1-5). В наше время она практически никем не поддерживается, потому что, во-первых, Павел уже разрешил эту проблему, а во-вторых, оскорбление, о котором идет речь в этом письме, явно касается лично Павла; 2) это человек, обратившийся в языческий суд с иском против другого христианина (см. 1Кор 6:1-11); это мнение с самого начала мало кем разделялось; 3) какой-то член коринфской церкви, выступивший против апостольского авторитета Павла; 4) кто-то, принадлежавший к группе лжеапостолов, которых Павел будет подвергать резкой критике в главах 10-13; 5) член коринфской церкви, решительно примкнувший к лжеапостолам.
[92] P. Barnett, The Second Epistle to the Corinthians, p. 384-385.