Рахиль, огорченная неплодством, дает рабыню Валлу Иакову в качестве наложницы.
Быт 30:1. И увидела Рахиль, что она не рождает детей Иакову, и позавидовала Рахиль сестре своей, и сказала Иакову: дай мне детей, а если не так, я умираю.
Взаимная ревность жен, неизбежная спутница полигамии вообще, получает особую силу и остроту в том случае, когда одна из жен была бездетна, а другая имела детей (ср. 1Цар 1:2, 6; Втор 21 и д.). Несвободна была от этого зла и семья Иакова: «были несовершенны и дочери мужа неблагочестивого, именовавшего богами истуканов. Посему-то законоположник Бог запрещает подобный брак и говорит: «Не бери жены вместе с сестрою ее, чтобы сделать ее соперницею» (Лев 18:18); (блаженный Феодорит, отв. на вопр. 87). Требование детей у Иакова, помимо Бога, со стороны Рахили есть требование неразумное и неблагочестивое, «свойственное жене и душе, терзаемой ревностью» (Иоанн Златоуст, Бес. 61, с. 601). Потому оно и вызывает гнев Иакова, хотя тягость бездетности у древних евреев делала его почти синонимом смерти (подобным этому бедствию считались только проказа и слепота, — также уподобляемые смерти), как и говорит здесь Рахиль, и это смягчает ее виновность.
Быт 30:2. Иаков разгневался на Рахиль и сказал [ей]: разве я Бог, Который не дал тебе плода чрева?
Иаков обращает мысль Рахили к Богу, Виновнику всякой жизни и источнику размножения человечества путем рождений (Быт 1:28; Быт 9:1, 7; Пс 126:3).
По древнееврейскому воззрению (Beresch. r. par. 78, s. 355), Бог хранит три ключа, которых не передает ни Ангелу, ни серафиму: жизни и рождения (1Цар 2:5−6; Пс 112:9; Пс 126:3);: дождя или плодородия (Втор 28:12) и: гроба и воскресения (Иез 37:12−13).
Учение благоговейное и утешительное, которое полагает в руке самого Бога и начало, и продолжение, и совершение бытия человеческого (м. Филар., Зап. на кн. Бытия 2, 65−66).
Быт 30:3. Она сказала: вот служанка моя Валла; войди к ней; пусть она родит на колени мои, чтобы и я имела детей от нее.
По примеру Сарры, предложившей Аврааму Агарь (Быт 16:2), Рахиль отдает рабыню свою Валлу в качестве жены Иакову с тем, чтобы дети от этого брака родились «на колени» госпожи (ср. Быт 30:3; Иов 3:12), т. е. по усыновлению считались ее собственными детьми, — обычай, доселе существующий в Китае, у библейских же евреев вытекавший из того же страстного желания потомства, который мужа побуждал к полигамии (по крайней мере к бигамии), а жену заставлял решаться на такое самоотречение, как готовность временно уступить свои права в отношении мужа рабыне. Вместо: «чтобы я имела детей от нее» с евр. (ibbaneh): «чтобы я построила себе дом (потомство) от нее».
Быт 30:6. И сказала Рахиль: судил мне Бог, и услышал голос мой, и дал мне сына. Посему нарекла ему имя: Дан
«Так Рахиль получила некоторую отраду, когда родила рабыня; поэтому и дает сама имя дитяти» (Злат. 61, 603). Имя «Дан» с евр. «судил», т. е. Бог по суду Своей правды освободил Рахиль от позора бездетности. В (Быт 49:16) имя это сближается с назначением колена Данова «судить» Израиля.
Быт 30:7−8. И еще зачала и родила сына Валла, служанка Рахилина, другого сына Иакову.
И сказала Рахиль: борьбою сильною боролась я с сестрою моею и превозмогла. И нарекла ему имя: Неффалим.:
Имя Неффалим, евр. Нафтали, — «борение», «борьба» (или «борец»), разумеется борьба не столько открытая и веденная силой, сколько искусством, интригой (евр. patal имеет значение «извиваться», откуда niphtal, искривленный, коварный (ср. Иов 5:13; Притч 8:8).
Борьбу свою с Лией Рахиль называет «Божией», может быть, в смысле силы, напряженности этой борьбы (ср. выражения: «горы Божии», «кедры Божии» (Пс 35:7; Пс 79:11), или (по Таргуму) — в смысле: молитвенного обращения Рахили к Богу при соревновании с Лиею; такою борьбою молитвы боролся позже Иаков (Быт 32:24−30; Ос 12:3−4). О победе Рахили над Лией после того, как у первой родились только два и притом приемных сына, а у второй уже было 4 собственных, говорить можно было только в том приподнятом настроении духа, какое переживала теперь Рахиль. LXX, Vulg., слав. выражают мысль, что Рахиль только: сравнилась с сестрою. Во всяком случае, нет нужды в предположении Гункеля (s.302), что, по Элогисту (предполагаемый автор Бытия ХХХ), у Лии доселе был пока один сын.
Лия из ревности отдает Иакову свою служанку Зельфу и последняя рождает Гада и Ассира.
Быт 30:9. Лия увидела, что перестала рождать, и взяла служанку свою Зелфу, и дала ее Иакову в жену, [и он вошел к ней].
Поступок Лии, имевшей уже 4 сынов, еще менее извинителен, чем бездетной долго Рахили. Но превозношение последней со всею силою возбудило в Лии ревность, и она устраивает новое сожительство Иакова; «зная, — говорит Абарбанель, — что Иаков будет иметь 4 жены, Лия спешит предупредить, как бы он не взял 4-ю жену со стороны» (Philipps. 151).
Быт 30:10−11. И Зелфа, служанка Лиина, [зачала и] родила Иакову сына.
И сказала Лия: прибавилось. И нарекла ему имя: Гад.
Гад — с евр. счастье (у (Ис 65:11) Гад — божество счастья у язычников). Слово bagad — в счастье или: к счастью, LXX: ἐυτύχη, Vulg:. feliciter, слав:. «благо мне случися» — некоторые евр. кодексы (у Кеникотта) разделяют на два: ba † gad, «идет или пришло счастье»; последнее чтение отмечено у масоретов знаком Keri. Но авторитет LXX, И. Флавия, Таргума и параллелизм слова bagad со словом beaschri (ст. 13) говорят в пользу первого чтения.
На вопрос: почему Писание упоминает здесь о случае (τύχη) блаженный Феодорит отвечает (с. 88): «слова: «благо мне случися» изречены не Иаковом, а женою его Лией, воспитанною не в благочестии или мало наставленною в божественном». В (Быт 49:19) имя Гад сближается со словом gedud, сонм, отряд («идет сонм», т. е. детей, как некоторые толковали).
Быт 30:12−13. И [еще зачала] Зелфа, служанка Лии, [и] родила другого сына Иакову.
И сказала Лия: к благу моему, ибо блаженною будут называть меня женщины. И нарекла ему имя: Асир.
Имя второго сына Зельфы — Ашер-Асир по значению синонимично имени Гад: beaschri (Vulg:. рrо beatudine mea) — «к счастью, ко благу моему»; мотив: «яко ублажат мя» (ст. 13) напоминает величественное исповедание Богоматери (Лк 1:48).
Лия рождает последних детей: Иссахара, Завулона и дочь Дину.
Быт 30:14. Рувим пошел во время жатвы пшеницы, и нашел мандрагоровые яблоки в поле. и принес их Лии, матери своей. И Рахиль сказала Лии [сестре своей]: дай мне мандрагоров сына твоего.
Рувим (имевший в данное время, вероятно, лет 5 от роду), во время жатвы пшеницы, т. е. в мае, в поле находит мандрагоры или мандрагоровые яблоки, евр. название: дудаим, amatoria (LXX: μῆλα μανδραγόρων) — яблоки любви; по вероятнейшему объяснению, растение это — так называемое Atropa belladona (род белены), растущее в Палестине или соседних странах, имеющее наркотические свойства и считавшееся содействующим чадородию. На крепком стволе этого растения появляются зеленовато-белые лепестки цветов, служащие предвестием весне (Песн 7:14), из которых к маю созревают небольшие яблочки красно-желтого цвета, с сильным наркотическим, хотя и приятным запахом. Вера в таинственное отношение этого растения (по строю своему напоминающего человека) побуждала и в древности, и в средние века приготовлять из него напиток любви. По-видимому, в Месопотамии мандрагоры были редки, и страстная Рахиль, не утратившая еще надежды иметь собственных детей, прибегает к предполагаемой магической силе мандрагоров. В условии о последних достигает наивысшей степени борьба Лии и Рахили.
Быт 30:15−16. Но [Лия] сказала ей: неужели мало тебе завладеть мужем моим, что ты домогаешься и мандрагоров сына моего? Рахиль сказала: так пусть он ляжет с тобою эту ночь, за мандрагоры сына твоего.
Иаков пришел с поля вечером, и Лия вышла ему навстречу и сказала: войди ко мне [сегодня], ибо я купила тебя за мандрагоры сына моего. И лег он с нею в ту ночь.
Лия, разделяя веру Рахили в оплодотворяющую силу мандрагоров, не соглашается уступить их Рахили, причем как из ее упрека, так из ответа Рахили видно, что Рахиль всецело завладела Иаковом (ср. «превозмогла», ст. 8), так что только с ее разрешения, за уступленные ей Лиею мандрагоры, последняя получает супружеское общение с Иаковом. Без сомнения, священнописатель не разделяет суеверия Лии и Рахили о действии мандрагоров и еще менее приписывает (вопреки мнению некоторых раввинов и новых библейских критиков) какое-либо влияние на последующее рождение детей у Лии — Иссахара и Завулона и у Рахили — Иосифа: все это он представляет делом благодати Божией (Быт 30:18, 20, 22).
Быт 30:17−18. И услышал Бог Лию, и она зачала и родила Иакову пятого сына.
И сказала Лия: Бог дал мне возмездие за то, что я отдала служанку мою мужу моему. И нарекла ему имя: Иссахар [что значит возмездие].
«Поелику Бог видел, что Лия удручена скорбью и не пользуется расположением, то услышал ее» (Иоанн Златоуст 56, 604). В рождении своего пятого сына после некоторой остановки Лия усматривает награду от Бога за предоставление ею служанки Иакову, — по воззрениям того времени (и, может быть, вследствие особой любви к Иакову), она считает этот поступок достойным похвалы. В имени Иссахар (с евр. или: «принесет награду», т. е. Бог, по Kerï «issa scnakar», или: «есть награда»; по Ketib: «esch sakar»), Лия выражает идею возмездия, платы, указывая, с одной стороны, на самоотречение свое в отношении служанки, с другой, — на приобретение Иакова у Рахили платою мандрагоров.
Быт 30:19−20. И еще зачала Лия и родила Иакову шестого сына.
И сказала Лия: Бог дал мне прекрасный дар; теперь будет жить у меня муж мой, ибо я родила ему шесть сынов. И нарекла ему имя: Завулон.
С рождением шестого (и последнего) сына Лия высказывает еще раз надежду на приязнь мужа (у арабов и поныне значение жены растет по мере увеличения ее сыновей); в словах ее — обычная в еврейском языке игра слов: «завад» — «зевед» — дал (Бог) дар (сына); «завал» — будет жить (Иаков); от последнего слова — «Завулон» (по блаженному Иерониму — habitaculum).
Быт 30:21. Потом родила дочь и нарекла ей имя: Дина.
— судящая (женский род к слову «Дан», ст. 6). Ничего более не говорится по поводу имени дочери — ввиду меньшего значения женщин в древнееврейских генеалогиях; равно не упомянуты другие дочери Иакова (Быт 46:7) — по той же причине. Дина же, может быть, родившаяся позже, упомянута здесь, ввиду бывшего с нею в Сихеме приключения (Быт 34) и для полноты сказания о детях Иакова.
Рахиль рождает Иосифа.
Быт 30:22−23. И вспомнил Бог о Рахили, и услышал ее Бог, и отверз утробу ее.
Она зачала и родила [Иакову] сына, и сказала [Рахиль]: снял Бог позор мой.
«Вспомнил Бог» — на библейском языке значит: послал милость после испытания (ср. Быт 8:1; Быт 19:29; 1Цар 1:11, 19). «Позор» — бездетности (ср. Ис 4:1; Ис 54:1−4; Лк 1:25).
Быт 30:24. И нарекла ему имя: Иосиф, сказав: Господь даст мне и другого сына.
И имя «Иосиф» (как Завулон, ст. 20, и Иссахар, ст. 18) в устах Рахили имеет двоякое производство и значение: «отнимающий, снимающий» (позор бездетства) и «прибавляющий, дающий еще» (т. е. другого сына), — «Бог отнял позор и да прибавит Он другого сына», говорит Рахиль; последнее желание, по раввинам, было пророчеством (Beresch. r. Par. 72:5, 354); оно сбылось в рождении Вениамина (Быт 35:16−18), причем Рахиль умерла.
Иаков, собираясь возвратиться в Ханаан, заключает новый договор с Лаваном, снова работает у него 6 лет и, благодаря искусству и хитрости своей, богатеет.
Быт 30:25−26. После того, как Рахиль родила Иосифа, Иаков сказал Лавану: отпусти меня, и я пойду в свое место, и в свою землю;
отдай [мне] жен моих и детей моих, за которых я служил тебе, и я пойду, ибо ты знаешь службу мою, какую я служил тебе.
Непосредственно после рождения Иосифа, когда условленный — 14-летний срок службы Иакова у Лавана окончился, Иаков выражает решимость возвратиться на родину, к чему побуждали его, может быть, какие-либо известия из дома (предание сообщает, чего Ревекка прислала к Иакову свою кормилицу Девору (Быт 35:8) возвратить его на родину, как обещала она ему (Быт 27:45), (см. Philipps. s. 184), а главным образом горькое сознание, что за 14 лет даровой работы у скупого Лавана он еще ничего не приобрел для своей семьи (ср. ст. 30); при этом Иаков (в словах — «отпусти меня», «ты знаешь мою службу») делает намек, что он заслужил от Лавана некоторого пособия, намек, понятый Лаваном (см. ст. 28). Что, однако, решение расстаться с Лаваном у Иакова пока еще не было твердо, видно из того, что он скоро соглашается остаться у тестя на новых условиях: тем настойчивее отселе преследует Иаков цель обеспечения своей многочисленной семьи, средствами, как видно из последующего, не всегда нравственно безупречными.
Быт 30:27−28. И сказал ему Лаван: о, если бы я нашел благоволение пред очами твоими! я примечаю, что за тебя Господь благословил меня.
И сказал: назначь себе награду от меня, и я дам [тебе].
Лаван, по опыту зная великую цену службы Иакова, начинает увещание остаться еще — в униженно-просительном тоне. «Я примечаю»: — с еврейского: «я узнал гаданием» (ср. Быт 44:15), — может быть, посредством бывших у Лавана терафимов (согласно мазоретскому тексту) (Быт 31 и др.); но возможно и более широкое значение евр. nachasch — в смысле «догадываться». Лаван признает (ст. 27), что с прибытием к нему Иакова хозяйство его пошло особенно успешно (ср. ст. 30) и предлагает ему самому (как и раньше) (Быт 29:15), назначить себе плату.
Быт 30:29−30. И сказал ему [Иаков]: ты знаешь, как я служил тебе, и каков стал скот твой при мне;
ибо мало было у тебя до меня, а стало много; Господь благословил тебя с приходом моим; когда же я буду работать для своего дома?
Начинается новый договор зятя и тестя, характеризующийся с внешней стороны чисто восточною вежливостью и многословием, а вместе показывающий чрезвычайную расчетливость Лавана.
Иаков в ответе своем повторяет мысль Лавана о благоуспешности Лаванова хозяйства со времени своего прихода к нему, и уже прямо высказывает намерение свое скорее начать работу на пользу собственной семьи.
Быт 30:31−32. И сказал [ему Лаван]: что дать тебе? Иаков сказал [ему]: не давай мне ничего. Если только сделаешь мне, что́ я скажу, то я опять буду пасти и стеречь овец твоих.
Я пройду сегодня по всему: стаду овец твоих; отдели из него всякий скот с крапинами и пятнами, всякую скотину черную из овец, также с пятнами и с крапинами из коз.: Такой скот будет наградою мне [и будет мой].
На вопрос Лавана о плате, какую желал бы Иаков отселе получать с него, Иаков, употребляя свойственный древнему (Быт 23:6−18) и новому Востоку прием, сначала как бы отказывается от всякой платы, но затем соглашается продолжать службу у Лавана на следующем условии, по которому он будет получать вознаграждение натурой: пестрых и черных овец и пестрых коз. Такое условие должно было получить силу сейчас же по заключении его (см. добавление LXX-ти в конце ст. 32-го: слова, в русском (Синодальном) переводе поставленные в скобках): скот с указанными приметами, наличный, поступал теперь же в собственность Иакова, и так должно было быть и на будущее время. Но назначенного цвета особи — редкость на Востоке: овцы там обычно белые (Песн 4:2), а козы черные.
Быт 30:34. Лаван сказал [ему]: хорошо, пусть будет по твоему слову.
Так «Иаков просит у Лавана того, что, по естественному порядку вещей, казалось трудным или и вовсе невозможным, а Лаван, по этой самой причине не замедлил согласиться на его требование» (Иоанн Златоуст, Бес. 57, с. 608). Но искусство Иакова препобедило природный порядок вещей (37 ст.).
Быт 30:35−36. И отделил в тот день козлов пестрых и с пятнами, и всех коз с крапинами и с пятнами, всех, на которых было: несколько белого, и всех черных овец, и отдал на руки сыновьям своим;
и назначил расстояние между собою и между Иаковом на три дня пути. Иаков же пас остальной мелкий скот Лаванов.
Субъектом, который «отделил» скот одноцветный от разноцветного, включая в счет последнего и черных овец, по связи с предыдущим (34) стихом и с последующею речью, является Лаван; «сыновья» — разумеется, дети Лавана, так как сыновья Иакова были слишком еще молоды, чтобы им мог быть поручен уход за стадом; притом недоверие Лавана к Иакову побуждало его поручить скот, отобранный в награду Иакову, надзору своих собственных сыновей, указав расстояние «между собою» и стадами своими, поручаемыми Иакову, и между стадами последнего, которые теперь имели стеречь сыновья Лавана. Если таким образом Лаван принимает (согласно предложению и самого Иакова) меры к ограждению своего скота от перехода во владение Иакова, то последний, в свою очередь, употребляет следующие три приема к увеличению в его собственном стаде особей условленных цветов, — и достигает цели, хотя средствами в нравственном отношении не безупречными.
Быт 30:37−39. И взял Иаков свежих прутьев тополевых, миндальных и яворовых, и вырезал на них [Иаков] белые полосы, сняв кору до белизны, которая на прутьях,
и положил прутья с нарезкою перед скотом в водопойных корытах, куда скот приходил пить, и где, приходя пить, зачинал перед прутьями.
И зачинал скот перед прутьями, и рождался скот пестрый, и с крапинами, и с пятнами.
Первый прием: как опытный скотовод, Иаков утилизирует известную и древним чрезвычайную восприимчивость овец и коз к внешним впечатлениям и чувственным ощущениям во время случки — в водопойных корытах он кладет пред глазами разгоряченных в это время маток пестрые прутья тополя, явора и миндального дерева, искусно обнажив их от коры и сделав разноцветными. Последствием этого было массовое рождение животных с разного рода и формы пятнами и крапинами, которые, согласно условию (ст. 33−34), делались собственностью Иакова. Можно думать, что Иаков при этом «не на жезлы, остроганные, полагался, а ожидал божественной помощи» (отв. на вопр. 90, блаженного Феодорита), и что в совершавшемся было «много дивного и превышающего естественный порядок вещей» (Иоанн Златоуст, 57, 609).
Быт 30:40. И отделял Иаков ягнят и ставил скот лицем к пестрому и всему черному скоту Лаванову; и держал свои стада особо и не ставил их вместе со скотом Лавана.
Второй прием: кроме впечатления на овец и коз, производимого пестрыми прутьями, Иаков, имея ввиду тот же закон природы, производил на них впечатление видом пестрого скота, заставляя последний проходить пред глазами маток, но, помня условие, не смешивать все-таки скот свой со скотом Лавана.
Быт 30:41−42. Каждый раз, когда зачинал скот крепкий, Иаков клал прутья в корытах пред глазами скота, чтобы он зачинал пред прутьями.
А когда зачинал скот слабый, тогда он не клал. И доставался слабый: скот Лавану, а крепкий Иакову.
Наконец, третий прием: желая иметь скот не только в большом количестве, но и хорошего качества, а с другой стороны — не сделать увеличение своего скота слишком заметным Лавану, Иаков означенные два приема применял только в то время, когда зачинался скот крепкий, т. е. ранней весной (Rosenmuller, Scholia, 1:1, p. 478−479), а когда имел зачинаться скот слабый, то предоставлял дело самой природе, и скот рождался одноцветный, достававшийся Лавану.
Быт 30:43. И сделался этот человек весьма, весьма богатым, и было у него множество мелкого скота [и крупного скота], и рабынь, и рабов, и верблюдов, и ослов.
Приобретаемый все в большем количестве скот Иаков продавал и променивал на нужные ему предметы: так он обогатился, — благословение Исаака явно начало сбываться над Иаковом. Но вместе с тем отношения его к Лавану стали обостряться — снова создавалось для Иакова положение вещей, требовавшее божественного содействия и руководства, и оно было дано ему (гл. 32−33).
