1. Видение Даниила в третий год царствования Кира. 2−3. Состояние пророка пред видением. 4−10. Время видения, его обстановка и состояние при этом пророка и его спутников. 11−21. Содержание откровения.
Дан 10:1. В третий год Кира, царя Персидского, было откровение Даниилу, который назывался именем Валтасара; и истинно было это откровение и великой силы. Он понял это откровение и уразумел это видение.
По своему характеру откровение была совершенная истина; оно являлось сообщением того, что непременно исполнится, осуществится. По предмету оно — откровение великой скорби («силы»).
Дан 10:2. В эти дни я, Даниил, был в сетовании три седмицы дней.
Дан 10:3. Вкусного хлеба я не ел; мясо и вино не входило в уста мои, и мастями я не умащал себя до исполнения трех седмиц дней.
Поводом к откровенно служила глубокая печаль пророка, выразившаяся в посте. Он воздерживался от мяса, вина и вкусного хлеба, считавшихся у иудеев праздничною пищею (Быт 27:25; Ис 22:13), и не умащал себя благовонным маслом, что было знаком радости (Еккл 9:8; Ис 61:3; Ам 6:6). Так проводил пророк три недели первого месяца (Дан 10:4), т. е. Нисана, следовательно, и дни пасхального торжества. Причины подобной печали, как можно догадываться, заключались в следующем. Судя по Дан 10:12), пророк Даниил и в третий год царствования Кира не оставлял дум и забот о своем народе, тех дум, которые начались с первого года правления Дария Мидянина (Дан 9 и д.). Малоотрадные и утешительные, так как современное состояние евреев было печально и в будущем не предвещало ничего хорошего, они и повергли пророка в скорбь. И действительно, хотя после возвращения иудеев на родину прошли целых два года, но возвратившиеся не нашли здесь счастья. Восстановив жертвенник (1 Ездр.3:1−2), они приступили к построению храма. Но уже при закладке его радостные крики народа смешивались с плачем стариков, видевших прежний храм в его славе (1 Ездр.3:12−13), а немного спустя радость и совсем должна была исчезнуть. Начались происки самарян, всеми силами старавшихся вооружить против Иудеев персидское правительство и остановить постройку храма (1 Ездр.4:1−5). Цель была ими достигнута, благодаря чему через два года по освобождении иудеи не могли отпраздновать праздника Пасхи должным образом. Неудивительно поэтому, если и пророк Даниил разделял в эти дни скорбь своих соотечественников.
Дан 10:5. и поднял глаза мои, и увидел: вот один муж, облеченный в льняную одежду, и чресла его опоясаны золотом из Уфаза.
Дан 10:6. Тело его — как топаз, лице его — как вид молнии; очи его — как горящие светильники, руки его и ноги его по виду — как блестящая медь, и глас речей его — как голос множества людей.
Вид явившегося Даниилу мужа напоминает вид Сына Человеческого (Откр 1:13−15), почему некоторые и считают его лицом Божественным. Но как видно из Дан 10:11, явившийся — один из служебных духов, а вся его речь (Дан 10:11−12) напоминает, точнее, воспроизводит слова Архангела Гавриила (Дан 9:21−22), ввиду чего и возможно отожествление мужа настоящего видения с этим последним.
Дан 10:7. И только один я, Даниил, видел это видение, а бывшие со мною люди не видели этого видения; но сильный страх напал на них и они убежали, чтобы скрыться.
Спутники пророка самого видения не видели, но слышали, вероятно, необыкновенный голос явившегося (Дан 10:6) и, чувствуя близость небесного посланника, в ужасе разбежались.
Дан 10:8. И остался я один и смотрел на это великое видение, но во мне не осталось крепости, и вид лица моего чрезвычайно изменился, не стало во мне бодрости.
Дан 10:9. И услышал я звук слов его; и как только услышал звук слов его, в оцепенении пал я на лицо мое и лежал лицом к земле.
Дан 10:10. Но вот, коснулась меня рука и поставила меня на колени мои и на длани рук моих.
Сам пророк чувствовал себя внутренне как бы совершенно пораженным. Из состояния оцепенения его вывело прикосновение руки явившегося; но и после этого он был в состояли только едва приподняться на колени, держаться в полу-стоячем положении, опираясь о землю руками и коленами.
Дан 10:12. Но он сказал мне: «не бойся, Даниил; с первого дня, как ты расположил сердце твое, чтобы достигнуть разумения и смирить тебя пред Богом твоим, слова твои услышаны, и я пришел бы по словам твоим.
Дан 10:13. Но князь царства Персидского стоял против меня двадцать один день; но вот, Михаил, один из первых князей, пришел помочь мне, и я остался там при царях Персидских.
Еще в первый год Дария Мидянина Ангел возносил пред Богом горячую молитву пророка Даниила об освобождении иудеев из плена (Дан 9:4−19); теперь, в 3-й год Кира тот же Ангел повергал пред престолом Божиим горячую молитву пророка о том, что сокрушало его, — об улучшении бедственного состояния переселенцев. О том же самом ходатайствовал со своей стороны Михаил, «князь иудейский». И это соединенное предстательство было услышано Богом с первого же дня. Но исполнению просьб Ангела и князя Михаила противится «князь царства персидского», действующий в пользу своего народа. «Князь царства персидского», — охранитель мидо-персидских интересов, противится исполнению Богом молитвы Даниила потому, что с исполнением обетования о спасении евреев и основании на земле Царства Божия тесно связано умаление и сокрушение власти боговраждебных народов (Зах 1:11−12). С этой стороны противление духа хранителя мидо-персидского царства аналогично клевете сатаны на первосвященника Иисуса (Зах 3:1−3). Перевес в духовной борьбе между представителями воинства небесного не склонялся ни в ту, ни в другую сторону; и молитва пророка не могла быть удовлетворена; даже теперь Ангел удаляется, чтобы бороться с князем персидским (Дан 10:20). Речь Ангела, разъясняя причину тех противодействий, которые встречали Иудеи со стороны персидского правительства при построении храма, доставляет пророку Даниилу и утешение, поскольку раскрывает, что за благо иудеев борется и он, Архангел Михаил.
Дан 10:14. А теперь я пришел возвестить тебе, что будет с народом твоим в последние времена, так как видение относится к отдаленным дням».
Не имея однако возможности выполнить молитву Даниила: борьба с князем царства персидского не окончена и в будущем предстоит ее продолжение (Дан 10:20), Ангел обещается открыть пророку судьбу его народа в отдаленные времена. Насколько можно догадываться по Дан 10:20, под ними разумеется период греко-македонского владычества («придет князь Греции»). Изложению истории этого последнего в его отношениях к богоизбранному народу и посвящено откровение 11 гл.
