Афанасий Великий (~295−373)
Положшаго душу мою в живот. Возвеселюсь о таковых чудесах и о Соделавшем их. Он, как Владыка и на все призирающий, различает живущих на земле и налагает наказания на недостойных. Под очами же Псалмопевец разумеет Апостолов.
Источник: Толкование на псалмы.
Феодорит Кирский (386/93−~457)
«Положшаго душу мою в животь, и не давшаго во смятение ног моих». Ибо, предав меня людям злочестивым, не попустил мне совратиться и оставить путь правый. Заметить же надобно, что все сие говорит сонм благочестивых; потому что Бог послал с ними мужей, сияющих благочестием, как некиих наставников и пестунов, которые всех поощряют, просвещают и руководствуют к благочестию. Таков был Даниил, таков Иезекииль, таковы Анания, Азария и Мисаил. Им и тем, которые им подобны, прилично было сказать предлагаемыя здесь слова: ибо от их лица написала сие благодать Духа.
Евфимий Зигабен (~1050−~1122)
Положшаго душу мою в живот, и не давшего во смятение ног моих.
Как рабство подобно смерти, по выражению мудрых; то посему жизнью Давид называет здесь свободу: Бог, говорит, извел душу мою в свободу и не попустил мне предать жизнь мою смятению и совращению в нечестие.
Григорий Нисский дает сим словам значение высшее: Бог даровал душам нашим жизнь, не только потому, что вдохнул в нас духа жизни, но и потому, что дал нам закон жизни, при сохранении которого Адам остался бы в живых и не были бы преданы ноги его смятению, которые враг обманом своим поколебал. Но Бог опять дает душе нашей жизнь чрез веру и не предает во смятение ног внутреннего человека, ибо поставил и утвердил их на камени, каковый камень был Христос—неразрывное Божие Слово. Другой говорит: Дает жизнь души, когда она приобретает совершенство веры во спасение верным, так сказать приложением. И душа моя для Него живет; а живет душа тогда, когда имеет добродетель и мудрость и умирает душа для Бога, когда согрешает. Правдою Твоею оживотвори меня. Не колеблются ноги у того, который утвердился в крепчайшем Божием слове, говоря с благодарностью: Ты поставил на камени ноги мои.