И ты, сын человеческий, скажи дому Израилеву: вы говорите так: «преступления наши и грехи наши на нас, и мы истаеваем в них: как же можем мы жить?»
Сын человеческий, скажи дому Израиля: «Вы говорите: „Наши преступления и грехи гнетут нас. Мы угасаем из-за них[129]. Как нам выжить?“»
Сын человеческий, вот что передай дому Израилеву. Вы говорите: “на нас наши грехи и пороки, так мы и загниваем — разве продлится наша жизнь?”
Современный перевод РБО
Человек! Скажи народу Израилеву: „Вы твердите: ‚Мы несем бремя наших грехов и преступлений! Они губят нас. Разве можем мы остаться в живых?‘ “
Смертный человек! Вот что скажи роду Израилеву. Вы говорите: „На нас вина в преступлениях наших и грехах, из-за них мы заживо гнием[7] — разве мы можем выжить?“
И ты, сын человеческий, скажи дому Израиля: "Вы говорите так: "Наши преступления и грехи — на нас, и мы гниём в них. Разве мы можем выжить?"
«Поэтому говори, сын человеческий, с людьми Израиля от Моего имени. Они могут сказать: „Мы грешили и нарушили заповедь, наши грехи невыносимы, мы гниём от них. Что же нам делать, чтобы жизни наши не оборвались?”
"Поэтому говори, сын человеческий, с людьми Израиля от Меня. Они могут сказать: "Мы грешили и нарушили заповедь, наши грехи слишком тяжелы, чтобы их можно было перенести, мы гниём от них. Что можно сделать, чтобы жизни наши продолжились?"
А ты, сын человеческий, скажи дому Израилеву: вы так говорите: „преступления863 наши и беззакония наши на нас и мы истаеваем в них, и как нам быть живыми“?864.
И҆ ты̀, сы́не человѣ́чь, рцы̀ до́мꙋ і҆и҃левꙋ: си́це рѣ́сте глаго́люще: пре́лєсти на́шѧ и҆ беззакѡ́нїѧ на̑ша въ на́съ сꙋ́ть, и҆ мы̀ въ ни́хъ та́емъ, и҆ ка́кѡ на́мъ живы̑мъ бы́ти;
И ты, сыне человечь, рцы дому Израилеву: сице ресте глаголюще: прелести нашя и беззакония наша в нас суть, и мы в них таем, и како нам живым быти?