И в Ае, и в Бет-Эле не осталось никого, кто не погнался бы за израильтянами. Устремившись в погоню, они оставили городские ворота открытыми.
И в Ае, и в Бет-Эле не осталось никого, кто не погнался бы за израильтянами. Устремившись в погоню, они оставили городские ворота открытыми.