Во время вечернего жертвоприношения я, выйдя из оцепенения,[3] пал на колени в разодранных своих верхних и нижних одеждах и простер руки к ГОСПОДУ, Богу моему,
Во время вечернего жертвоприношения я, выйдя из оцепенения, пал на колени в разодранных своих верхних и нижних одеждах и простер руки к Господу, Богу моему,