Лишь только царю египетскому доложили, что израильтяне бежали, фараон и придворные его внезапно осознали, что значил для них этот народ,[3] и стали говорить друг другу: «Как могли мы так поступить? Ведь мы отпустили рабов своих, израильтян,[4] что нам служили!»
Лишь только царю египетскому доложили, что израильтяне бежали, фараон и придворные его внезапно осознали, что значил для них этот народ, и стали говорить друг другу: «Как могли мы так поступить? Ведь мы отпустили рабов своих, израильтян, что нам служили!»