Хотя и является важной характеристикой пространственных размеров, количества и времени, в Священном Писании очень часто имеет относительное, символическое или иносказательное значение (
см. семь, семь народов, три, тридцать, тьма, четвертый род). В древности, когда цифры еще не были изобретены (у евреев — вплоть до Маккавейского периода), для обозначения чисел использовались буквы, которые имели каждая свое количественное значение. Видимо, из-за трудности перевода, связанной с этой особенностью текста, в некоторых местах встречаются различные числа, относящиеся к одному и тому же предмету (ср.
Быт 15:13 и Исх 42:20;
2Цар 8:4;
2Цар 10:18 и
1Пар 18:4;
1Пар 19:18;
4Цар 21:1 и
2Пар 33:1). В отдельных местах при сложении или вычитании приведенных чисел данный результат не получается (например,
Суд 20:1).
Многие древние философы, особенно Пифагор и его последователи, придавали огромное значение числу, считая его сущностью всего во всем космосе. До сих пор выискиваются замечательные числа и определяется их значение. В средние века даже возникло течение в иудаизме под названием кабала (отсюда кабалистика), которое считало все в Священном Писании (и особенно числа) закодированным, а потому имеющим особое, сокровенное значение. Так многие думают и до сих пор, но на деле все объясняется нашей неспособностью понимать многогранный, бесконечно глубокий Божий язык, сохранять в памяти многое из того, что уже было сказано по поводу того или иного обстоятельства.