Иоанн Златоуст (~347−407)
Ст. 10−12 Глаголаху же ему: како ти отверзостеся очи; Отвеща он и рече: Человек нарицаемый Иисус брение сотвори и помаза очи мои и рече ми: иди в купель Силоамлю и умыйся. Шед же и умывся, прозрех. Реша убо ему: кто Той есть; Глагола: не вем
Глаголаху ему: како ти отверзостеся очи? (ст. 10). Он отвечает: Человек, глаголемый Иисус. Что ты говоришь? Человеку ли творить такие дела? Но он еще не знал о Нем ничего великого. Человек, глаголемый Иисус, брение сотвори и помаза (ст. 11). Смотри, как он правдив. Не сказал, из чего сделал брение: чего не знает, о том и не говорит. Не видел он, что (Христос) плюнул на землю; а что помазал — это узнал он по ощущению и осязанию. И рече ми: иди в купель Силоамлю и умыйся (ст. 11). Об этом ему сказало чувство слуха. Но откуда знал он Его голос? Из Его разговора с учениками. Таким образом, он все это рассказывает, опираясь на свидетельство самого дела, и, однако ж, не может сказать о способе исцеления. Если же по отношению к чувственному и осязаемому нужна вера, то тем более по отношению к невидимому. Реша убо ему: где Той есть? Глагола: не вем (ст. 12). Спрашивали: где Той есть, уже замышляя против Него убийство. Но заметь: как далек Христос от желания суетной славы! Он не оставался вместе с исцеленными, потому что не хотел приобретать славы, ни увлекать народ, ни выказывать Себя. Заметь и то, как все согласно с истиною отвечает слепой. Иудеи хотели найти Христа, чтобы отвести его к священникам; но так как не нашли Его, то ведут слепого к фарисеям для более строгого допроса. Потому-то и евангелист замечает, что была суббота, чтобы показать злой их умысел и причину, по которой они искали (Спасителя), то есть они полагали, что нашли возможность оклеветать чудо — мнимым нарушением закона. И это видно из того, что они, лишь только увидели слепого, ничего другого не сказали ему, а только: како отверзе очи твои? И заметь, как говорят. Не сказали: как ты прозрел? — но: како отверзе очи твои? — представляя ему случай оклеветать Его за такое дело. Но он отвечает им кратко, как людям, которые уже все слышали. Не упомянув ни об имени, ни о словах, сказанных ему: иди, умыйся, он прямо говорит: брение возложи мне на очи, и умыхся, и вижу, — как будто они уже сильно оклеветали Его и сказали: смотри, что делает Иисус в субботу — помазывает брением. Но ты обрати лучше внимание на то, как не смущается слепой. Когда его спрашивали соседи и он отвечал, не подвергаясь никакой опасности, тогда не так много значило сказать истину. Но удивительно то, что и теперь, находясь в большом страхе, он не отказывается, не говорит ничего несогласного с прежними словами. Что же фарисеи или, лучше, что вместе с ними и другие? Привели его, полагая, что он откажется, но услышали противное, — то, чего не желали, — и точнее узнали все дело. Так было с ними и при всех чудесах; но это мы яснее покажем впоследствии.