Ориген (~185−~254)
Ст. 35−36 И один из них, законник, искушая Его, спросил, говоря: Учитель! какая наибольшая заповедь в законе
Давайте ныне рассмотрим намерение искушавшего [законника]. Он говорит: Учитель! какая наибольшая заповедь в законе? Говоря учитель, он искушал [Господа], потому что произносил это слово не как ученик Христов Более ясно это будет из примера, который мы приведем. Например, отец есть отец своего сына, и никто не может назвать его в собственном смысле отцом, кроме его сына, и мать есть мать своей дочери, и никто не может назвать ее матерью, кроме ее дочери. Так и учитель есть учитель своего ученика, и ученик есть ученик своего учителя.
И посмотри, что, поскольку не все, кто называет Его учителем, правильно говорят, но только те, кто имеет желание научиться от Него, Он говорил Своим ученикам: Вы называете Меня учителем и Господом, и правильно говорите, ибо Я точно то (Ин 13:13). Итак, правильно ученики Христовы называют Его учителем и, служа Его слову, называют Его Господом. Поэтому правильно говорил апостол, что у нас один Господь Иисус Христос, Которым все, и мы Им (1Кор 8:6). И обрати внимание на то, что Он говорит: Довольно для ученика, чтобы он был, не просто как учитель, но как учитель его (Мф 10:25). Следовательно, если кто-то ничему не учится у Слова и не предан [Ему] всей своей душой, чтобы стать Его любимым насаждением, но при этом говорит ему учитель, тот есть брат фарисея, который искушал Христа и говорил Ему учитель. Так и всякий, говорящий: Отче наш, сущий на небесах! (Мф 6:9), не должен иметь дух рабства в страхе, но Дух усыновления (Рим 8:15). А кто не имеет Духа усыновления и говорит: Отче наш, сущий на небесах! — тот лжет, потому что Он не сын Богу, называя Бога своим Отцом.
Вопрос таков: какая наибольшая заповедь в законе? И в этом месте уместно нам сказать нечто о различии заповедей. Ибо одни заповеди — главные, а другие — последующие [за ними], и так по порядку следует дойти до малейших заповедей. Ведь если бы Господь не ответил искушавшему Его фарисею и спрашивающему: какая наибольшая заповедь в законе, то мы бы полагали, что одна заповедь не больше другой.
Источник: Комментарии на Евангелие от Матфея.
Лопухин А.П. (1852−1904)
Ст. 35−36 И один из них, законник, искушая Его, спросил, говоря: Учитель! какая наибольшая заповедь в законе
(Мк 12:28; Лк 10:25). Νομικός (законник) встречается здесь только у Матфея, ни разу у Марка, но шесть раз у Луки (7:30; 10:25; 11:45, 46, 52; 14:3), и один раз в Тит 3:13. В Тит 3:9 то же слово употреблено как прилагательное. Существенное различие между νομικοί и γραμματείς провести трудно. Может быть, следует сказать только, что νομικός есть более специальное название книжника; в отличие от “мудрого,” каким считали книжника, νομικός значит специально юриста или юрисконсульта. У Марка вовсе нет заметки, что “законник” подошел ко Христу, искушая Его; вообще разговор представляется у Марка только приятным и симпатичным, законник высказывает в конце похвалу Христу и Он — ему. Рассказ Марка бросает некоторый свет и на рассказ Матфея. Не все в окружавшей Христа толпе были Его заклятыми и непримиримыми врагами. Находились и исключения. Даже и из среды врагов Его, — это, по-видимому, и хочет сказать Матфей, вводя слово “искушая,” — некоторые, приходившие, если не вполне, то почти с враждебными намерениями, уходили от Него, довольные Его учением и разъяснением недоумений. Но этим только еще более усиливался мрак той вражды ко Христу, которою вызваны были Его обличения в 23 главе. Эту мысль хорошо выражает Евфимий Зигабен: “у Матфея законник искушает, а у Марка — больше восхваляет. Почему? Потому, что сначала искушал, будучи послан фарисеями. Но выслушав ответ, принял его и, переменив образ мыслей, согласился.”
Источник: Толковая Библия.