Афанасий Великий (~295−373)
Се чeлoвек, иже не положи Бога помощника себе, но упова на множество богатства своего. Ибо предатель восхотел лучше взять деньги, нежели иметь помощником Иисуса. И возможе суетою своею, то есть, укрепился в том, чтобы наполнить суетное сердце свое, и не перестал нечествовать, раскаявшись в этом. Хорошо назвал суетою богатство и могущество, что показал и самый опыт; потому что не принесли они пользы ни Доику, ни ассириянам, когда последние были поражены пришествием единого Ангела и лежали не погребенными.
Источник: Толкование на псалмы.
Евфимий Зигабен (~1050−~1122)
И рекут: се человек, иже не положи Бога помощника себе.
Праведники, говорит, скажут в рассуждении Доика: вот человек, который не имел в Боге помощника себе: ибо, предав Авимелеха и не покрыв его, как не знавшего причины, по которой прибегнул к нему Давид, таким, говорю, образом этот несчастный вооружил против себя Бога, Защитника и Помощника обижаемых.
Но упова на множество богатства своего, и возможе суетою своею.
Так как пастух мулов Саула—Доик был богат, почему Давид и говорит, что он надеялся на богатство свое. Или богатством называет злонравие Доика, по которому и в начале псалма назвал его сильным. Суетою здесь наименовал тоже богатство Доика, как бесполезное и безнужное, потому что во время бедствия его оно нисколько не помогло ему.
Слова Афанасия: приятнее было предателю получить золото, нежели иметь помощником Иисуса (в изд. Своде).