Иоанн Златоуст (~347−407)
И уны во мне дух мой, во мне смятеся сердце мое
Другой (Симмах): «и смущалась во мне душа моя» (περιελειτο ψυχή). Смущением души пророк выражает крайне великую скорбь. Что значит: «во мне»? Я не мог, говорит, высказать скорбь свою другим и получить какое-нибудь утешение. Так, души людей порочных постоянно возмущаются не только от настоящих но и от ожидаемых бедствий. У них никогда не бывает спокойствия, никогда не бывает душевного мира, но они волнуются сильнее всякого моря; ни ночью, ни днем они не находят покоя от бури, но тревожатся везде, хотя никто не беспокоит их, нося в самих себе внутреннюю борьбу; они не наслаждаются тем, что уже получили, терзаясь и мучась мыслями о том, что еще не получено, заботясь о делах всех людей, разведывая об имуществе других и обдумывая, как бы одного убедить, другого устрашить, того обольстить словами, этого принудить, иного обмануть услужливостью, составляя клеветы, покупки, продажи, обязательства, доверенности, собирая себе проценты, капиталы и весь сор подобных зол; и когда дела их идут благополучно, тогда особенно они и беспокоятся. Посмотри на богача, как он беспокоился, когда было плодородие на его ниве, как он затруднялся, недоумевал и говорил: «вот что сделаю: сломаю житницы мои и построю большие» (Лк 12:18). А бедный ничего подобного не испытывает.
Источник: Беседы на псалмы. На псалом 142.
Антоний Великий (~251−~356)
Подобным образом и вы, дети мои, если заметите, что души ваши от лености и нерадения охладевают, старайтесь согреть и пробудить их слезами покаяния. Духовная теплота возвратится к вам, войдет во глубину душ ваших, и вы, приняв тогда сущность сей теплоты и преобразившись в нее, будете кипеть добрыми делами. Так, Давид, заметив, что душа его охладела и отяготела, говорил: уны во мне дух мой, во мне смятеся сердце мое. Помянух дни древния, поучихся во всех делех Твоих, в творениих руку Твоею поучахся. Воздех к Тебе руце мои, душа яко земля безводная Тебе.
Заметьте, возлюбленные мои, поступок Давида. Он, видя, что сердце его охладело, печалился о том, доколе опять не пробудилась теплота в сердце его так, что он наконец говорил Богу: готово сердце мое, Боже, готово сердце мое (Пс 107:2). Давид молитвами и покаянием, которые он приносил Богу день и ночь, возвратил благоволение Божие к себе.
Источник: Письма к монахам
Феодорит Кирский (386/93−~457)
«И уны бо мне дух мой». Поэтому исполнен я великой грусти и скорби. «Духом» Пророк называет здесь душу.
«Во мне смятеся сердце мое», то есть все помыслы мои исполнены смятения и бури.
Евфимий Зигабен (~1050−~1122)
И уны во мне дух мой; во мне смятеся сердце мое.
Душа моя, говорит, скорбит во мне и в бездействии, или изнемогла от чрезмерной печали, а сердце мое смутилось и сжалось от стеснения.
Евсевия; Показывает, от чего он пал в уныние. От чего же? От того, что сердце его по злоумышлении бесов пришло в беспокойство и смятение.
Божественного Златоуста; Выражает великую тяжесть печали смятением сердца и тем, что не возможно было открыть оную другим, чтобы получить какое-либо утешение. И Василий в слове на гневающихся говорит: Во мне смутилось сердце мое, т. е. не обнаруживалась страсть (гнева), но уподоблялась волнам разбивающимся у берегов и расстилающимся, Другой, т. е. Никита, говорит: Я не объявлял о своей печали, считая за лучшее скрывать, нежели объявлять посторонним.