Кирилл Александрийский (376−444)
Аз и Отец едино есма
Сказал Спаситель, очевидно как знавший и Себя Самого особо существующим, и Отца. Если же на самом деле это было бы не так, то почему, употребляя соответственное единице выражение, не сказал: «Я и Отец одно «есмь»? Если же употребляет здесь множественное число, то очевидно наконец, что опровергает мнение иномыслящих, ибо «есма» правильно не могло бы быть употреблено об одном.
Источник: Толкование на Евангелие от Иоанна. Книга I.
Исидор Пелусиот (350/60−435/40)
Я и Отец — одно
На слова: Аз и Отец едино есма. Невозможно, как писал ты, увидеть света, сокровенного в Писании, из объяснения, тобою даннаго; напротив того, тебя, скорее, ослепляют возсиявающие из Писания лучи. Ибо сказать, будто бы из Писания видно, что ипостась Отца и Сына одна — признак великого неразумия, лучше же сказать, бессмыслия. Если с точностью исследуешь написанное, не подвергающееся сомнению, то найдешь непогрешительное изложение тайны. Сказано: Аз и Отец едино есма, а не Аз и Отец едино есмь. Посему словом: едино выражается единая сущность, а словом: есма (двойственное число) означаются две ипостаси.
Максим Исповедник (580−662)
Когда говорит Господь: Аз и Отец едино есма: то сим означает единство естества; когда же паки глаголет: Аз во Отце и Отец во Мне (Ин 10:38), то показывает нераздельность ипостасей. Итак, Трифеиты (Троебожники), разделяя Сына от Отца, падают в пропасть с той и другой стороны: или, признавая Сына соприсносущным Отцу, но, разделяя Его от Отца, принуждены говорить, что Он не рожден от Отца, и таким образом впасть в ересь, признающую трех богов и три начала: или, признавая Сына рожденным от Отца, но, разделяя Его с Ним, по необходимости должны допустить, что Он не соприсносущен Отцу, и Владыку времен подчинить времени. Надлежит, по учению великого Григория, и сохранить единого Бога и исповедывать три ипостаси, каждую с собственным ей свойством. Ибо, по его же учению, Троица разделяется, но нераздельно; и соединяется, но раздельно. Дивное разделение и единение! Но какая была бы дивность, если бы Отец с Сыном также соединялся и разделялся, как соединяется и разделяется человек с человеком, и ничего более?
Источник: Главы о любви.
Симеон Новый Богослов (949−1022)
Аз и Отец едино есма
Вникни, прошу тебя, в силу слов Господа. Он говорит: Аз и Отец едино есма. Себя поставил прежде Отца. Для чего? Чтобы показать равночестность и единославие, какие имеет Он во всем со Отцом, и то, что ни Отец не есть первый, хотя и есть виновник Сына, ни Сын не есть второй, хотя и родился от Отца, ни Дух Святой не есть третий, хотя и исходит от Отца. Ибо так как Троица есть едино из начала, и сие едино именуется Троица по ипостасям, то следует, что из сих трех ипостасей, или лиц, ни одно не может быть первым пред другим. И ни одно из них не было прежде другого, чтоб тому, которое было прежде, быть первым пред тем, которое от него воссияло. Единая Троица есть едино Божество. Троицею Оно называется по лицам, или ипостасям, и поелику Бог нераздельно разделяется на три лица, неслитно соединенные воедино, то и называется Бог — Троица. И ни одна из сих трех ипостасей не была прежде другой отнюдь. Ни Отец не был прежде Сына, ни Сын — прежде Отца, ни Отец и Сын — прежде Духа Святого, чтоб один кто был первым пред другим. Все три лица равно безначально сосущи и совечны.
Источник: Слова (Слово 60-е).
Евфимий Зигабен (~1050−~1122)
Аз и Отец едино есма
одно по силе; а если Они одно по силе, то значит и по Божеству, и по существу, и по природе. Словами: Аз и Отец — Иисус Христос указал на два Лица, на различие Ипостасей; а словами: едино есма — на единство Божества, на тождество существа, природы и могущества.